Сегодня у нас на разборе тема, от которой у западных историков случается когнитивный диссонанс, переходящий в легкую истерику. Мы поговорим о том, почему советские асы, эти суровые покорители неба, буквально молились на американскую «Аэрокобру» (Bell P-39 Airacobra), которую в самих США и Британии считали, мягко говоря, недоразумением. И почему легендарный, воспетый в балладах «Спитфайр» (Supermarine Spitfire) у нас, на Восточном фронте, встретили с прохладцей, граничащей с раздражением.
Казалось бы, парадокс. «Спитфайр» — спаситель Британии, эталон истребителя, изящная машина смерти. «Кобра» — странный гибрид с дверью от автомобиля и мотором в багажнике. Но война, штука такая: она быстро срывает красивые ярлыки и оставляет только голую правду.
Давайте разбираться, почему «английская леди» не выдержала русской распутицы, а «американский утюг» стал оружием Победы.
Аристократ в кирзовых сапогах
Начнем с британца. Когда первые «Спитфайры» (в основном модификации Mk Vb) прибыли в СССР по Ленд-лизу, наши летчики цокали языками. Красив, чертяка. Эллиптическое крыло — аэродинамический шедевр. Обзор из кабины — как с балкона театра.
Но эйфория закончилась ровно в тот момент, когда британский гость коснулся колесами советского полевого аэродрома.
Тут надо понимать разницу менталитетов и доктрин. В Британии «Спитфайры» взлетали с ухоженных, стриженых газонов или бетонки. У нас же фронтовой аэродром — это, зачастую, раскисшее от дождя поле, где трактор «Сталинец» застревает по самую выхлопную трубу.
И вот тут вылезла главная беда «Спитфайра» — его шасси. Узкая колея. Стойки расположены близко к фюзеляжу. На идеально ровном английском газоне это не проблема. Но на кочках под Мурманском или на Кубани самолет начинал вести себя как пьяный матрос на палубе. Его болтало. Малейшая неровность, боковой ветерок — и элегантный истребитель клевал носом, ломая винт. Капотирование стало бичом британских машин в России. А ломать технику на рулежке, даже не вступив в бой — это, согласитесь, моветон.
К тому же, модификация Mk Vb, которую нам слали массово, имела «обрезанные» крылья для улучшения крена на малых высотах, но двигатель «Rolls-Royce Merlin 45» выдавал около 1470 «лошадей». Вроде бы неплохо, но на малых высотах, где и шла вся мясорубка Восточного фронта, он быстро «сдувался». «Спитфайр» был рожден для высотных дуэлей в стратосфере, гонять немецкие бомбардировщики над Ла-Маншем. У нас же война шла «у земли», на высотах до 3-4 тысяч метров. Здесь британец терял свою прыть, становясь просто хорошей мишенью для «худых» (Messerschmitt Bf.109) и «фоккеров».
Летчики ПВО, сидевшие глубоко в тылу и летавшие на перехват высотных разведчиков, «Спитфайры» (особенно более поздние «девятки») еще терпели и даже любили за высотность. Но фронтовые пилоты, которым нужно было прикрывать штурмовики над горящими танками, откровенно воротили нос. Слишком нежный. Слишком сложный. Слишком «не наш».
Автомобиль с крыльями: рождение «Кобры»
А теперь перейдем к «гадкому утенку» западной авиации. Bell P-39 Airacobra. Американцы его не любили. Англичане, получив первую партию, плюнули и отправили обратно (или нам). Почему? Да потому что на больших высотах, выше 5000 метров, «Кобра» превращалась в вялый утюг. У двигателя «Allison V-1710» не было турбокомпрессора, только простой механический нагнетатель. На высоте мощность падала катастрофически.
Но мы-то помним: у нас война шла внизу! И вот тут, на высотах до 3000 метров, этот недостаток внезапно исчезал. Зато проявлялись достоинства, от которых у наших асов загорались глаза.
Во-первых, компоновка. Инженеры Bell засунули двигатель за спину пилота. Это сместило центр тяжести и сделало самолет невероятно вертким. Да, это был опасный зверь. Если зазеваться и перетянуть ручку, «Кобра» срывалась в плоский штопор, из которого выход был один — прыгать с парашютом (и молиться, чтобы хвостом не отрубило ноги, покидать машину через автомобильную дверь было тем еще цирковым номером). Но в руках мастера, такого как Александр Покрышкин или Григорий Речкалов, эта верткость позволяла творить чудеса.
Во-вторых, шасси. Трехстоечная схема с носовым колесом! Для 40-х годов — экзотика. Но для наших раздолбанных аэродромов — манна небесная. «Кобра» стояла на земле ровно, пилот прекрасно видел полосу (на обычных самолетах с хвостовым колесом нос задран в небо, рулишь зигзагами, как слепой котенок). Взлет и посадка стали проще, риск скапотировать — минимальный. Можно было тормозить «в пол» сразу после касания.
«Летающий танк» с дубиной
Теперь о главном. О калибре. «Спитфайр» Mk Vb нес две 20-мм пушки Hispano и четыре пулемета винтовочного калибра. Неплохо, но «мессеру» иногда хватало, чтобы уйти дымящим, но живым.
«Аэрокобра» же была построена вокруг пушки. И какой! 37-мм Oldsmobile T9. Это не оружие, это аргумент. Одно попадание разрывало истребитель противника пополам, как картонную коробку. Бомбардировщику хватало одного-двух снарядов, чтобы превратиться в огненный шар. Плюс два крупнокалиберных пулемета Browning 12,7 мм в носу и еще парочка винтовочных в крыльях (которые наши механики часто снимали, чтобы облегчить машину — и так огня хватало).
Представьте себе ощущения немецкого пилота, когда в него летит «чемодан» весом в 600 с лишним граммов. Наши летчики называли это «дать пинка».
Комфорт по-американски
Нельзя забывать и про «мелочи», которые на войне спасают жизнь. Американская радиостанция. На советских «Яках» и «Лавочкиных» радио было роскошью, работало через пень-колоду, шипело и трещало. На «Кобре» стояла кристально чистая связь. Это позволило Покрышкину внедрить свою знаменитую «этажерку» и управлять боем голосом, а не маханием крыльями, как в Первую мировую.
А кабина? Она была герметична и обогревалась! Зимой, в минус тридцать, наш летчик в «Ла-5» мерз в тулупе, а стекла покрывались инеем. В «Кобре» пилот сидел в кителе, стекло чистое, тепло. Это снижало утомляемость, а значит — повышало реакцию. «Американка» заботилась о своем пилоте, как добрая мамочка, пока он не начинал делать глупости на виражах.
Нюансы эксплуатации: масло и бензин
Конечно, не все было гладко, как на параде. «Аэрокобра» была дамой капризной в плане «диеты». Наши моторы М-105 могли переварить и низкооктановую бодягу, а вот нежный «Аллисон» требовал высококачественного бензина Б-100. Приходилось возить за ним цистерны с импортным топливом.
Масло тоже было проблемой. На морозе американская гидравлика и смазка густели. Приходилось греть. Но самая главная «фишка» — штопор. Из-за задней центровки, как только заканчивался боекомплект в носу (а это 30 снарядов и сотни патронов), нос становился легким. Самолет становился еще более неустойчивым. Малейшая ошибка — и «Кобра» начинала вращаться плашмя, падая, как кленовый лист. Выйти из такого штопора было почти невозможно. В инструкциях писали: «не доводить до критических углов». Наши парни читали, хмыкали и… доводили, выжимая из машины всё, чтобы зайти в хвост немцу.
Были случаи, когда хвост «Кобры» деформировался от перегрузок. Усиливали на местах. Клепали накладки из дюраля, снятого с подбитых машин. Русская смекалка против американского сопромата.
Итог противостояния
Почему же «Спитфайр» не прижился? Он был великолепным инструментом, но узкоспециализированным. Это как прийти в рукопашную схватку в окопе со шпагой. Элегантно, красиво, но против саперной лопатки не пляшет. «Спитфайр» требовал культуры обслуживания, бетона и высоты.
«Аэрокобра» же оказалась идеальным совпадением с условиями Восточного фронта.
- Бои на малых высотах — там, где её мотор дышал полной грудью.
- Мощнейший залп — чтобы валить прочные «Юнкерсы» и «Хенкели» с одного захода.
- Живучесть и обзор — чтобы выживать в каше воздушного боя.
- Шасси — для наших грунтовых аэродромов.
Из почти 10 000 выпущенных «Кобр» около 5 000 ушли в СССР. И именно у нас этот самолет стал легендой. Покрышкин сбил на ней 48 самолетов из своих 59. Речкалов — еще больше (именно на «Кобре»).
Советский летчик был прагматиком. Ему не нужна была «легенда» с красивым именем. Ему нужен был надежный топор войны. И, как ни странно, именно американское конструкторское бюро Bell, само того не желая, выковало этот топор специально для русского Ивана.
Если вам понравился разбор — жмите «палец вверх» и подписывайтесь.