Привет, лигвоманы и мифофилы! Сегодня в нашем лингвистическом детективе — история одного пафосного прадедушки, чьё имя стало нарицательным, а потомки так передрались, что одни стали богами, другие — демонами, а третьему достался лишь вторник. Готовьте чай, будет жарко.
Прадед на небесном троне, или «Смотрите, я сияю!»
Всё начинается в туманных протоиндоевропейских степях. Жил-был корень *dyew-*. Значил он ровно то, что видели древние пастухи, запрокинув голову: «сиять, небо, день». От него произошло имя собственное — *Dyeus ph₂tēr*, что-то вроде «Сияющий Отец Небес». Это был главный по облакам, молниям и прочей небесной мишуре. Представьте себе этакого сурового бородача, который не столько молится, сколько просто есть. Он — небо.
И вот этому пафосному типу захотелось большего. С помощью какой-то древней лингвистической магии (учёные мутно называют это швебеаблаутом или вриддхи), он породил слово *deywós* — «небесный, бог». Не сам небожитель, а принадлежащий тому сияющему миру.
Семейная размолвка: кто в боги, а кто в демоны?
Дальше — классическая история про детей, которые разъехались по разным квартирам и стали друг другу чужими.
• Греческий отпрыск (Зевс): Прямой наследник имени. *Dyeus → Ζεύς (Zeús)*. Просто сохранил папино имя и статус главного на Олимпе. Молодец, не стал мудрить.
• Римский отпрыск (Юпитер и Deus): Слегка переименовал папу. *Dyeus ph₂tēr → Iūpiter* (Юпитер = Ю-отец). А от слова *deywós* сделал универсальное deus (бог) и divus (божественный). Практичные римляне: один корень — два применения.
• Индоиранский отпрыск (Дэва и... Дэв): Тут началась драма. В ведийской Индии *deywós → devá (देव)* — прекрасный, светлый бог. Всё чинно, благородно. А их братья-иранцы (предки персов) посмотрели на это и сказали: «А у нас эти *daeuua* — злые духи, демоны!». Так один и тот же праправнук Сияющего Деда в одной семье стал ангелом, а в другой — чертями. Классический сюжет для семейного ток-шоу.
• Германский отпрыск (Тюр и Tuesday): Самый обделённый. Имя *Tīwaz* (древняя форма) явно от того же деда. Но пока Зевс громы метал, а Один мудрость собирал, верxовный бог Тюр потерял руку (буквально, в пасти волка Фенрира) и почти всё влияние. От былой славы ему оставили... день недели. Римляне назвали день Марса *Martis dies*. Германцы, слыша в Марсе бога войны, подумали: «А, это ж наш Тиу!» — и назвали день Tuesday (Tiw's day). Ничтожество? Нет, вечная память в еженедельном расписании!
Что в итоге-то?
Получается эпическая сага:
1. Прадед — просто Сияющее Небо.
2. Его сыночек — «тот, кто от неба», бог.
3. Внуки: Зевс (царствует), Юпитер (царствует под другим именем), Дэвы (в Индии — хорошие, в Иране — плохие), Тюр (герой-калека, в честь которого назвали будний день).
Мораль истории? Лингвистика — это лучшее семейное древо. Один корень порождает богов и демонов, а слава предка может кануть в Лету, застряв в названии дня между понедельником и средой.
P.S. Теперь, когда в вторник (Tuesday) вы пьёте кофе, вспомните однорукого бога Тюра. Он мог бы править небом, но в итоге его имя работает будильником в середине недели. Такая вот божественная карьера. А слово дева (в смысле богиня) и латинское deus — это, оказывается, братики, которые не виделись пару тысяч лет. Семейка!