Пролог.
Говорят, что бесы — это падшие ангелы. Говорят, что они живут в аду и мучают грешников. Говорят много чего. Но я знаю правду: бесы живут рядом с нами. В наших страхах, в наших обидах, в нашей злости. Иногда они вселяются в людей. Иногда — в тени. Иногда — в тех, кого мы любим.
В ту зиму бесы пришли в нашу деревню.
Всё началось с мелочей. У одной бабы скисло молоко. У другой пропала курица. У третьей муж запил горькую. Обычные деревенские беды, на которые никто не обращает внимания.
Но потом случилось страшное.
Петрович, старый плотник, добрый, тихий мужик, взял топор и зарубил свою жену. Просто так, среди бела дня. Подошёл и ударил. А когда его схватили, смотрел пустыми глазами и бормотал: «Не я, не я, это он».
— Кто он? — спросили мужики.
— Чёрный, — ответил Петрович. — В глазах чёрный.
Его связали и заперли в сарае. А на следующее утро нашли мёртвым — сам удавился ремнём.
И пошло-поехало.
Через неделю ещё одно убийство. Через две — ещё. Люди перестали выходить из домов по ночам, запирали двери на засовы, крестились на каждый шорох.
— Это бесы, — сказал Ефим, когда я рассказала ему о случившемся. — Тварь под избой просыпается и посылает своих слуг. Не теней — хуже. Бесов.
— Чем они хуже?
— Тени — это мёртвые. Их можно прогнать, отпустить, успокоить. А бесы — это зло. Чистое зло. Их не успокоишь. Их можно только изгнать. Или уничтожить.
— Ты умеешь?
— Умел когда-то, — вздохнул он. — Сейчас силы не те. Но ты... ты можешь.
— Я? — испугалась я. — Я не умею.
— Научу, — пообещал Ефим. — Если успеем.
---
Глава 1. Первый бес
Он пришёл на третью ночь после разговора.
Я сидела у окна, как всегда, смотрела на лес. Луна светила ярко, тени метались на опушке, но вдруг всё замерло. Тени исчезли. Лес затих. Даже ветер перестал дуть.
— Катя, — раздался голос за спиной.
Я обернулась. В углу избы стоял человек. Молодой, красивый, с чёрными глазами. Чёрными, как угли, без зрачков, без белков. Просто чернота.
— Ты кто? — спросила я, вставая.
— Я тот, кто пришёл за тобой, — улыбнулся он. — Меня послала та, что спит под избой. Она хочет тебя видеть.
— Я уже видела её. Во сне.
— Во сне — не считается, — покачал головой он. — Она хочет, чтобы ты спустилась к ней. Сама. Добровольно.
— А если откажусь?
— Тогда твои близкие будут умирать. Один за другим. Ты уже видела, как это бывает. Петрович, его жена... Это только начало.
У меня внутри всё похолодело.
— Ты бес?
— Я бес, — кивнул он. — Зовут меня Легион. Потому что нас много.
Он шагнул вперёд, и вдруг из него вырвались другие лица. Десятки лиц, искажённых злобой, страхом, ненавистью. Они кричали, визжали, тянули ко мне руки.
— Не подходи! — крикнула я, выставив руку.
Стена света ударила в него, но он только рассмеялся.
— Слабо, — сказал он. — Очень слабо. Ты ещё не умеешь.
Он шагнул сквозь стену и схватил меня за горло.
Я задыхалась. В глазах темнело.
— Катя! — раздался крик Ефима.
Он вбежал в комнату с крестом в руках. Настоящим, старым, деревянным крестом, который всегда висел у него над кроватью.
— Изыди! — закричал он, направляя крест на беса.
Тот зашипел, отпустил меня, отшатнулся.
— Старик, — прошипел он. — Не мешай.
— Она под моей защитой, — твёрдо сказал Ефим. — Убирайся.
— Я вернусь, — пообещал бес. — И не один.
Он растаял в воздухе.
Я упала на пол, хватая ртом воздух.
— Жива? — спросил Ефим, опускаясь рядом.
— Жива, — прохрипела я. — Спасибо.
— Рано благодарить, — покачал он головой. — Это только первый. Будут ещё.
---
Глава 2. Урок изгнания
Наутро Ефим начал учить меня.
— Бесы боятся не креста, — говорил он. — Крест — это символ. Они боятся того, что за ним стоит. Веры. Света. Добра.
— А как их изгонять?
— Молитвой, — ответил он. — Но не той, что в церкви читают. Своей. Идущей из сердца.
— Я не умею молиться, — призналась я. — Не верила никогда.
— А теперь поверь, — усмехнулся он. — Иначе умрёшь.
Он дал мне старую книгу, потрёпанную, с выцветшими страницами.
— Это требник. Здесь молитвы на все случаи. Учи.
Я учила. Днём и ночью. Читала вслух, шептала, водила пальцем по строкам. Слова были древние, тяжёлые, но постепенно они начинали звучать во мне по-своему.
— Хорошо, — сказал Ефим через три дня. — Теперь попробуем.
Он привёл мужика из соседней деревни. Тот был тихий, спокойный, но в глазах иногда мелькала чернота.
— В нём бес? — спросила я.
— Пока нет, — ответил Ефим. — Но близко. Видишь черноту?
Я всмотрелась. Действительно, в глубине зрачков иногда вспыхивало чёрное.
— Что делать?
— Гнать, пока не вошёл. Читай молитву.
Я подошла к мужику. Он смотрел на меня спокойно, даже с интересом.
— Не бойся, — сказала я. — Я помогу.
Я положила руку ему на лоб и начала читать.
Сначала ничего не происходило. Потом мужик дёрнулся, глаза его закатились, из горла вырвался хрип:
— Уйди! Не тронь! Моё!
— Не твоё, — твёрдо сказала я. — Изыди.
Читала громче, нажимала сильнее. Чернота в глазах заметалась, заметалась и вдруг вырвалась наружу чёрным дымом.
Мужик обмяк, упал без сознания.
— Готово, — сказал Ефим. — Молодец.
Я смотрела на свои руки. Они дрожали.
— Я сделала это?
— Сделала. Первый раз. Теперь будет легче.
---
Глава 3. Нашествие
Бесы не заставили себя ждать.
Через неделю их было уже пятеро. Они вселялись в людей, в скотину, даже в деревья. Люди сходили с ума, бросались на родных, резали скот, поджигали дома.
Мы с Ефимом работали без отдыха. Днём лечили, ночью изгоняли. Мать помогала — поила отварами, успокаивала, молилась в углу.
— Долго не выдержим, — сказал Ефим однажды. — Сил мало.
— Что делать?
— Звать подмогу.
— Откуда?
— Степана. Василия. Всех светлых теней. Они помогут.
В ту ночь мы вышли на опушку леса. Ефим зажёг свечу, я читала молитву. Тени собирались со всех сторон — светлые, белые, прозрачные. Они вставали вокруг нас стеной.
— Бесы идут, — сказал Степан, появляясь рядом. — Много. Сотни.
— Встретим, — ответила я.
Бой начался на рассвете.
Чёрные тени, бесы, бешеные люди — всё смешалось в одну кучу. Мы бились до вечера. Я читала молитвы, жгла бесов светом, вытаскивала их из людей. Степан и Василий дрались с чёрными тенями. Светлые тени прикрывали нас.
К закату бесы отступили.
— Отбили, — выдохнул Ефим, падая на снег.
— Вы как? — подскочила я к нему.
— Старый я, — усмехнулся он. — Устал.
Я помогла ему дойти до избы. Мать уже ждала с отварами и горячими блинами.
---
Глава 4. Исповедь Ефима
Ночью Ефим позвал меня к себе.
— Садись, — сказал он. — Поговорить надо.
Я села.
— Я скоро умру, Катя, — сказал он просто. — Не сегодня, не завтра, но скоро. Силы кончаются.
— Не говорите так.
— Надо говорить. Ты должна быть готова.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
— Я много грешил в жизни, — начал он. — Много ошибок совершил. Людей не спас, кого мог. Сам убивал, когда надо было. Бесов призывал, чтобы узнать их слабые места. Грань переходил.
— Вы же для дела.
— Для дела, — кивнул он. — Но грех есть грех. И теперь я должен исповедаться.
— Мне?
— Тебе. Ты теперь главная. Ты должна знать всё.
И он рассказал.
О том, как в молодости, не справившись с силой, призвал беса, чтобы вылечить умирающего ребёнка. Бес вылечил, но забрал душу ребёнка через год.
О том, как убил своего брата, который перешёл на сторону твари.
О том, как сжёг деревню, где люди поклонялись тёмным.
О том, как предавал, обманывал, крал.
— Я не святой, Катя, — закончил он. — Я грешник. Но я старался делать добро. Простишь ли ты меня?
Я смотрела на него. На старого, уставшего человека, который отдал всю жизнь борьбе со злом.
— Прощаю, — сказала я. — Вы мой учитель. Мой друг. Мой дед.
Он заплакал. Впервые на моей памяти.
— Спасибо, внучка.
Мы обнялись.
---
Глава 5. Передача силы
Наутро Ефим сказал:
— Сегодня передам тебе остальное. Всю силу, что у меня есть.
— А вы?
— А я отдохну наконец, — улыбнулся он. — Семьдесят лет без отпуска — это не шутка.
Обряд проходил в погребе, у чёрного камня. Ефим велел мне встать на колени, положил руки мне на голову и начал читать.
Сила хлынула в меня. Огромная, тёплая, живая. Я чувствовала, как она заполняет каждую клетку, каждую жилку. Видела всю жизнь Ефима — его радости, его боли, его потери. Чувствовала всех, кого он спас, и всех, кого не смог.
А потом всё кончилось.
Я открыла глаза. Ефим сидел у стены, бледный, прозрачный почти.
— Готово, — прошептал он. — Ты теперь настоящая знахарка.
— Ефим! — бросилась я к нему. — Держитесь!
— Не надо, — остановил он. — Всё хорошо. Я ухожу.
— Куда?
— Туда, где моя жена. Где мой сын. Где свет.
Он закрыл глаза.
— Ефим! — закричала я. — Не уходите!
Но он уже не слышал.
Я сидела рядом и плакала. Впервые за долгое время — навзрыд, как ребёнок.
А чёрный камень пульсировал ровно и спокойно. Сила Ефима теперь была во мне.
---
Глава 6. Похороны
Ефима похоронили на деревенском кладбище, рядом с женой и сыном. Пришла вся деревня — и те, кого он лечил, и те, кто его боялся, и те, кто проклинал. Все плакали.
— Спасибо тебе, Ефим Петрович, — сказал староста. — Спасибо за всё.
Я стояла у могилы и сжимала в руке горсть земли. Мать рядом крестилась и шептала молитвы.
— Теперь ты главная, — сказал подошедший Степан.
— Знаю.
— Справишься?
— Придётся.
Он кивнул и растаял.
Я бросила землю на гроб и пошла домой.
В избе было пусто без Ефима. Его кресло, его трубка, его травы — всё напоминало о нём.
— Катя, — позвала мать. — Иди есть.
— Не хочу, мам.
— Надо. Силы нужны.
Я села за стол. Ела через силу, давилась, но ела.
— Что дальше? — спросила мать.
— Дальше — жить, — ответила я. — Лечить людей. Держать границу. Ждать.
— Чего ждать?
— Когда тварь позовёт.
---
Глава 7. Первая ночь без Ефима
Ночью я не спала. Сидела в его кресле, курила его трубку (не зажигая — просто держала во рту) и смотрела на огонь.
Она пришла, конечно.
— Здравствуй, Катя, — сказала тварь, появляясь в углу. — Я соболезную.
— Убирайся.
— Не торопись, — усмехнулась она. — Я пришла с предложением.
— С каким?
— Ты теперь одна. Старик умер. Мать слаба. Тени не помогут, если я прикажу. Ты проиграла.
— Не проиграла.
— Проиграла, — повторила она. — Но я даю тебе шанс. Присоединяйся ко мне. Будешь моей правой рукой. Власть, сила, бессмертие — всё дам.
— А цена?
— Цена — твоя душа, — засмеялась она. — Мелочь.
— Пошла вон, — сказала я.
Она посмотрела долгим взглядом.
— Гордая, — сказала она. — Как Ефим. Но он умер. И ты умрёшь. Рано или поздно.
— Посмотрим.
Она растаяла.
А я осталась сидеть в кресле, сжимая трубку Ефима.
Я не боялась. Я была готова.
---
Глава 8. Новый день
Утром пришли первые больные. Я принимала, лечила, советовала. Сила Ефима работала во мне, и люди выздоравливали.
— Спасибо, Катенька, — кланялись они. — Спасибо, родная.
— Не за что, — отвечала я. — Идите с Богом.
К вечеру пришёл Сергей. Тот самый парень, что приходил благодарить за мать.
— Тяжело тебе? — спросил он.
— Тяжело, — честно ответила я.
— Я помочь могу? Дрова поколоть, воды принести?
— Можешь, — улыбнулась я. — Буду благодарна.
Он поколол дрова, принёс воды, починил забор. Мы сидели на крыльце и смотрели на закат.
— Ты сильная, — сказал он. — Я таких не встречал.
— Просто привыкла.
— Можно, я буду приходить? Часто?
— Приходи, — разрешила я.
Он ушёл, а я смотрела на лес и думала: может, и правда не всё потеряно? Может, и для меня есть что-то простое, человеческое?
— Есть, — сказал подошедший Степан. — Ты заслужила.
Я улыбнулась.
Впереди была жизнь. Трудная, страшная, но своя.
И я была готова.
Конец одиннадцатой части.
Продолжение следует...