Шёл урок истории, но в классе было очень весело. Потому что у доски находился Синицын, и он, как всегда, делая умное лицо, говорил всё что угодно, но только не то, что ему задавали учить. Сейчас Вовка пытался вспомнить, в каком году происходило Ледовое побоище, наугад называя даты, но ни разу так и не угадал.
- Синицын, у тебя, вообще, совесть есть? – спросила учительница, устав слушать его белиберду. – Хоть чуть-чуть.
- Есть, - немедленно кивнул Вовка. – У меня совесть хорошая.
Класс от такого ответа опять захохотал.
- Ах, даже, хорошая она у тебя? – усмехнулась учительница. – Прекрасно. Тогда объясни нам с ребятами, почему ты с такой хорошей совестью не можешь выучить великие даты, которые в своё время прославили наше отечество? Или у тебя при хорошей совести дырявая память?
- Нет. И память у меня хорошая, - слегка кривляясь, ответил ученик. – Просто я не пойму, Валерия Ильинична, зачем нам нужно знать все эти даты? Ну, было когда-то это… как его… Ледовое побоище. Ну и пусть. От этого ведь теперь ничего не зависит. И вообще, даже если бы его не было, ничего бы не изменилось.
- Как это – не изменилось бы? – Учительница с ужасом уставилась на Вовку. – Неужели ты, на самом деле, не знаешь, для чего ты должен знать все важные даты своего отечества?
- Понятия не имею, - честно признался подросток.
- Ну, что же… - Валерия Ильинична нахмурилась. - Действительно… Может тебе это знать и не обязательно. Ты, наверное, даже не знаешь, в каком году родился твой дедушка. Не знаешь?
- Дедушка? – Вовка принялся разглядывать потолок. – Он родился в одна тысяча… каком-то там году… Очень давно, в общем.
- А точную дату ты назвать можешь! Хотя бы - год его рождения?
- Нет, я не помню…
- Ну, правильно, - кивнула учительница. – Откуда тебе знать? Может, он и не рождался вовсе, твой дедушка? Совсем.
Вовка вытаращил на учительницу удивлённые глаза, класс немедленно засмеялся, а Валерия Ильинична продолжила рассуждать.
- А раз дед твой до сих пор не родился, то и папы твоего, естественно, не должно было быть на этом свете. Правильно, Синицын? Ведь так?
- Как это? Почему это папы не должно быть? - возмутился Вовка. - Он был. Он и сейчас у меня есть! Я его сегодня утром видел! Мы вместе с ним завтракали! Яичницей с колбасой!
Ученики снова засмеялись, но уже не так весело.
- Нет, Синицын! – твёрдо сказала Валерия Ильинична. – Раз ты не помнишь дату рождения деда, значит, его - как бы и - не было! А если его не было, то и отца твоего – тоже - как будто бы нет на этом свете! Понимаешь, к чему я клоню?
- Нет, - испуганно замотал головой Вовка. – Не понимаю.
- Хорошо, я закончу свою мысль. Если твоего деда и отца нет на свете, значит, нет на свете и тебя! Ты ещё не родился.
- Как? – Синицын растерялся. - Я - родился! Вот же я! Разве вы не видите? Я же сейчас стою возле парты! Это же я!
- Увы, но это - не ты, - вздохнула печально Валерия Ильинична. – Это кто-то другой вместо тебя. Другой Синицын. Твой однофамилец. И живёт он не в России, а в неизвестной никому стране, у которой нет ни великих побед, ни свершений. И твоему однофамильцу история своей страны совершенно не интересна.
Класс, притихший, молчал, и смотрел на Вовку, как на привидение. Так ему сейчас показалось.
- Почему это?.. - Синицын растерянно смотрел на учительницу. – Но, Валерия Ильинична, это же - я. И у меня есть и мой папа, и дедушка. Честно слово, я – тот самый Синицын. – Вовка уже чуть не плакал. - И родился я в России, у которой были такие победы! И в этом Ледовом побоище мы тоже победили! В учебнике же про это всё написано. Если что, я могу его взять, и вслух вам сейчас прочитать. Хотите, я прочитаю?
- А про тебя в этом учебнике, случайно, ничего не написано? – спросила Валерия Ильинична.
- Нет… - Вовка запутался, и ему стало страшно. – А при чём здесь я? Почему про меня должно быть написано в учебнике?
- Правильно, Синицын, - кивнула учительница. – Учебник, это - всего лишь книга. А самый главный учебник для человека – его память. В ней он должен хранить всё, что касается его великих предков и Родины. Брать из книги, и переносить вот сюда. - Учительница постучала по своей голове. - Ведь если у человека пустая память, то и душа у него, как правило, тоже становится пустой. А человека без души просто не существует. Даже если у него совесть хорошая. Садись. Я тебе даже двойку не могу сейчас поставить, потому что некому её ставить. Понимаешь, Вова?– Увидев отчаянные глаза ученика, Валерия Ильинична сжалилась, и добавила. – Но я надеюсь, на следующем нашем уроке ты определишься, кто ты. И станешь настоящим внуком своего деда, сыном своего отца и своего Отечества. Садись на место.
Синицын, не чуя под ногами пола, медленно пошёл к своему столу. А ученики, все до одного, открыв рты, во все глаза смотрели на Валерию Ильиничну, и лихорадочно пытались вспомнить хоть какие-то даты…©
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее! Всех защитников Отечества - с праздником!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов