Анна положила трубку и довольно улыбнулась. Столик забронирован, платье куплено, туфли подобраны — вечер обещал быть идеальным. Ровно таким, каким она его и представляла: свечи, белоснежная скатерть, бокалы с лёгким вином и — самое главное — они вдвоём. Без свиты, без толпы, без этих вечных дружков Михаила, которые появлялись всегда некстати, словно джинны из бутылки.
— Миша! — крикнула она в сторону гостиной. — Я забронировала на субботу столик в «Шафране». На двоих. Только мы с тобой, ясно?
Михаил высунулся из-за двери, держа в руках геймпад. На экране телевизора замерла игра — какие-то монстры застыли в прыжке, угрожающе разинув пасти.
— Анют, а можно я Димку с Серёгой позову? — спросил он с такой интонацией, будто предлагал что-то абсолютно разумное и само собой разумеющееся. — Серый из командировки только вернулся, мы его месяц не видели!
Анна почувствовала, как внутри что-то дрогнуло и начало закипать. Медленно. Как молоко на плите, которое сначала просто нагревается, потом начинает булькать по краям, а потом — бац! — и заливает всю конфорку.
— Миша, — произнесла она с опасной тишиной в голосе. — Я сказала: столик на двоих. Д-В-О-И-Х. Это значит — ты и я. Без Димки, без Серёги, без твоей футбольной команды и без соседа дяди Коли.
— Да ладно тебе, — Михаил махнул рукой. — Серый обидится! Он же специально...
— Серый обидится?! А я что, по-твоему, не обижусь? Мы последний раз вдвоём куда-то ходили, когда? На мой день рождения! И то Димка с Серёгой «случайно» оказались в том же кафе и «случайно» подсели к нам!
— Ну это же они сами решили...
— Миша, милый, — Анна подошла ближе, и её улыбка была такой, что Михаил невольно отступил на шаг. — За твоих друзей я платить не собираюсь. Понял? Столик на двоих. Счёт на двоих. Если хочешь притащить караван — оплачивай сам.
Михаил растерянно моргнул. Деньги — это было больное место. Последние три месяца он был в поиске. После сокращения штата. Анна называла это проще: сидел дома и резался в приставку. А она вкалывала в офисе, приносила зарплату и тратила её на двоих. На двоих, а не на пятерых!
— Ань, ты чего? — попытался он включить обаяние. — Компанией веселее! Помнишь, как в прошлый раз Димка официанта разыграл? Все смеялись!
— Я не смеялась, — отчеканила Анна. — Я сидела красная от стыда, пока твой Димка изображал иностранца и требовал «спагеттио бурратини». Официант чуть в обморок не упал от возмущения.
— Да он сам потом смеялся!
— После того, как я извинилась и оставила ему чаевые на полторы тысячи! Мои чаевые, Миша! А ты с Димкой хихикали, как школьники на перемене!
Михаил почесал затылок. Да, с чаевыми вышло неловко. Но Димка же не специально... Димка вообще душа-парень. И Серёга хороший. Они столько лет дружат!
— Слушай, давай так, — предложил он примирительно. — Мы сходим в этот твой «Шафран», посидим вдвоём, а потом к ним заедем? Просто пивка попьём, пообщаемся...
— Нет, — Анна развернулась и пошла на кухню. — Субботний вечер — наш. Без продолжения в гараже у Серёги, без пива, без футбола по телевизору. Наш.
Она хлопнула дверцей холодильника с такой силой, что магнитики на нём жалобно задребезжали. Михаил вздохнул и вернулся к игре. Но играть уже не хотелось. Монстры на экране казались менее страшными, чем решительное выражение на лице Анны.
Суббота наступила быстро и беспощадно. Михаил встал пораньше, побрился, достал из шкафа рубашку —голубую, которую Анна любила. Она гладила её сама накануне вечером, бросая на него многозначительные взгляды. Взгляды были красноречивее любых слов: не вздумай испортить наш вечер.
В два часа дня ему позвонил Димка.
— Мишка! Серый с Ленкой разругались, ему срочно нужна моральная поддержка! Собираемся вечером у меня, заезжай!
Михаил замер с телефоном у уха. За спиной раздавался шум фена — Анна укладывала волосы. Она была в халате, на лице маска какая-то огуречная, но даже так она выглядела красиво. И решительно.
— Дим, я не могу, — выдавил из себя Михаил. — У нас с Аней планы.
— Какие планы? — в голосе Димки прозвучало искреннее недоумение. — Серому плохо! Друзья должны поддерживать друг друга! Ты чё, забыл, как он тебя полгода назад от депрессии спасал?
— Спасал он меня... — пробормотал Михаил. — Просто пиво вместе пили.
— Вот именно! И сейчас он от тебя того же ждёт! Приезжай к восьми, возьми закуску какую-нибудь. Чипсы, например.
— Дим, серьёзно, не могу. У нас с Анной ресторан.
Пауза. Долгая, тяжёлая, наполненная немым укором.
— Понял, — наконец произнёс Димка таким тоном, будто Михаил только что сообщил о своём вступлении в секту. — Под каблуком значит ходишь теперь. Ладно, бывай.
Он повесил трубку. Михаил уставился на телефон. Под каблуком? Да он... он просто... Анна права, они действительно давно никуда не ходили вдвоём! Это нормально — проводить время со своей девушкой! Димка просто не понимает, у него отношения вечно три месяца длятся, а потом всё по новой.
Вечером они ехали в ресторан на такси. Анна была в чёрном платье, которое Михаил видел впервые. Оно облегало её фигуру так, что у него перехватило дыхание. Волосы уложены, макияж лёгкий, духи пахли чем-то цветочным и дорогим.
— Ты восхитительно выглядишь, — сказал он искренне.
Анна улыбнулась и положила руку ему на колено.
— Спасибо. Ты тоже ничего. Эта рубашка тебе очень идёт.
Они молчали остаток пути. Михаил смотрел в окно и думал, что, может, Анна всё-таки права. Может, нужно иногда быть вдвоём. Без Димки, без Серёги, без этого их бесконечного трёпа о футболе, машинах и компьютерных играх.
«Шафран» встретил их приглушённым светом, тихой музыкой. Стол у окна, вид на город, свечи в высоких подсвечниках — всё как в кино. Анна сияла. Михаил чувствовал себя почти героем.
Они заказали вино, салаты, горячее. Официант порхал вокруг их столика, как заботливая бабочка. Анна рассказывала о работе, о новом проекте, о том, как её похвалило начальство. Михаил слушал и кивал, но в кармане его пиджака телефон начал вибрировать.
Сначала одно сообщение. Потом второе. Третье.
Он незаметно вытащил телефон под столом. Димка. Серёга. Снова Димка. В чате их компании шла переписка:
«Димка: Мишка, ты где? Серому совсем плохо!»
«Серёга: Да нормально я, просто Ленка сказала, что я инфантильный. Это вообще что значит?»
«Димка: Значит, что тебе пора взрослеть. Приезжай, Миш, поговорим серьёзно.»
— С кем переписываешься? — Анна посмотрела на него через край бокала.
— А? Да никто... рабочее, — соврал Михаил и сунул телефон обратно в карман.
Но телефон будто взбесился. Он вибрировал не переставая. Михаил сидел на иголках. Рука так и тянулась проверить сообщения. Вдруг там что-то серьёзное? Вдруг Серёге действительно плохо?
Анна положила вилку и посмотрела на него в упор.
— Миша, достань телефон.
— Ань, всё нормально...
— Достань. Телефон.
Он виноватым жестом выложил аппарат на стол. Анна взяла его, пролистала сообщения и положила обратно. На её лице не отразилось ничего — ни гнева, ни разочарования. Просто пустота.
— Знаешь, — произнесла она ровным голосом, — я думала, это будет наш вечер. Но, похоже, твои друзья всегда с нами. Даже когда их физически нет рядом.
— Ань, ну что ты...
— Тебе звонят друзья, тебе пишут друзья, ты думаешь о друзьях. Я сижу напротив, в новом платье, при полном параде, а ты витаешь в облаках. Нет, не в облаках — в Димкином гараже.
— Это не так! — Михаил попытался взять её за руку, но она отдёрнула пальцы. — Анна, прости, серьёзно. Серёге плохо, он с девушкой расстался...
— Серёга с девушками расстаётся каждые два месяца! — впервые за вечер Анна повысила голос. Несколько посетителей за соседними столиками обернулись. — Это его образ жизни! А ты каждый раз бросаешь всё и бежишь его утешать пивом и чипсами!
Официант подошёл с подносом, но, увидев напряжённые лица, быстро ретировался.
— Я не бросаю тебя, — Михаил говорил тихо, но в голосе его звучала мольба. — Я просто... я же не могу их бросить! Они мои друзья с института! Мы столько вместе прошли!
— А мы с тобой что, не вместе? — Анна откинулась на спинку стула. — Миша, мы живём вместе уже два года. Я терплю твои носки в гостиной, твои игры по ночам, твою вечную лень. Я сейчас плачу за квартиру, за еду, за всё, пока ты «ищешь работу». И я не жалуюсь! Я просто попросила один вечер. Один! И ты не можешь мне его подарить!
Михаил сидел и молчал. Потому что она была права. Абсолютно, безоговорочно права. И ему было стыдно до боли.
— Извини, — выдавил он. — Прости меня. Телефон выключаю. Вот, смотри.
Он нажал кнопку, и экран погас. Анна смотрела на него долгим взглядом, оценивающим, словно решая — верить или нет.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Давай начнём вечер заново.
И они начали. Михаил убрал телефон в самый дальний карман, и старался быть здесь, сейчас, с Анной. Рассказывал истории, шутил, смотрел ей в глаза. Анна постепенно оттаяла. Засмеялась. Заказала десерт — огромное пирожное с кремом и малиной, которое они делили на двоих.
— Знаешь, — сказала она, слизывая крем с ложки, — мне просто хочется иногда чувствовать, что я для тебя важна. Не меньше, чем Димка с Серёгой.
— Ты важнее, — ответил Михаил. — Намного важнее. Просто я не всегда это показываю.
— Ну хоть признал.
Они вышли из ресторана около полуночи. Анна была слегка навеселе — вино сделало своё дело. Она повисла на руке Михаила и смеялась над какими-то своими мыслями.
— Знаешь, что смешно? — спросила она, глядя на звёзды. — Димка с Серёгой, наверное, думают, что я злая ведьма, которая тебя от них отбивает.
— Да нет, они не думают...
— Думают. Я вижу, как они на меня смотрят. Типа «вот пришла женщина и всё испортила».
Михаил хотел возразить, но не смог. Потому что Димка действительно как-то обмолвился: «Раньше ты был свободный, а теперь тебя на поводке водят». Тогда Михаил отшутился, но осадок остался.
— Знаешь, что я им скажу в понедельник? — спросил он.
— Что?
— Что я счастлив. С тобой. И что мне плевать на их мнение.
Анна остановилась и посмотрела на него снизу вверх. В свете фонарей её глаза блестели.
— Правда скажешь?
— Правда.
Она поцеловала его — долго, нежно, посреди тротуара, не обращая внимания на прохожих. Михаил обнял её и подумал, что все эти Димки и Серёги, все эти пивные посиделки и разговоры ни о чём — всё это ничего не стоит по сравнению с моментом, когда она смотрит на него вот так.
В такси Анна уснула у него на плече. Михаил гладил её волосы и улыбался. Вечер удался. Столик на двоих оказался лучшей идеей за последние месяцы.
А в понедельник он действительно встретится с Димкой и Серёгой. И скажет им всё, как есть. Что у него всё хорошо. Что Анна — не ведьма и не надзиратель. Что она просто любит его и хочет быть рядом. И что это, чёрт возьми, прекрасно.
Но это будет в понедельник. А сейчас — сейчас у него есть Анна, тёплое такси и ощущение, что он, возможно, наконец-то взрослеет. Пусть и медленно. Пусть и с опозданием. Но он взрослеет. И это, как ни странно, совсем не страшно.