Студенты престижного московского вуза вздрагивают, когда по коридору проходит группа людей в наушниках с пистолетами. Никаких учений спецслужб не объявляли. Просто на занятия идёт Лариса Долина.
Институт культуры превращается в проходную режимного объекта каждый раз, когда народная артистка переступает порог. И это только начало. Дальше начинается то, ради чего сюда приезжают таланты со всей страны.
Говорят, шоу-бизнес — место жёсткое. Но то, что творится в стенах МГИКа, не снилось даже самым циничным продюсерским центрам.
Здесь вместо педагогов — звёзды без педагогического образования, вместо мастер-классов — публичные унижения, вместо творческой атмосферы — зона перманентного стресса. История о том, как большая сцена сломала маленькую, и кто за это платит до сих пор.
Золотые клетки для мечтателей и "зачистка"
2016-й запомнился многим абитуриентам МГИКа как год чуда. Лариса Долина — и вдруг в преподавательском составе. Для родителей это был знак: ребёнок в надёжных руках. Для студентов — пропуск в большую жизнь без очереди.
Казалось бы, что может пойти не так? Звезда, сцена, опыт. Но первые звоночки прозвенели раньше, чем прозвенел первый звонок на занятия. Вместо привычной атмосферы музыкального образования, где ценят традиции, в коридорах запахло зачисткой.
Именно так — «зачисткой» — между собой это называли те, кто проработал в вузе десятилетиями.
Преподавателей академического вокала, людей с именами и регалиями, начинали выдавливать мягко, потом жёстко. Перестали спрашивать мнение, потом создали условия, в которых невозможно работать.
Через несколько месяцев кафедра, которую они создавали, перестала существовать в прежнем виде. Старые мастера уходили один за другим — кто через недели, кто через месяцы невыносимого давления.
Самые отчаянные попытались биться. Написали коллективное письмо на Долину и ректора вуза в Минкульт. Слова подбирали жёсткие: называли новых руководителей кафедры выскочками, которые ведут себя как захватчики, а методы их управления сравнивали с диктатурой непрофессионалов.
Главная претензия звучала убийственно для государственного вуза: программу перекосили в сторону западных шлягеров, а своё, отечественное, ушло на второй план. В российском институте культуры. Где должны растить артистов для своей страны.
Стресс как метод обучения
Те, кто побывал на занятиях, рассказывают не про вокал, а про выживание. Лариса Долина не учит петь — она штампует характеры через публичные унижения.
Студенты боятся задавать вопросы, боятся привлекать внимание, боятся лишний раз вздохнуть. Потому что любая мелочь может стать поводом для разноса прямо при всей группе.
— Ты никто, — летит со сцены в сторону девятнадцатилетней девчонки. — Где твой слух, бездарность? Иди работай в метро, пока не поздно.
И это не в кулуарах, не тет-а-тет. Это при полном зале. При живых свидетелях, которые потом будут делать вид, что ничего не случилось.
Одна студентка после такого разноса от Долиной потеряла голос на несколько месяцев. Не сорвала связки — просто организм заблокировал возможность петь. Нервный и психологический ступор, с которым потом люди годами ходят по врачам.
Атмосфера в репетиционных классах напоминает зону боевых действий. Люди, которые там были, рассказывают про летящие в сторону студентов папки, разорванные в клочья ноты, вещи, сброшенные со столов на пол.
И это не вспышки гнева уставшего педагога, а система. Если ты протестуешь — не видать тебе зачета. Оценки занижают без объяснений, обвиняют в нарушении дисциплины, ставят палки в колеса на каждом шагу.
Свои и чужие
Параллельно внутри кафедры выстроилась четкая иерархия. Одни студенты стали неприкасаемыми, другие — пустым местом. Везет тем, у кого фамилия на слуху, у кого родители с деньгами или связями.
Им — сценическая практика, им — время педагога, им — будущее. Остальным роль массовки. Талантливые ребята из регионов, которые приехали за мечтой за тысячи километров, просто заполняют фон.
Оценки ставят с потолка. Никакой объективности, никаких критериев.
Сегодня у педагога Ларисы Долиной (кстати, у неё нет преподавательского образования) хорошее настроение — четверка. Завтра плохое — та же песня тянет на трояк с минусом.
Объяснять ничего не надо, ты просто «не дотягиваешь». До чего не дотягиваешь? До чьей-то личной симпатии или антипатии? Ответа нет.
27 января в баре «Петтер» случился концерт Ларисы Долиной. Билетов было продано на 50% зала. Чтобы спасти ситуацию студентов согнали в зал по распоряжению артистки — создавать видимость аншлага.
Они просидели там целый вечер за пустыми столиками, потому что заказать даже чай было не на что. А на следующий день в интернете вышли восторженные отчеты: билеты разлетелись как горячие пирожки. А по факту - студентов просто использовали как декорацию.
Цена молчания
Руководство института делает вид, что ничего не происходит. Ни одного публичного комментария, ни одной проверки. Жалобы студентов и их родителей просто тонут в канцелярских недрах.
Молчание администрации работает как индульгенция: можно всё. И система, где талант ничего не значит, а главное — лояльность и связи, укрепляется с каждым днем.
Освободившиеся места преподавателей заполняют своими. Люди приходят с кафедры академии имени Маймонида, у которой аккредитация приостановлена.
Коллеги с высшим музыкальным образованием, оценивают их уровень невысоко. Но это никого не волнует, потому что работает принцип круговой поруки. Свои всегда правы, чужие всегда не правы.
В результате институт культуры превратился в место, где культура закончилась.
Талантливые, гордые, принципиальные здесь не задерживаются. Они либо ломаются под давлением, таких как Лариса Долина, либо уходят сами, унося с собой разочарование на всю жизнь. А остаются те, кто умеет молчать, прогибаться и делать вид, что так и надо.
Спасибо, что дочитали до конца и до скорых встреч!