Участок достался Анне Петровне от родителей. Шесть соток в старом дачном товариществе под Серпуховом, где яблони давно сплелись ветвями, а соседи знали друг друга в лицо уже лет сорок. Дом был деревянный, крепкий, с верандой, выкрашенной в светлый цвет. В глубине участка стоял сарай - постройка ещё отцовских времён, сложенная из хорошего бруса. Там Анна Петровна хранила садовый инвентарь, старые велосипеды внуков и связки сушёной мяты.
Жизнь здесь текла размеренно, пока соседний участок, пустовавший пять лет после ухода старой хозяйки, не купили новые люди.
Новой соседкой оказалась Маргарита - женщина лет пятидесяти, с идеальной укладкой, передвигавшаяся исключительно на блестящем белом внедорожнике. Маргарита сразу взялась за дело с размахом. Старый домик снесли за два дня. За лето на его месте вырос кирпичный коттедж, а территорию обнесли глухим металлическим забором почти в три метра высотой.
Анна Петровна к переменам относилась философски. Её яблони забор не загораживал, а то, что соседи не здороваются - ну, времена сейчас такие.
Конфликт начался в начале августа, когда Анна Петровна мирно полола грядку с клубникой. Калитка резко скрипнула, и на дорожку ступила Маргарита. Она была в солнцезащитных очках и с рулеткой в руках.
- Добрый день. Вы Анна? - спросила соседка тоном, не предполагающим возражений.
- Добрый. Анна Петровна.
- Слушайте, Анна Петровна. У меня к вам разговор. Ваш сарай, тот, что в углу, стоит слишком близко к моему забору.
Анна Петровна выпрямилась, отряхнув землю с перчаток.
- Мой сарай стоит там с восемьдесят шестого года. До вашего забора там ровно метр, как и положено по старым правилам.
- Правила изменились, - Маргарита сняла очки и посмотрела на пенсионерку так, словно та была досадной помехой в её идеальном ландшафте. - По современным нормам пожарной безопасности от деревянной постройки до границы участка должно быть больше. А у меня там планируется зона барбекю и бассейн с подогревом. Ваш сарай портит мне вид и создаёт угрозу. Его нужно снести или перенести.
Анна Петровна даже рассмеялась от неожиданности.
- Перенести? Это капитальная постройка на фундаменте. Никто её трогать не будет.
- Будет, - голос Маргариты стал холодным. - У меня муж работает в районной администрации. Если вы не уберёте эту развалюху сами, к вам приедет комиссия. Найдут нарушения, выпишут штраф, а сарай снесут по решению суда. За ваш же счёт. Я вам даю две недели на раздумья.
Маргарита развернулась и ушла, оставив за собой шлейф дорогих духов.
Вечером приехал сын Анны Петровны, Илья. Выслушав рассказ матери, он нахмурился.
- Мам, ну может, правда разберём его? Сложим новый, из пластика, ближе к дому. Зачем нам связываться с людьми из администрации? Затаскают по судам, нервы вымотают.
- Илюша, дело не в сарае, - Анна Петровна налила чай. - Дело в том, что если мы сейчас прогнёмся, завтра ей помешает наша яблоня. А послезавтра она скажет, что наш дом бросает тень на её газон.
Анна Петровна работала в прошлом инженером-проектировщиком в крупном тресте. Она не любила скандалы, крики и ругань у заборов. Она любила чертежи, цифры и факты.
В понедельник она не поехала на дачу. Вместо этого Анна Петровна отправилась в районный архив и кадастровую палату. Процесс был небыстрым: пришлось писать заявления, ждать, оплачивать пошлины и сидеть в очередях. Но к концу недели на её столе лежала увесистая папка с копиями планов их дачного товарищества. Причём не современных, а тех, самых первых, утверждённых ещё при закладке посёлка.
Она разложила бумаги на столе, надела очки и стала сверять линии. Искать пришлось недолго. Её инженерный взгляд сразу зацепился за одну деталь, которую новые хозяева, строившие коттедж в спешке, благополучно проигнорировали.
Через неделю, ровно в срок, назначенный Маргаритой, Анна Петровна сама подошла к высокому забору и позвонила в домофон.
Калитка открылась. Маргарита стояла на крыльце своего идеального кирпичного дома. Сбоку, у самого забора, бригада рабочих уже копала котлован под обещанный бассейн.
- Надумали? - усмехнулась соседка. - Рабочих ищете для сноса?
- Нет, Маргарита, - Анна Петровна говорила спокойно, держа в руках пластиковую папку. - Я пришла поговорить о вашем бассейне. И о вашем заборе.
Она открыла папку и протянула соседке копию кадастрового плана с красной линией, пересекающей край её участка.
- Что это? - Маргарита брезгливо взяла бумагу.
- Это план подземных коммуникаций нашего поселка. Вот эта красная линия - магистральный водопровод высокого давления, который питает соседнюю деревню. По правилам, охранная зона трубы составляет три метра в обе стороны. На этой земле нельзя строить капитальные заборы. И уж тем более нельзя рыть котлованы под бассейны.
Маргарита побледнела, но попыталась сохранить лицо.
- Ерунда какая-то. Мой муж всё согласовал! У нас есть разрешение на строительство дома!
- На дом - есть, - кивнула Анна Петровна. - А вот забор вы поставили самовольно, захватив два метра технической зоны. Ваш котлован для бассейна находится прямо над трубой. Я уже проконсультировалась со специалистами из водоканала. Если при копке ваши рабочие повредят магистраль, штраф для физического лица составит колоссальную сумму. Плюс возмещение ущерба за ремонт и оставление деревни без воды.
- Вы меня пугаете? - голос соседки сорвался на визг. - Да я сейчас мужу позвоню!
- Звоните, - Анна Петровна пожала плечами. - Только заодно скажите ему, что я вчера отправила официальное заказное письмо с копиями этих планов главному инженеру районного водоканала. Они обязаны реагировать на сигнал о нарушении охранной зоны. Техника будет здесь завтра утром.
Маргарита перевела взгляд с бумаг на Анну Петровну, потом на рабочих, которые как раз вытащили из ямы ковш земли.
- Вы... вы это специально? Из-за сарая?
- Сарай стоит на моей земле, Маргарита. Законно. А вот ваш забор и бассейн - нет. Я просто хочу, чтобы мы обе соблюдали правила пожарной и технической безопасности. Как вы и предлагали.
Утром следующего дня на узкой дачной улице действительно появился жёлтый экскаватор водоканала и машина с бригадой рабочих. Они деловито вышли с бумагами и направились прямиком к участку Маргариты.
Соседка выбежала к ним в домашнем костюме, забыв про укладку. Она что-то долго объясняла прорабу, звонила по телефону, размахивала руками. Прораб был непреклонен: охранная зона нарушена, предписание на демонтаж будет выписано сегодня же. Котлован под бассейн приказали немедленно засыпать обратно, чтобы не допустить проседания грунта над трубой. Забор, часть которого стояла на технической земле, предписали перенести.
Анна Петровна наблюдала за этой картиной со своей веранды, попивая чай с мятой.
К вечеру экскаватор уехал. Маргарита подошла к забору со стороны Анны Петровны. Её лицо было серым от усталости и осознания предстоящих трат на демонтаж фундамента забора и перенос стройки.
- Ваша взяла, - тихо сказала она. - Можете оставить свой сарай. Мы не будем писать никакие жалобы в администрацию.
- Спасибо, Маргарита, - Анна Петровна кивнула. - Я рада, что мы смогли найти общий язык.
Осенью старый сарай всё так же стоял на своём законном месте, храня внутри запах сушёной травы и древесины. А на соседнем участке больше не рыли бассейнов. Маргарита здоровалась с Анной Петровной первой, вежливо и негромко, стараясь лишний раз не смотреть в её сторону.
Анна Петровна знала: чтобы защитить свой дом, не обязательно кричать или ругаться. Иногда достаточно просто уметь читать чертежи и знать свои права.