Добро пожаловать в кабинет исторических курьезов! Сегодня мы отправляемся в Китай 581 года до н. э. – эпоху, когда жизнь стоила дешево, нефрит ценился высоко, а техника безопасности при посещении уборной отсутствовала как класс.
Как умереть от опечатки в пророчестве и почему туалеты в Древнем Китае были опаснее варваров
Если вы думали, что умереть в бою от стрелы в глаз – это досадно, то приготовьтесь к истории Цзиньского Цзин-гуна. Это рассказ о том, как попытка переспорить судьбу привела к самому несвежему финалу в анналах мировой истории.
Эпоха Весен и Осеней (и очень плохих манер)
Китай того времени – это не та мирная картинка с каллиграфией и чаем, которую нам рисуют в мультфильмах. Это период Чуньцю (Весен и Осеней). Представьте себе сотни мелких княжеств, которые постоянно грызутся между собой, как пауки в банке из тончайшего фарфора.
Правитель (гун) в те времена – это человек, который просыпается с мыслью: «Кто сегодня попытается подсыпать мне мышьяк в лапшу?». Этикет был строжайшим, а суеверия – абсолютными. Если гадатель на костях черепахи говорил, что завтра пойдет дождь из лягушек, люди начинали открывать зонтики и солить воду.
Но была одна вещь, которая объединяла и императора, и последнего крестьянина: устройство туалета. Забудьте о мягкой бумаге и фаянсе. Дворцовый «кабинет раздумий» представлял собой монументальную дыру над огромной выгребной ямой. Причем «огромной» — это не метафора. Туда вполне мог поместиться небольшой конный отряд, если бы возникла такая нелепая необходимость.
Шаман, каша и роковая ошибка маркетинга
Наш герой, Цзиньский Цзин-гун, был человеком могущественным, но, судя по всему, обладал характером сварливым и крайне подозрительным. Однажды ему приснился кошмар: огромный призрак с распущенными волосами, бьющий в грудь и обвиняющий гуна в убийстве его внуков (обычное дело для китайской политики того времени).
Проснувшись в холодном поту, Цзин-гун вызвал шамана из Сань-мо. Шаман, вместо того чтобы утешить начальника и получить премию, выдал самое честное и самое неудачное пророчество в своей карьере:
– Государь, – сказал он, глядя в пространство, – вы не доживете до того момента, когда попробуете кашу из нового урожая пшеницы.
Цзин-гун, мягко говоря, расстроился. Но вместо того, чтобы сесть на диету или уйти в монастырь, он решил пойти по пути типичного тирана: доказать, что шаман – шарлатан.
Пшеничный триумф (который не задался)
Наступило лето. Урожай пшеницы был собран, обмолочен и превращен в ароматную кашу. Цзин-гун, потирая руки, приказал приготовить блюдо и вызвать того самого пророка на «очную ставку».
Сцена была достойной театра: на столе дымится миска свежего зерна. Цзин-гун указывает на нее шаману и с изысканным сарказмом говорит: – Ну что, любезный? Вот пшеница. Вот я. Сейчас я ее съем, а тебя казню за дезинформацию населения.
Сказано – сделано. Шамана увели на казнь (в те времена это был единственный способ закрыть спор по фактам). Гун уже занес ложку над миской, предвкушая вкус победы над судьбой, как вдруг... его кишечник подал сигнал бедствия.
Возможно, это была психосоматика. Возможно – легкое отравление. Но древние тексты («Цзо чжуань») беспристрастно сообщают: «У гуна вздулся живот».
Финал в миноре
Гордо отставив миску, Цзин-гун поспешил в туалет. Как вы помните, это была та самая глубокая бездна, отделяющая мир живых от мира... удобрений.
Что именно произошло в тенистых покоях уборной – доподлинно неизвестно. То ли полы были скользкими, то ли голова закружилась от предсмертного спазма, но правитель могущественного царства Цзинь попросту сорвался вниз.
Охрана ждала долго. Очень долго. Этикет запрещал врываться к государю в такие интимные моменты, но когда пауза затянулась на часы, верные слуги заподозрили неладное. Когда его нашли, спасать было уже поздно.
Цзин-гун сдержал пророчество с идеальной точностью: он не успел проглотить ни единого зернышка из нового урожая. Шаман был прав, хотя и не успел насладиться своим триумфом (потому что его голова уже жила отдельной от тела жизнью).
Исторические параллели и черный юмор
Интересный факт: это не единственный случай, когда туалет становился местом политической трагедии.
• В средневековой Европе существовал «Эрфуртский позор» (1184 г.), когда под тяжестью немецких рыцарей провалился пол в соборе, и десятки знатных господ утонули в нечистотах.
• Но случай с Цзин-гуном – самый древний и поэтичный в своей нелепости.
В китайской культуре этот инцидент оставил глубокий след. Во-первых, это научило правителей не спорить с гадалками (или хотя бы сначала доедать кашу, а потом казнить). Во-вторых, это породило множество ироничных комментариев.
Один придворный слуга, кстати, увидел во сне, что он несет гуна на небо. После смерти правителя этот бедолага был заживо погребен вместе с господином, чтобы «нести его» и в загробном мире. Мораль? Если вам снится, что вы помогаете начальнику, – держите язык за зубами.
Если вы оказались здесь – то либо вам нравится история, либо у вас слишком много свободного времени.
В любом случае – вот еще парочка материалов, которые могут вас увлечь.