Глава 16. Зло
На барина было страшно смотреть. Он сидел, скорчившись, на пороге, в насквозь вымокшей одежде. С волос стекала вода, расползаясь вокруг неровной лужей. Один сапог остался где то на реке, второй выглядел одиноким и потерянным без пары . Таким же потерянным, как и его хозяин. Глаза барина бесцельно блуждали по двору, не останавливаясь ни на секунду. Он сжимал и разжимал кулаки, теребил хлыст и во всех движениях ощущалось полное бессилие. Рядом верный Захар и ещё трое молодых крепких парней выворачивали мокрую одежду.
-Нельзя так сидеть! Нужно дальше нырять! Искать! Может за корягу зацепились, может .. за мной!
-Барин! Игорь Сергеевич! Родной! Три часа прошло. Да всю ж речку облазили, коли там бы были, мы б со дня достали. Парни замёрзли. Нет, если прикажешь. Мы пойдем. Хоть до ночи искать будем, был бы толк.
Барин поднял глаза и внимательно посмотрел на конюха:
-Они утонули, да? В омут утянуло?
Захар потупил взгляд и скорбно сгорбился.
-Нееет! - раздался над поместьем истошный крик, - брешешь ты все! Специально говоришь! Не могли они утонуть! Пока я жива, не бывать этому! Детки мои родные! Как же я без вас? Куда я без вас? Зачем мне жизнь такая, что родных кровиночек не уберегла? Должна была гнать от этого места, плашмя в воротах лечь, да не пускать! Ведь знала, что беда будет. Зло в ней. Большое зло!
-Что ты такое лопочешь, Серафима? Кого не пускать?
-Вы сами знаете! - сухо бросила нянька, - знаете, да молчите. И мне прощения нет, что ее с Ванюшкой отпустила. Что послушалась. Значит, нечего мне больше на этом свете делать!
-Серафима! Объяснись! - барин поднялся с крыльца и шагнул к женщине. Серафима покосилась на навостривших уши дворовых:
-Идемте на птичник Без чужих ушей, - прошептала она одними губами. Барин кивнул и зашагал следом, сделав остальным знак, оставаться.
-В барыне зло! Большое зло, древнее, - забормотала торопливо женщина, едва закрылась дощатая дверь, - она, чтоб Ванюшку родить, к ведьме в дальнюю деревню ездила. Не знаю, что она попросила взамен, но с тех пор барыню как подменили. Да Вы и сами не могли не заметить. А скота сколько полегло в те годы? Одних курей как выкосило..
Глава 15
Начало тут ⬇️
-Ты, Серафима, говори, да не заговаривайся! - перебил ее мужчина, - одно с другим не мешай. Барыни даже рядом не было, когда Иван в реку свалился. Тогда уж во мне злой дух. Если бы… да что теперь! Прожитого не вернешь! Не мы первые, не мы последние, - барин вышел из птичника, оставив няньку одну. Она смотрела ему вслед, потом прошептала:
-Дай Бог, Игорь Сергеевич. Дай Бог! Тебе жить.
Уже в сумерках Серафима, еле слышно ступая, вышла из птичника, никем не замеченная, пересекла двор и исчезла в зарослях кустов. Захар, ведущий в ночное лошадей, видел, как нянька вышла на берег реки, долго смотрела на черную гладь, шевеля губами. А когда над домом поднялась огромная круглая желто-оранжевая луна, махнула рукой на барский дом и негромко сказала:
-Пусть каждому по заслугам, пусть каждый за зло ответит.
Послышался вскрик и плеск воды. Серафима не умела плавать.
Захар перекрестился, сторожевой пес тоскливо завыл. В воздухе висело ощущение чего то страшного и неотвратимого. На конюшне громко ржал Степан, привыкший к ежедневным прогулкам с хозяином. Сам хозяин пил без закуски, сидя прямо на пороге своего дома. Иногда он поднимал глаза на Луну, висящую над крышей, и что то бормотал. Только слов никто разобрать не мог. Когда Луна коснулась крыши нижним краем, на пороге появилась барыня. Лицо ее было свежо, прическа безупречна. Она положила руки на плечи мужа:
-Идемте в дом, стало прохладно. Идемте. Я прикажу подать Вам ужин, дорогой. Забудем все и начнём с начала. Бог дал, Бог взял. Я рожу Вам другого наследника, сильного и ловкого, умного и способного. Сегодня день полной луны, наш ребенок унаследует ее силу, Ваш ум и мою красоту. Я прощаю Ваш проступок. Я сама виновата. Идемте!
-Чтооо? - заорал барин так, что проснулась Симка в своей коморке, - да как ты можешь? Ты же мать! На твоем лице ни слезинки! Ты вообще любила его когда нибудь? Хотя как ты могла его полюбить, если даже не знала? Мать ему была Серафима. И она ушла вслед за ним, тогда как ты… сгинь! Исчезни! Видеть тебя не хочу! Захар! Захар!
-От слез появляются морщины, - безразлично бросила барыня, - а нянька Ваша утопилась от стыда, что Вы с дочерью ее спутались. Позора не пережила. И правильно сделала, жизни ей все равно бы тут не было.
-Захар! Запрягай! Захар! - барин покачнулся и чуть не упал на каменные ступеньки, - увези ее отсюда, чтоб духу не было! Не доводи до греха!
Захар примчался на крик, растрепанный и недоумевающий.
-Куда везти, барин?
-К ч*рту! Туда, где ей место! Вооон! - заорал он вдруг не своим голосом, указывая рукой на ворота, - воооон отсюда! Коня мне, Захар! Степана подавай! Я сам!
-Куда, барин? Дело ли в ночь на необъезженном жеребце? Утро будет, будет дело, - попытался урезонить конюх.
-Нет времени ждать! Зло нужно уничтожить! Пока Луна полная! Здесь! Сейчас! - он схватил барыню за руку и поволок в сторону конюшни. Захар растерянно смотрел вслед, потом вздохнул и поспешил за хозяином. Через несколько минут на двух жеребцах они пронеслись через ворота в ночь.
-Будьте прокляты! Прокляты! - остался на дороге хриплый женский крик, - проклинаю всех вас и место это! Под Луной проклинаю! Не будет на этом месте никому счастья!
Тьма проглотила крик , пыль от копыт, оставив легкую горечь полыни в воздухе.
На утро вся дворня шепталась по углам, что барыня ночью с горя повесилась в лесу, что не подалеку от южного пастбища. И что барин с потери умом тронулся, не разрешает ее с дерева снимать. Однако ослушаться никто не посмел.
Через ночь пропал Захар. Ушел в ночное и не вернулся. То ли с пьяну в реку свалился, то ли болотные огни в чащу завели. Поместье пустело на глазах.
А ещё через пару дней не стало и самого барина. Он поехал кататься без седла. То ли сам запрячь не сумел, то ли сме*рти искал. Симка нашла его на дороге со свернутой на бок шеей. Коня Степана с тех пор так никто и не видел.
***
Марина убрала руку со щеки Игоря, глаза подернулись легким туманом:
-Прокляты мы, вот и маемся. Ни туда, ни сюда. И не видать этому месту покоя. Теперь, когда все знаешь, останешься со мной? Не побоишься?
-Не побоюсь. Я тебя всю жизнь ждал. Сразу узнал. Куда я теперь без тебя?
-Значит, решил?
-Решил!
-Под Луной?
-Под Луной!
-Навсегда?
-Навсегда! - он коснулся ее губ поцелуем, легким, как крылья бабочки. Он никогда ни в чем не был так уверен.
-Тогда идем, - девушка потянула ему руку, в ночном воздухе запахло земляникой и травой.
Черная вода расступилась, обняла, накрыла с головой. Игорь начал нервно хватать ртом воздух, чувствуя, что захлебывается .
-Не бойся, я с тобой. Навсегда, - голубые глаза стали приближаться, пока не заслонили и дом, и небо и огромную луну над крышей. Нежные губы закрыли рот поцелуем. Стало тепло и просто. Он там, где должен быть. На своем месте.
Черный водоворот закрутил обессилевшее тело словно тряпичную куклу. Огромная льдина оторвалась от берега с громким хрустом. Пара минут и все стихло. Остались лишь следы на снегу и безразличная луна на темном небосводе.
***
-Мирослава Михайловна! Простите, больше ничем сейчас не могу помочь. Следов взлома нет, отпечатки ног вокруг дома принадлежат одному человеку. Автомобиль на месте, ключи и документы не тронуты. Следов преступления я не вижу. Ещё раз простите, - участковый кивнул и попятился, - может, ушел куда. Вернется. Телефон вон в доме, а без него далеко никто не ходит.
-Как же? Человека то нет! Нету! Нигде! Вы полиция или где?
-Мы - полиция. Но здесь состав преступления не наблюдается. Может позже, когда растает снег. Может, появится что то новое. Зацепки, улики. А может.. - он многозначительно замолчал, - Ваш супруг просто нашел приют у симпатичной деревенской девушки? И такие случаи были. Всего доброго!
Мира не стала дожидаться, пока он уйдет. Так понятно, что этим людям лишь бы лишние хлопоты на себя не брать. Нет тела - нет дела.
Она облокотилась на входную дверь и та, скрипнув, подалась вперед, впуская женщину в дом. На крючке висела забытая куртка Игоря. С фотокарточек в небольших деревянных рамках напротив двери на нее смотрели два пары глаз: ее муж, молодой и красивый, в чёрных сапогах и высокой шляпе. И девушка. Черные волосы, голубые глаза, милая улыбка и слишком крупный для тонкого лица нос.
Фотокарточка была выцветшая, но Мира была уверена, что глаза именно голубые, а не серые, или карие. Как и в том, что в прошлый раз этих фотографий здесь не было. От стены веяло теплом. Мира закрыла глаза.
-Когда растает снег, - пробормотала она. Глаза слипались. Она слишком устала. Сейчас отдохнет минутку и поедет. Одну минутку. Теплая стена приятно согревала затылок….
-Серафима! Серафима! Где Иван? К нему учитель французского приехал!
-Сейчас, барыня, уже ищут!
Не все, что кажется, есть на самом деле. А то, что есть, порой нам только кажется.
Конец.