Зубная боль — это персональный ад, который помещается в одной точке челюсти. Это когда в нерв вбивают раскаленный гвоздь, проворачивают его, дают секунду передышки, а потом бьют молотком снова.
Была ночь пятницы. Классика жанра. Мой зуб мудрости решил, что ему пора на выход, ровно в тот момент, когда закрылись все приличные клиники, а в дежурной городской трубку просто сняли и положили рядом с аппаратом.
К трем часам ночи я был готов лезть на стену. Обезболивающие не брали. Я сидел на кухне, раскачиваясь маятником, и скулил в мокрое полотенце.
Объявление я нашел случайно, перебирая старые газеты для мусорного ведра. Клочок бумаги с номером городского телефона и короткой фразой: «Убираю любую боль. Мгновенно. Оплата по результату».
Нормальный человек в наше время не станет звонить по таким объявлениям. Но я не был нормальным. Я был комком пульсирующего нерва.
Я набрал номер.
— Приходи, — голос был сухим, как осенний лист, но странно спокойным. — Дверь открыта. Второй этаж, квартира пять.
Дом был старой постройки в тихом районе, где фонари горели через один. Подъезд пах сыростью и пылью. Дверь действительно была не заперта.
Хозяйка квартиры не была похожа на ведьму из сказок. Обычная пожилая женщина в вязаной кофте. В квартире было чисто, но как-то… стерильно. Ни фотографий, ни икон, ни зеркал. Только громко тикающие ходики на стене.
Тик-так. Тик-так.
— Садись, — она кивнула на табурет. — Терпеть не можешь?
— Не могу, — простонал я.
Она налила в граненый стакан воды из графина. Поводила над ним рукой, что-то быстро пробормотала — не молитву, а скорее набор ритмичных звуков — и протянула мне.
— Пей до дна. И иди спать. Денег не возьму.
— А что возьмешь? — спросил я, чувствуя подвох, но рука уже тянулась к стакану.
— Время покажет, — она улыбнулась. Улыбка была доброй, но глаза… Глаза были слишком ясными для её возраста. В них не было старости.
Я выпил. Вода была ледяной.
И тут случилось чудо.
Боль выключили. Не постепенно, а мгновенно. Щелк — и раскаленный гвоздь исчез. Осталась блаженная тишина и прохлада.
— Спасибо… — выдохнул я. — Вы меня спасли.
— Иди, — она зевнула. — Спи крепко. Время лечит, но время — это валюта. Помни.
Я вернулся домой и провалился в сон, как в черную яму.
Проснулся я от холода. Меня била крупная дрожь, хотя окно было закрыто.
Я сел на кровати. Спина отозвалась сухим, болезненным хрустом. Колени заныли так, будто я вчера пробежал марафон по бетону.
«Продуло», — подумал я, спуская ноги на пол.
Зуб не болел. Это было главное.
Я поплелся в ванную, шаркая ногами. Тапочки почему-то стали велики, болтались на стопе.
Включил свет. Поднял глаза к зеркалу.
И замер.
Из зеркала на меня смотрел мой отец.
Нет. Это был я. Но я — лет через двадцать пять, а то и тридцать.
Кожа под глазами обвисла мешками. На лбу пролегли глубокие борозды. Носогубные складки стали жесткими, как шрамы.
Волосы. Мои густые темные волосы стали цвета грязного снега. Сплошная седина.
Я вцепился в раковину. Руки.
Кожа на кистях стала сухой, пергаментной, покрытой мелкой сеткой морщин. Вены вздулись узлами. На тыльной стороне ладони появились коричневые пятна.
Я схватил паспорт с полки. Дата рождения — 1999 год. Мне двадцать пять лет.
Я посмотрел в зеркало. Этому человеку было под шестьдесят.
Меня накрыло. Сердце заколотилось тяжело, с перебоями, отдавая тупой болью под лопатку. Одышка.
Я попытался вспомнить вчерашний вечер. Вода. Шепот. «Время — это валюта».
Я понял. Это была не метафора.
Она не взяла деньги. Она взяла годы. Она выкачала из меня жизненный ресурс, чтобы заглушить боль. Боль требует энергии, и она забрала энергию будущего.
Я посмотрел на часы. Прошло всего десять часов.
Я чувствовал, как внутри меня что-то продолжает тикать. Ускоренный метаболизм. Если за ночь я постарел на тридцать лет… К вечеру я умру от дряхлости.
Зуб молчал. Мертвая тишина. Я купил эту тишину ценой всей своей жизни.
Я одевался дрожащими руками. Одежда висела мешком — мышцы усохли. Я натянул кепку до бровей и выбежал из квартиры. Лифт не работал, спуск превратился в пытку. Я задыхался.
Я добрался до того дома на такси. Водитель назвал меня «отцом» и помог выйти.
Дверь квартиры номер пять была приоткрыта.
Я вошел.
Хозяйка сидела там же. Перед ней стояла чашка чая.
Когда она подняла лицо, я едва не упал.
Морщины разгладились. Спина выпрямилась. Седых волос стало меньше. Она выглядела не на восемьдесят, а на крепкие пятьдесят. Она «выпила» мои годы за завтраком.
— Верни, — прохрипел я, опираясь на дверной косяк. Голос был старческим, дребезжащим. — Верни как было!
Она посмотрела на меня спокойно.
— Товар возврату не подлежит. Боль ушла? Ушла. Ты хотел покоя? Ты его получил. Ты прожил эту боль за секунду, но потратил на это полжизни. Закон сохранения энергии. Я просто перераспределила поток.
— Я не соглашался! — я сделал шаг вперед, но ноги подогнулись.
— Ты выпил воду. Сделка совершена. Уходи. Доживай, сколько осталось. Теперь ты мудрый, старый человек. Цени покой.
Я смотрел на неё снизу вверх. Злость закипала во мне, но сил не было.
«Цени покой», — сказала она.
Боль ушла, потому что я отдал время. Я обменял жизнь на комфорт.
Значит, чтобы вернуть жизнь… Я должен отказаться от комфорта. Я должен вернуть боль.
Язык нащупал «восьмерку» в глубине рта. Десна была гладкой, онемевшей. Мертвой.
Я должен разбудить её. Я должен разорвать этот контракт.
На столе лежала металлическая чайная ложка.
— Что ты делаешь? — голос женщины дрогнул. Впервые в нём проскользнул страх.
Я не стал отвечать. Я открыл рот, нащупал проблемный зуб черенком ложки и со всей силы, на которую был способен мой дряхлый организм, надавил на десну.
Ничего. Глухо.
— Не смей! — она вскочила, опрокинув стул. — Ты убьешь себя! Сердце не выдержит болевого шока!
— Плевать! — прохрипел я.
Я надавил сильнее. До хруста. Я ковырял десну, пытаясь достать до нерва, пытаясь пробить эту проклятую магическую анестезию. Я хотел этой боли больше всего на свете.
«Боли! Дай мне боли! Я живой!» — кричал я про себя.
И она пришла.
Вспышка была такой яркой, что в глазах потемнело. Гвоздь вернулся. Раскаленный, ржавый, родной гвоздь вошел в челюсть.
Я закричал.
Но вместе с болью пришел жар. Не старческий озноб, а горячая, яростная кровь, которая ударила в лицо.
Сердце подпрыгнуло, сбилось с ритма, а потом застучало ровно, мощно, как новый мотор.
Я увидел, как лицо женщины меняется. Её кожа начала сереть, обвисать, сползать вниз, как маска. Она схватилась за грудь, хватая ртом воздух. Годы возвращались ко мне лавиной.
Мои руки наливались силой. Вены прятались под упругую кожу.
Зрение прояснилось.
Я вскочил. Колени не скрипели. Я снова был легок.
Зубная боль разрывала череп на части, слезы текли градом, но я смеялся. Это была моя боль. Моя жизнь.
— Забирай! — крикнул я, выплевывая кровь. — Подавись своим покоем! Мне не нужен твой кредит!
Женщина сидела на полу, превратившись в крошечный, сморщенный комок. Она выглядела теперь на сто лет. Древняя, пустая.
Она не могла говорить, только смотрела на меня тускнеющими глазами.
Я выбежал из квартиры. Я бежал вниз по ступенькам, перепрыгивая через две. Я чувствовал каждую мышцу, каждую связку. Я был молод. И мне было чертовски больно.
В частной стоматологии врач посмотрел на меня с ужасом.
— Молодой человек, у вас там катастрофа. Острый пульпит, да еще и десна повреждена механически. Как вы вообще терпите?
— С радостью терплю, доктор, — ответил я, сжимая подлокотники кресла до побеления пальцев. — Рвите. Умоляю, рвите быстрее. И делайте что хотите, только уберите его.
Он удалил зуб за пятнадцать минут.
Когда я вышел из клиники, я посмотрел на себя в витрину аптеки.
Лицо было моим. Гладким, двадцатипятилетним. Морщины исчезли.
Только одно напоминание осталось.
На правом виске, ровно с той стороны, где болел зуб, осталась широкая, снежно-белая прядь седых волос. Она не исчезла.
Я не буду её закрашивать.
Пусть будет. Как напоминание о том, что у любого «мгновенного чуда» есть цена. И что иногда боль — это единственное доказательство того, что ты еще жив.
Я вызвал такси и поехал домой. Спать. Своим собственным сном, в своем собственном времени.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
#мистика #страшныеистории #время #расплата