Мороз щипал лицо так, будто проверял кожу на прочность, но Лена не чувствовала холода. Она чувствовала только унижение. Минус пятнадцать, сугробы по колено, и она — с тяжелой лопатой в руках, расчищает дорожку к бане.
За панорамным окном гостиной, в тепле и уюте, горел камин. Там, за тройным стеклопакетом, Тамара Павловна разливала глинтвейн, а Виктор, брат мужа, картинно жестикулировал, рассказывая очередную байку. Муж Лены, Олег, смеялся, запрокинув голову.
Лена выпрямилась, опираясь на черенок лопаты. Спину ломило.
— Леночка! — дверь приоткрылась, выпустив облако пара. На пороге возникла свекровь в наброшенной на плечи норковой шубе. — Ну что ты копаешься? Гости хотят в парилку, а тропинки нет. И дров натаскай, будь добра. У Витеньки спина слабая, ему нельзя тяжелое.
Дверь захлопнулась.
Этот дом был черной дырой для Лениного бюджета. «Зимняя сказка», как называл его Олег. Утепление фасада, новый финский котел, система «умный дом» — все оплачивалось с ее счетов ИП. Олег в это время «искал себя» и вкладывался в рискованные стартапы, которые лопались быстрее мыльных пузырей на морозе.
Лена воткнула лопату в снег. Ей нужно было зайти в дом, чтобы взять перчатки — старые промокли. В прихожей, на тумбочке, пискнул чей-то телефон. Айфон Виктора. Экран загорелся уведомлением из банковского приложения, а следом всплыло сообщение в семейном чате «Родня», куда Лену, разумеется, не включили.
Глаза выхватили текст:
«Мам, нотариус все подготовил. Как только Ленка оплатит газ за сезон и доделает хаммам, подписываем дарственную на меня. Ей скажем весной, когда развод оформит. Пусть пока платит, дура».
Лена замерла. Внутри стало холоднее, чем на улице. Она смотрела на свое отражение в зеркале — красные щеки, растрепанные волосы, старый пуховик. А за стеной эти люди пили вино, купленное на ее деньги, и планировали ее будущее. Без нее.
Она не стала устраивать истерику. Она просто взяла сухие перчатки мужа, надела их и вышла обратно в снег. У нее созрел план. И он был холодным, как эта зима.
***
Следующую неделю Лена играла роль покорной Золушки. Она оплатила огромный счет за электричество — теплые полы «кушали» киловатты с аппетитом голодного волка. Олег вел себя как обычно: рассеянно целовал в щеку, прятал глаза и жаловался на жестокий мир бизнеса.
— Лена, нам нужно обсудить плитку для хаммама, — заявила Тамара Павловна, когда они приехали на дачу в выходные. — Я хочу мрамор. Витеньке нравится мрамор.
— Конечно, Тамара Павловна. Мрамор так мрамор, — легко согласилась Лена.
В понедельник она встретилась с Юлей. Юля, ее давняя подруга и юрист по земельным спорам, сидела в кафе, кутаясь в кашемировый палантин.
— Ты понимаешь, что это афера века? — Юля подвинула к Лене планшет с картами. — Они настолько уверены в своей безнаказанности, что даже не проверили границы участка после перепланировки поселка.
— Что там?
— Смотри. В девяностых тут была дренажная канава. Потом ее засыпали, и твой свекор, царство ему небесное, прихватил этот кусок, построив на нем... что?
— Котельную. И узел ввода газа.
— Бинго! — Юля хищно улыбнулась. — По документам этот кусок земли — "земли общего пользования", которые муниципалитет выставил на торги месяц назад как "неликвидный узкий участок". Никто не купил. Кроме нас.
Лена посмотрела на выписку из ЕГРН. Теперь она была владелицей странной полоски земли шириной три метра, которая, как нож, врезалась в участок свекрови, отсекая дом от коммуникаций.
— А что с деньгами за ремонт?
— Чеки у тебя? Договоры на ИП? Мы подадим иск о неосновательном обогащении. Но это долго. А вот перекрыть доступ к "твоей" газовой трубе или потребовать сноса незаконной постройки на твоей земле — это быстро. Зимой это особенно... бодрит.
***
Тридцатое декабря. Предновогодняя суета. Тамара Павловна решила отметить праздник с размахом — пригласила всю родню. Дом сиял гирляндами. Дым из трубы шел столбом.
Лена приехала не на своей машине, а на огромном черном внедорожнике Юлиного мужа. Из багажника вышли двое крепких парней в спецодежде с надписью «Кадастровые работы» и начали молча расчищать снег у задней стены дома, прямо там, где выходила газовая труба.
Олег выбежал на крыльцо в одних тапочках.
— Лен, ты чего? Кто это? Мама нервничает!
— Пусть выпьет валерьянки, — Лена вышла из машины. Она была в новой шубе. В той самой, на которую копила, но хотела отдать деньги на хаммам. Хаммам подождет. — Это геодезисты. Мы уточняем границы моей собственности.
На крыльцо вывалилась вся компания во главе с Виктором и Тамарой Павловной.
— Какой собственности? Ты бредишь? — взвизгнула свекровь. — Убирайтесь отсюда! Я полицию вызову!
— Вызывайте, — спокойно ответила Лена, доставая папку с документами. — Вот свидетельство о собственности. А вот акт выноса границ в натуру.
Один из рабочих воткнул ярко-оранжевую вешку прямо в сугроб, в полуметре от стены дома.
— Хозяйка, тут котел стоит. Прямо на вашей территории получается. Сантиметров на сорок залезли.
— Ай-яй-яй, — покачала головой Лена. — Незаконное строение на чужой земле. И газовая труба тоже транзитом идет. Опасно.
На улице повисла тишина, нарушаемая только скрипом снега под сапогами рабочих.
— Ты что, купила канаву? — догадался Виктор. Лицо его пошло красными пятнами. — Ты совсем больная?
— Я практичная. Тамара Павловна, у меня для вас предложение. Поскольку ваша котельная и ввод газа находятся на моей земле, я требую арендную плату.
— Сколько? — Олег нервно дернул глазом.
— Двести тысяч в месяц. Плюс компенсация за все мои вложения в этот дом. Либо...
— Либо что? — прошипела свекровь.
— Либо я ставлю забор. Глухой. Прямо по границе. И, к сожалению, по правилам пожарной безопасности, газовая служба будет вынуждена отключить подачу газа, так как труба окажется на недопустимом расстоянии от ограждения. А прогноз на ночь — минус двадцать пять.
Олег побледнел. Он знал, что размороженная система отопления — это смерть для дома. Лопнувшие трубы, испорченный ремонт, плесень.
— Лен, ну мы же свои люди... Зачем так? — заныл он.
— Свои люди не переписывают дома за спиной у того, кто этот дом содержит, — отрезала Лена. — У вас час на размышление. Потом я звоню газовщикам. Заявка на аварийное отключение уже составлена.
***
В доме царила паника. Лена сидела в машине, греясь печкой. Юля прислала сообщение:
«Не сдавайся. Они уже звонили моему партнеру, ищут выходы. Никто не поможет».
Через сорок минут из дома вышел Олег. Он нес в руках пакет с вещами. За ним семенила Тамара Павловна, уже без гонора, маленькая и испуганная.
— Мы согласны на условия, — буркнул Олег, стуча зубами от холода. — Мама подпишет долговую расписку. Только газ не трогай.
— Расписку на полную сумму ремонта. И договор аренды земли на 49 лет с предоплатой, — Лена опустила стекло. — И еще. Дарственную на Виктора аннулируете. Дом будет в залоге у меня до полной выплаты долга.
— Ты нас грабишь! — всхлипнула свекровь.
— Нет, Тамара Павловна. Я возвращаю инвестиции. Кстати, Витя, — она перевела взгляд на деверя, который жался в дверях. — Хаммама не будет. Я передумала.
Лена смотрела, как они суетливо бегают, собирая документы. Иллюзия «дружной семьи» рассыпалась, как ледяной замок.
— А что ты будешь делать с этой землей потом? — спросил Олег, подписывая бумаги на капоте машины при свете фар.
— О, у меня грандиозные планы, — Лена улыбнулась самой хищной улыбкой, на которую была способна. — Если вы просрочите хоть один платеж, я сдам этот участок в аренду клубу любителей зимнего мотокросса. Они обожают тренироваться по выходным. Прямо под вашими окнами. Рев моторов, запах бензина... Романтика.
Это был блеф. Чистой воды блеф. Клуб мотокросса находился в ста километрах отсюда. Но ужас, застывший в глазах свекрови, стоил всех потраченных нервов.
— Все подписано, — Лена забрала папку. — Счастливого Нового года. Котел пока не трону. Но вешку не убирать. Это мой пограничный столб.
Она развернула машину. Фары выхватили из темноты сгорбленные фигуры родственников на крыльце шикарного дома, который перестал быть их крепостью. Теперь они жили в осаде.
Лена выехала на трассу. Впереди были огни города, свобода и новая жизнь. Она включила музыку погромче. Телефон снова пискнул — Олег.
«Может, поговорим? Я все объясню».
Палец привычно скользнул по экрану: «Заблокировать».
Сегодня ей предстояло праздновать победу. И шампанское она купит себе сама. Самое дорогое.
✅Спасибо что подписались и остаётесь с нами
Рекомендуем почитать :