Отправляемся в книгу, где Шерлок Холмс становится отцом — отцом науки
Стюарт Росс из книги «Наука Шерлока Холмса» застает меня, забившуюся в угол старого дивана. Мне 12 лет, я яростно и тихо рыдаю.
— Кто тебя обидел, детка? — спрашивает Стюарт.
— Мама, — злобно отвечаю я. — И я не детка.
— Хорошо. И чем же провинилась мама?
— Она сказала, что рассказы про Шерлока Холмса… они… они… — Я с трудом подавляю всхлип и продолжаю: — …они наивные!
— Вот как? — Стюарт сочувственно гладит меня по спине, но краем глаза я вижу, что он подавляет добрую усмешку. — И почему же она так считает?
— Мама говорит, что различать 140 видов табака по пеплу, оставшемуся от сигар, невозможно!
— Ага. Ну, Евгения, тут я тебе точно могу сказать: мама не права. До 2017 года к этому вопросу в криминалистике и правда не было должного внимания. Но теперь ученые из Флориды научились различать пепел разных производителей. Сейчас идут исследования, чтобы можно было отличать сигареты одного бренда из разных пачек.
— Ну вот. Я же говорила. Никто меня не понимает. Никто не понимает нас с Шерлоком.
— Но, по большому счету, мама права, — мягко возражает Стюарт. — И вот почему. Шерлок Холмс — нелюбимое дитя Артура Конан Дойла. Рассказы о нем — особенно поздние — автор писал небрежно, и почти никогда не проверял научные факты. Определенный вид змеи, ядовитого растения или инфекционного заболевания ему было легче выдумать, чем отыскивать в справочниках. Отсюда много ляпов. Поэтому у читателя может возникнуть ощущение наивности, фантазерства, сказочности.
— У читателя — у меня! — нет такого ощущения, — почти успокоившись, огрызаюсь я. — Где там ляпы? Их нет!
— В рассказе «Подрядчик из Норвуда» фигурирует кровавый отпечаток пальца, который оказывается поддельным. Кровь наносят на след, отпечатавшийся на воске свечи, а затем оставляют оттиск на месте преступления. Но такого не может быть: воск отталкивает кровь.
— Это ничего не значит, — беспомощно отбиваюсь я, но Стюарт уже сочувственно качает головой.
— Холмс делает вывод об умственных способностях человека, исходя из размеров его черепной коробки. Раскрывает дело о гадюке, которая слушалась хозяйского свиста, в то время как змеи глухи. Все это — ошибочно, небрежно, или просто наивно.
Я не знаю что ответить. Предпочитаю отвернуться к стене и сделать вид, что Стюарта Росса для меня больше не существует. Он оскорбил моего героя! Пусть теперь проваливает обратно в свою скучную книжку!
Но тот, кажется, улавливает мое настроение. Примирительно протягивая руку, он говорит:
— Но есть кое-что поважнее ляпов и небрежности. Пойдем, я покажу тебе.
Еще несколько секунд я продолжаю делать вид, что его тут нет. Но любопытство берет верх, и я вкладываю свою руку в его ладонь.
Миг — и мы оказываемся за спиной у сгорбленного старикашки, который, неприятно скрипя пером, пишет что-то за огромным столом.
— Это Ганс Гросс, — поясняет Стюарт. — Автор первого учебника по криминалистике. Оно называется «Руководство для судебных следователей, чинов жандармерии и полиции». Аспекты судебной медицины для следователей освещает французский доктор и криминолог Эдмон Локар. Открой их книги — и ты увидишь, что Холмс всегда действовал как по учебнику, будь то изучение места преступления, работа с уликами или телом. Но знаешь что странно? Работы Гросса и Локара были написаны после рассказов Конана Дойла. Удивительный пример того, как вымысел предшествует реальности.
Я завороженно смотрю в спину Гросса. Думаю о том, что даже сейчас, спустя десятки лет, рассказы Конан Дойла кажутся для меня неразрешимой тайной. Как обычная беллетристика может обладать такой силой? Но я быстро возвращаюсь в свои бескомпромиссные 12 лет и напоследок бросаю Стюарту:
— Твой Гросс просто спер все у Конан Дойла.
Все тексты написаны по следам реальных событий, произошедших в воображении автора этого блога после прочтения указанных книг. Квалифицируйте их как фанфики.