Новелла 28.
Амалия.
Прежде чем попасть в дом к благородной донне Анне, которая была одержима любовью к рыцарю Сандро, стоит поведать о том, что же к этому привело. Когда - то очень давно, ещё до Альго игуменьи монастыря госпитальеров, ставшей женой Сандро и до приора Левания получившего по лицу молитвословом от Элиша. Когда - то, ещё когда не было стычек с сарацинами в святом городе Иерусалиме и подковерных игр госпитальеров с тамплиерами, Элиш был молод и активно вращался вокруг женского пола.
Леди Амалия была уже взрослой дамой побывавшей замужем, крайне набожной и строго воспитывающей своих детей. Ирландец с самого начала приглянулся ей и она часто приглашала его и его друзей к ней в замок. Амалия считала Элиша выдающимся человеком, но совершенно не воспитанным и не достойным звания лорда. Вскорости, воспользовавшись тем, что юноша не отклоняет ее просьбы о визите в дом, она взялась за его перевоспитание. Ей казалось, что настойчиво переменив убеждения ирландца, она сможет сделать его человеком и достойным мужчиной, а может быть и мужем для самой себя. Но Элиш не просто не хотел перевоспитываться, он с яростью отвергал любые попытки этой женщины привести его в божеский вид. Амалия пыталась подкладывать ему священные книги, а он их выбрасывал. Она пыталась тянуть его в церковь неуклонно наставляя о необходимости исповеди, а он грубо заявлял ей, что не видит в этом никакой необходимости, пока его собственная душа не возжелает этого. Миледи пыталась воздействовать на него постоянно обличая и нагнетая ощущение его греховности, но в итоге он только ещё больше выходил из себя и все реже появлялся у нее в замке. В конечном счёте Амалия решила использовать последнюю карту в своем рукаве, она призналась ему в любви и с несвойственной себе пылкостью стала убеждать лорда, что он непременно сгорит в аду, если не примет в своем сердце веру, а она единственная, кто может помочь ему в этом и если у нее не выйдет, то она сгорит в аду и за его грехи и за свои!
Элиш пришел в ярость и встряхнув женщину достаточно сухо сообщил ей, что никаких взаимных чувств у них быть не может и никакая помощь в обретении истины ему не нужна.
- То что вы, миледи, сгорите в аду, совершенно не моя проблема. Оставьте меня в покое!
С этими словами он захлопнул за собой двери и больше никогда не появлялся на пороге замка леди Амалии. Та в свою очередь очень долго злилась и горевала по строптивцу, отправляла ему тонну писем, где не переставала обличать его, но все эти письма Элиш просто швырял в огонь даже не раскрывая. Печати на письмах от миледи были с крестом, что приводило юношу в моментальную ярость и слова написанные ее рукой так же стремительно уничтожались. На некоторые все же он иногда отвечал, но сухо и кратко, ведь любой его рассказ о своей жизни встречал тонну осуждения и наставлений на путь истинный.
Когда в жизни лорда появилась Аластрина, он написал Амалии кратенькую записку:
"Миледи, отныне у меня есть жена, леди Аластрина. Не пишите мне писем и я более никогда не отвечу на них. Мое сердце отдано навеки только одной женщине."
Сердце Амалии было разбито вдребезги.
"Аластрина? Чтож, я запомню это имя и твои слова Элиш. Ты ещё приползешь ко мне на коленях каяться!" - миледи смяла в кулаке записку от лорда и зарыдала горючими слезами.
***
У лорда Элиша было два друга. Савий - высокий весельчак с голубыми глазами и мягким нравом, всегда поддерживал лорда в его пьянках и распутстве. Савий был не слишком умен, но с удовольствием участвовал в любых новых идеях ирландца не всегда заканчивающиеся положительным результатом. Моррис - прижимистый парень с темным, тяжёлым взглядом, наоборот был очень умен, но из - за своего сложного характера нашел общество только среди этих двух болбесов прожигающих попусту свою жизнь.
Эти двое наблюдали драму с леди Амалией собственными глазами, затем наблюдали, как Элиш таскается в дом к Аластрине. Когда он объявил им, что женится на самой прекрасной женщине на свете они очень удивились, а потом очень обрадовались, когда лорд насытившись семейной жизнью позвал их с собой в Иерусалим зарабатывать славу и золото.
Узнав о том, что ирландец оставил свое семейное гнёздышко и отправился покорять святую землю, леди Амалия прислала ему письмо, в котором пригласила его остановится на ее вилле неподалеку от самого города Иерусалима. Она ласково увещевала Элиша о том, что ему и его друзьям лучше всего находиться там, где их ждет горячий ужин и теплая постель, а не обитаться в вонючих казармах тамплиеров. Вне всякого сомнения, леди Амалия ухватилась за возможность отомстить юноше, некогда пренебрегшему ее чувствами.
Вопреки сопротивлению Элиша, друзья все таки уговорили его остановиться у давно знакомой им всем леди, пусть и несколько зацикленной на их грехах.
- Амалия безумна, но у нее всегда очень вкусно кормят и всегда чистые простыни. - увещевал его Савий.
- Мне тоже больше по душе эта праведная женщина, нежели грязные развратные солдатские свиньи. - вторил ему Моррис.
Решение было принято.
***
Как уже говорилось выше, леди Амалия была крайне набожной, кроме того она была общественно активной женщиной. Знатная дама занималась благотворительностью и была знакома со многими влиятельными лицами, естественно мимо такой особы не мог ускользнуть орден госпитальеров с его главенствующими господами. Один из таких людей был никто иной, как приор Леваний с которым у леди Амалии сложились достаточно доверительные отношения.
Сначала, это знакомство никак не влияло на присутствие в ее доме молодого ирландского лорда достаточно бурно проживающего свою жизнь. Приор слыхом не слыхивал не о Элише, ни о его жизни до момента, пока сама Амалия не поделилась с ним этими подробностями в личной беседе. Но и тогда приор не особо обратил на это внимание так как понятия не имел, что негодяй Сандро и балагур Элиш вообще чем - то между собой связаны.
Дни леди Амалии текли спокойно, возвращаясь каждый раз на виллу, Элиш подолгу оставался с ней и они беседовали. Благодаря Аластрине Элиш стал более сносным в вопросах веры и миледи с удовольствием для себя отметила, что у нее с ним наладились общие точки соприкосновения. Элиш стал спокойнее, взвешеннее, стал меньше воспламеняться от каждого не осторожного слова, похоже супружество и правда пошло ему на пользу. Только вот уж больно в его речи было много имени "Аластрина". Из каждой дырки и из под каждого куста выскакивало это слово и постепенно оно начало раздражать хозяйку дома. О чем она не замедлительно рассказывала Леванию в частных визитах.
О том, что за человек лорд Элиш, приор узнал только когда тот ворвался в орден госпитальеров с развивающейся рыжей капной. Леваний не успел ещё отойти от ночной стычки с Сандро, когда неудачно пытался его заколоть, как сразу же нарвался на плотный черный переплет молитвослова. От леди Амалии он был наслышан о буйном нраве ирландца, но вблизи смог рассмотреть его только в этот раз.
Узнав о происшествии в обители госпитальеров уважаемая дама незамедлительно отправилась к Леванию.
- Мерзавец Сандро заручился поддержкой этого грязного ирлашки! - Преор рассерженно стукнул кулаком по столу. На его лице всё ещё присутствовали следы недавнего избиения.
- Я могу провести вас и ваших людей в свой дом незамеченными. Элиш и его люди обычно крепко спят напившись эля.
- Ты действительно готова способствовать правосудию?
- Разумеется. У сэра Элиша и без этого случая полно постыдных причин греховного падения.
- О чем речь?
- Этот юноша очень любит обольщать дам, а потом самым подлейшим образом рвать с ними и переходить к следующим.
Амалия скромно опустила глаза в пол, давая приору понять, что она одна и из этих жертв. Тот понимающе кивнул, пораженный внезапным признанием.
- Ну чтож, в таком случае сам Бог велит нам наказать этого подлеца! Недаром он спутался с этим Сандро... - приор злобно скрипнул зубами.
Вечером того же дня, слуга леди Амалии пройдя незамеченным на задний двор, приоткрыл калитку увитую густо растущим въюном. Элиш и его компания были выдернуты из постелей и доставлены в одну из темниц тамплиеров, чьему магистру ирландец так же успел насолить устроив потасовку в переулке, пока Сандро сидел верхом на стене и бренчал на своей лютне. Одноко, как выяснилось в процессе Савий и Моррис вступили в сговор с леди Амалией. Один польстился на обещание комфортных, богатых условий жизни, а второй поддержал женщину в ее стремлении очистить Элиша от его грехов. К каждому она нашла подход, что бы изничтожить вероломного ирландца. Прежде чем над лордом начался суд, он успел отправить кратенькое письмо рыцарю Сандро, слабо надеясь на грядущее спасение.
