«Когда хозяйка уехала к тиграм, а мы открыли сезон мебельной революции»
Кожаная улетела в этот ваш Хабаровск, где, говорят, тигры ходят по улицам, а мороз кусает сильнее Трошиного голода. Первые три дня мы просто лежали в её футболках, вдыхая спасительный запах. А потом Троша, как заправский взломщик, открыл комод — его метод тыка сработал лучше любой отмычки. Мы выкидывали оттуда всё: носки летели, как парашюты десантников, футболки превратились в лежанки, а один злополучный лифчик Луша надела на голову, объявив себя «генералом тоски». К вечеру третьего дня комод напоминал поле битвы, а мы сидели в этом хаосе, обсуждая план побега в Хабаровск. Троша уже паковал в зубы поводок. Но тут — ключ в замке! Кожаная стояла на пороге с сумками, пахнущими тайгой и… икрой! Мы накинулись на неё, как на спасение: я — на плечи, Луша — в ноги, Троша — в сумку с продуктами. Теперь мы лежим под пледами все вместе, и пахнет не тоской, а красной икрой и мясом кижуча. Кожаная гладит нас и шепчет: «Дурачки вы мои лысые…». А мы мурчим в ответ: зато теперь тигры в Хабаровске могут спать спокойно — мы никуда не едем. Дома лучше. Особенно когда дома — она.
