В день своего 90-летия он вспоминает об отце, о школе, об армии…
18 февраля новосёловские коммунисты поздравили Ивана Васильевича Евменова с юбилеем, с 90-летием. Но в этот день он услышит поздравления не только от соратников по партии, но и тех, с кем его сводила судьба. В опалённом войной детстве, в годы молодости, на пути учительства.
«ПОМНЮ СЕБЯ ЛЕТ С ПЯТИ...»
Непросто писать о человеке многогранном, талантливом и разностороннем. Не знаешь, с чего лучше начать и какую грань больше высветить.
Для новосёловцев Иван Васильевич Евменов − замечательный учитель, директор Кульческой школы, которая при его руководстве была одной из лучших в районе. Среди коммунистов-однопартийцев – человек слова и чести, преданный своему делу и своим принципам. Для сыновей Виктора и Сергея – жизнь отца, его отношение к людям и к профессии − пример для подражания. Земляки-спортсмены запомнили учителя-физрука на лыжне и в спортивных соревнованиях. Коллеги по выборной работе помнят его, как опытного и знающего организатора. В памяти армейских товарищей Иван Евменов остался, как художник, человек творческий и одарённый.
Начнём с начала, а оно в памяти нашего героя переплелось с воспоминаниями о войне, об отце, о его проводах на фронт.
− Я помню себя лет с пяти, − рассказывает Иван Васильевич. – В августе 1941 года отца, как и других мужчин нашей деревни, призвали на фронт. Провожали их на пятачке около сельского клуба. Народ столпился, женщины плачут, а отец мой встал и произнёс речь. Я потом спросил у мамы, о чём он говорил. «Не плачьте, пройдёт 3-4 месяца, мы разобьём фашиста и вернёмся домой». С такими словами он обратился к людям. Отец не был ни председателем колхоза, ни бригадиром. Но он был активистом и пользовался у людей авторитетом. Работал в колхозе. До войны строил мосты на речках в Чёрной Коме, Бескише. Хорошо помню, как мы с матерью после проводин ехали на лошадях по пыльной дороге домой. А когда зашли в дом, он показался мне пустым без отца. В апреле 1945 года отец после тяжёлого ранения вернулся домой. Рука у него была перебита, не действовала. Но его возвращение всё равно было счастьем.
До «счастья» надо было дожить. Оставшись с тремя детьми и парализованным свёкром, на седьмом месяце беременности, мама Ивана пережила в войну голод и лишения. В 1943 году похоронила свёкра и родившуюся девочку. Сыновья помогали, как могли. Ухаживали за больным дедом, когда она была на колхозных работах, смотрели за домашним скотом, поливали огород.
− Полы подмести, поросёнку жалицы натеребить-нарубить, корову напоить, стайку почистить, − всё это мы делали, − рассказывает Иван Васильевич. – Все деревенские мальчишки, начиная со 2-3 класса, каждое лето убирали колхозное сено, работали на лошадях. Мы с братом заготавливали хворост на дрова. По берегам речки кустарник рос, мы наложим сухих веток, наломаем, нарубим и на корове везём домой. Пеструха наша была смирная, послушная. И молоко давала, и за лошадь работала. Без коровы не выжили бы.
ПРЕКРАСНОЕ …В СУНДУКЕ
− Раньше в каждом крестьянском доме стояли сундуки, просторные, окованные ящики с крышкой, − вспоминает Иван Васильевич. – Был такой сундук и у нас. Крышку поднимаешь, а внутри всё разрисовано! Первый раз я смотрел на разрисованную мамой крышку сундука, как заворожённый. Тогда цветного же ничего не было. Помню, как однажды мама поехала на базар и привезла мне акварельные краски. Так я чуть не ночевал с ними! Открою − посмотрю, открою − посмотрю. Не мог налюбоваться.
Так случилось, что любовь к рисованию, начавшаяся с картинок в сундуке, прошла через всю жизнь Ивана Васильевича. Приносила ему деньги и уважение, помогала в учёбе, облегчала жизнь. Второклассником он оформлял для учителей листы с расписанием уроков. Став постарше, писал плакаты и лозунги. Разрисовывал дуги лошадиных повозок для управляющих. Писал картины для односельчан. А однажды даже расплатился с сапожником разрисованной вручную скатертью.
− Это было в 1953 году, я учился в 7 классе, − рассказывает Иван Васильевич. – На дворе весна, а мне обуть нечего. Что делать? Отец говорит: «В обмен на сданные шкуры нам выдали фабричный выкроенный набор на хромовые сапоги . В Кульчеке нет сапожника, никто не сошьёт. Но хороший сапожник есть в Чёрной Коме. Надо к нему обратиться».
Поехал я к тому сапожнику, он посмотрел заготовки и говорит: «О, из такого-то материала я с удовольствием сошью!» И сшил прекрасные сапоги. Но взамен мы договорились, что я разрисую ему скатерть. Он видел мою картину у своего соседа, и захотел себе в дом тоже что-то яркое и красочное. Через десять дней я принёс ему цветную, узорчатую скатерть, за которую получил новые хромовые сапоги. До этого я носил только кирзовые, зачастую донашивая обувь за старшим братом.
ХУДОЖНИК И В АРМИИ ХУДОЖНИК
Талант сослужил добрую службу Ивану Васильевичу и в армии.
Три армейских года прошли у него в инженерных войсках, в Германии. Солдаты строили военные укрепления, наводили понтонные мосты через Эльбу. Через полгода Иван стал отличником боевой и политической подготовки.
− Однажды зашёл в «Ленинскую комнату», мы там в свободный час играли в шахматы, читали газеты, − вспоминает Иван Васильевич. – Смотрю, за столом солдат что-то рисует. «О, это по моей части, посмотрю», − подумал я и предложил помочь. « А ты можешь?», − услышал в ответ. «Маленько могу». Даёт лист ватмана, открытку − надо увеличить. Когда заканчивал, в комнату вошёл замполит. Глянул на мой рисунок. «О, да у нас новый художник! Будешь здесь помощником. Я ротному скажу».
После полкового конкурса стенгазет, в котором лучшей по оформлению была признана работа Ивана Евменова, его перевели служить в клуб воинской части.
− Подъём-отбой, строевая, огневая подготовка, политзанятия − всё это было для меня обязательно, а уж в наряды меня иногда отправляли только на первый пост. В клубе на мне были обязанности старшего библиотекаря, оформительская работа и фотолаборатория. Фотографию, кстати, я освоил быстро, хотя никогда раньше ею не занимался. На втором году службы мне объявили отпуск, но домой я смог отправиться только через семь месяцев, после того, как сделал комнату боевой славы. На тот момент такой комнаты мы не имели, а она была необходима, так как полк боролся за звание «Отличный». В оформлении я должен был показать боевой путь полка, работы было очень много…
ШКОЛА – СУДЬБА И ВТОРОЙ ДОМ
Как отличника боевой и политической подготовки, после армии Ивана Васильевича приглашали работать военруком. Но тогдашний заведующий районо Пётр Дмитриевич Троеперстов, работавший в своё время в Кульчекской школе и знавший Ивана и его способности, сказал: « Никаких военруков! Будешь учителем физкультуры, труда и рисования в Убейской семилетней школе».
Так Иван Васильевич пришёл в школу, и с тех пор вся его жизнь прошла в школьных классах, с детьми.
− В 1944 году я впервые переступил порог школы учеником, в 1998 году вышел из школы учителем и директором, − говорит он сегодня.
Кульчекская школа стала для него вторым домом. Он благоустраивал её своими руками, украшал своим талантом. Здесь он вместе с женой Екатериной Ивановной учил детей не только наукам, но и всему доброму и светлому, что есть в человеке. Получив во время работы высшее образование, Иван Васильевич, продолжал учиться и расти всю свою жизнь. Обладая многими талантами, он мог бы выбрать любую профессию. Но он стал учителем и не жалеет:
− Я был нужен людям, и это приносило мне радость и удовлетворение.
Автор - Галина Черкашина
