Глава 15. Чужие секреты
-Маришка! Постой! - Ваня услыхал голос отца, приглушенный, взволнованный, - не прячься, прошу.
-К Вам барыня приехала! - всхлипнул знакомый голосок, - мне больше тут места нет.
-Ты думаешь, я звал ее? Ждал? Ну подойди, не так я молод, чтоб по зарослям бегать. Увидит ещё кто, слухов не оберешься.
-Но ведь она здесь. И она Ваша жена законная. Нехорошо это.
Ванюшка затаил дыхание, чтоб ни слова не пропустить. Даже воронята в гнезде притихли.
-Но люблю то я тебя! Иди ко мне! Не любил, стал бы бегать за тобой по камышам, как считаешь? Кто ж знал, что она явится. Я уже и думать забыл. Видит Бог. Мариш! Ну!
Марина развернулась и сделала осторожной шаг навстречу барину.
-И как нам теперь быть?
-Как были, так и будем. Бог даст, побудет благоверная пару недель, да в обратку соберется. Для нее тут не уровень. Скучно, комары, лес кругом. Ни тебе развлечений, ни общества.
-А Вам не скучно?
-Смеешься? Я мечтал уехать из города! Суета там, а толку чуть. Слова - пустые, улыбки - фальшивые, дела - глупые. Здесь жизнь! Настоящая! Ты! Поместье мое. Лошади, люди дворовые, все во мне нуждаются, за всех я в ответе. Тут у всего смысл есть. Скосил траву - сено получилось. Лошадей накормил, коров. Поняла?
-Про коров? - хихикнула Марина и подошла к барину вплотную, заглянула в глаза, - поклянись, что не врешь.
-Клянусь! - руки мужчины легли на хрупкие плечики, скользнули вниз. Ванюшке стало неудобно, что он вроде как подглядывает. Он не осуждал лица. Ему дочка Серафимы тоже нравилась куда больше маменьки. По ней сразу видно, что добрая. А маменька непонятная. Сухая, как корочка хлебная. Глаза пустые. Неясно - злиться или радуется.
Мальчишка стал тихонько отползать в сторону дома. Если отец его увидит, то точно выпорет. А Ванюшка к порке большое отвращение имел.
Глава 14
Начало тут
Он пятился, стараясь смотреть в землю, а не на обнимающуюся парочку, когда услышал шаги. Совсем рядом. Земля вздрагивала от тяжелой поступи. Трава хрустела. Он перековырнулся через голову назад и поднял глаза. Маменька смотрела на него сверху вниз. Зрачки сузились , рот искривился. Одной рукой она схватила за воротник и потащила к себе как котенка.
-Вот ты где, паршивец! - прошипела женщина.
Ваня сбежался и зажмурил глаза, - при всей дворне меня опозорил! Сразу видно, кто тебя воспитывал! Ну ничего, я тобой займусь! Будешь знать, как мать не признавать да бегать по округе словно беспризорник! Няньку вон отправлю твою сегодня же! Разбаловала! Выпишу тебе гувернантку хорошую, французский учить будешь и литературу.
Ванюшка слушал ее, недовольно оттопырив губу и нахмурив лоб. Учить французский в его планы не входило. А без своей няни он вообще жизни не представлял. Лучше уж пусть отец жениться на Маришке, чем на этой злой женщине. Та точно такого не удумает. Ещё бы запретила ему на конюшню ходить!
-Что молчишь?
-Не буду я ничего учить! - буркнул мальчишка.
-Будешь, ещё как будешь! Что скажу, то и делать будешь! Я тут порядок наведу. Отец твой распустил всех, живут как дома. Забыли, кто тут хозяин! Всю челядь разгоню! Будут знать, как хозяйку не уважать.
-Я тогда с няней уйду! - буркнул Ваня, извиваясь змеей и пытаясь освободиться из цепких пальцев.
Маменька скривилась, будто собиралась заплакать. Ванюшка было подумал, что она так огорчилась из за его слов. Однако из горла женщины вырвался противный скрипучий смех, похожий на треск ломающегося дерева.
-Ой, насмешил! С нянькой голодранкой уйдешь? Из барского дома?
-Уйду! С ней и с дочкой ее! - он важно задрал подбородок, - и отец нас не бросит. Он Марину любит, а Вас нет! И Милку с собой заберём. И Степана. И Захар с нами уйдет. Новое поместье построим.
-Чтооо? - взвизгнула женщина так, что испуганная ворона дернулась взлетать, зацепилась крылом и чуть не разворотила собственное гнездо, - что ты сказал?
-Что слышали!
Звонкая пощечина заставила мальчишку замолчать. Он схватился за горящую щеку и почувствовал, как на глаза навернулись слезы. Со всей силы он пнул маменьку ногой и бросился бежать туда, где скрылись отец и Марина от чужих глаз.
-Стой, негодник! Хорошую порку ты уже заслужил! Спать сидя будешь!
Ваня мчал не разбирая дороги через траву и кусты. Внутри клокотала колючая обида. Отец сам вышел ему на встречу, заслышав шум. За его спиной пряталась Маришка, скрестив руки на груди. Щеки ее разгорелись, волосы растрепались.
-Иван? Ты как здесь? - сапог отца перегородил дорогу.
Мальчишка упал на колени, тяжело дыша.
-Там… Там… маменька там! - выпалил он.
-Что ты такое говоришь? - выражение лица мужчины на секунду стало растерянным, - не может быть такого.
-Может, дорогой супруг! Ещё как может! - голос женщины звучал равнодушно с ноткой презрения, - я смотрю, ты мне не рад. Никто мне не рад. Не так ли? Это стало быть Марина твоя? Любимая? Что ж, хороший выбор, одобряю. Красивая. Молодая. Безродная. Хотя тебя всегда тянуло на помойку.
-Прекратите ! Идемте домой, там поговорим! - сухо откликнулся отец.
-Отчего же? Я так полагаю, вся дворня знает? Так кого стесняться ?
-Идемте в дом! Иван, иди к няне!
-Няньку я выгнала! Это ж она в дом эту убогую притащила? Кстати, милочка, на твоем месте я бы уже со стыда топиться бежала. Благо речка рядом. Такая у вас судьба, у дворовых да беспринципных. Хотя откуда тебе знать, что это значит? Твоя участь постель чужому мужу греть, пока молода, - барыня бросала обидные слова как кинжалы, которые попадали точно в цель. Марина закрыла лицо ладонями , плечи ее вздрогнули. Она отвернулась и побежала по тропинке. Ванюшка за ней. Он для себя точно решил, что дома не останется, пока маменька здесь. Бог даст не пропадут.
Берег начался слишком быстро. Мокрая после ночного дождя глина ползла под ногами. Ваня споткнулся, упал и больно ударился рукой. За спиной приближался топот сапог. Он собрал все остатки мужества, поднялся на ноги и, прижимая к себе, ушибленную кисть, понесся дальше. Марины видно не было. Река в этом месте была очень широкая с илистыми ползучими берегами. Дворня поговаривала, что здесь омут, потому сюда никто почти не ходил. Видимо Маришка не там свернула. Где же она?
-Марина? Мариночка! Ты где?
Высокая трава лезла в лицо, противно колола руки. Прямо перед ним маячил огромный столетний вяз, раскинувший ветки во все стороны словно многорукое чудовище. Мокрая глина под ногами неожиданно поехала вниз. Или песок? Ваня отчаянно цеплялся за траву, но та вырывалась с корнем. Темная вода расступились, принимая гостя в свои неласковые объятия. Водоворот закружил его с невиданной силой, испуганные жуки- плавунцы бросились врассыпную.
-Марина! Отец! - из последних силенок закричал Ванюшка, чувствуя, что не может бороться с рекой. Она была сильнее.
-Ваня! Ванечка! - испуганный крик Маришки разнесся по берегу, - где ты? Ванечка!
Через несколько секунд послышался громкий всплеск воды. Девушка с черными волосами прыгнула в воду. Перепутанная ворона слетела с ветки и понеслась над водой, громко каркая.
Серафима отвлеклась от мокрого белья, что развешивала во дворе, задрала голову к нему:
-Ишь как надрывается, как беду кличет, будто нам одной мало, - она с опаской покосилась покосилась за плечо, - что то барыни долго нет, как знала, что самой надо идти. Ох, сердце не на месте! Захар! Барыня не возвращалась с Ванюшкой? Может, я пропустила?
Захар покачал головой. С приездом барыни все словно с ног на голову перевернулось. Даже лошади чуют неладное. Милка есть отказывается. Степан вообще чуть стойло не разнес, когда они мимо конюшни шли.