Мы только что пережили месяц холодов с рекордными показателями практически во всех регионах страны. Прокладка цивилизации не позволила случиться крупным проблемам.
Холода в нашей стране играют роль исключительного по мощи исторического фактора. Про ранние морозы 1941 г. знают все. Но мало известно, что в феврале 1917 г. среднемесячная температура в России стала одной из самых низких за всю историю наблюдений — до -14,4 градуса, на 6,6 градуса ниже нормы. 4 февраля в Петрограде были зафиксированы рекордные -35,5.
Нехватка хлеба в столице была вызвана тем, что локомотивы были брошены на подвоз угля и подавались для продовольственных грузов с меньшей интенсивностью. Экстремальная погода обнажила все недостатки хозяйственного и государственного механизма.
Холода надолго установились не только в северных районах страны. В феврале 1917 г. благодатный юг мерзнет и недоедает. Застрявший по делам службы в Ростове-на-Дону секретарь и казначей Русско-Французской торговой палаты писал во Францию:
«…Ужасная дороговизна жизни. Ничего нельзя достать вследствие отсутствия порядка, потому что в этой прекрасной стране есть все, но все оставлено на волю божию. Так, например, мы находимся на расстоянии сорока километров от угольных копей, а в городе нет угля. В некоторых домах совсем не топят. Представьте себе, что такая страна как Россия, изобилующая хлебом и снабжающая им до войны всю Европу, чувствует в нем недостаток, и вот в Ростове уже 2 месяца мы не имеем белого хлеба, потому что существует неурядица в доставке. <...> В России есть все… все должно было бы быть наоборот дешевле, чем перед войной, т. к. массовый вывод сырых продуктов теперь невозможен. Это позор и бедствие, т.к. бедный люд помирает с голоду, и жить невозможно».
То есть это все до начала всякой революции!
Последующие события перечеркнули память о бедствиях зимы 1916/17 г. Но это была не только климатическая аномалия. Были и иные причины. Объем запашки земли в 1916 г. на Дону упал чуть ли не на треть. Хлеба было и посеяно мало, и собрано. А то, что собрано, крестьяне его припрятывали из-за низких закупочных цен, установленных правительством.
Поздней осенью 1916 г. казачка станицы Барсуковской Кубанской области Меланья Филипповна Дуванова писала мужу, находящемуся в германском плену. Хитрая баба с целью скрыть от цензуры самое важное склеила две почтовые карточки и на внутренней стороне написала поистине крамольный текст, где, в частности, говорилось:
«Сергей Васильевич, у нас Россия почти гола и голодна. У нас в Богославке хлеба почти нет. Должно, заскубут нашего Николку; ума нима …* воевать; только люди пропадают».
Картина надвигающегося бедствия в хлебопроизводящих областях контрастирует с утверждениями о том, что в столице были запасы хлеба и что хлебные бунты били намерено устроены. Это суждение никак не оспаривает версию о заговоре Думы и союзников по Антанте против царя. Желательно попытаться найти документы о запасах продовольствия в Петрограде.
Предчувствия окружающих осени 1916 г. передала в дневнике и аполитичная воронежская учительница Зинаида Денисьевская:
«Все со страхом ждут революции и ее ужасов, боятся очутиться сдавленными двумя лавинами – буйной толпой и грубой силой правительства».
Опасалась смуты, хотя и не верила «в длительный поголовный хаос…»
И на этот раз холод и голод сделали свое дело.
На сегодня это всё! Спасибо, что дочитали до конца:) Не забудьте поставить лайк, если вам было интересно, и подписаться на мой блог, а также на паблик в ВК "Меморика".