Перевод с китайского Сюй Кай .СюйКайМания. редактор alisa_grenze (Алиса Грензе)
После фееричного поздравления с днем рождения от Гу Яньчжэня курсанты стали обращать повышенное внимание на Се Сян, только что пальцем не показывали. И это было тем более неприятно, потому что с момента поступления она старалась быть как все, не высовываться. Она хотела только исполнить мечту брата — закончить академию «Арсенал» и вписать его имя в список выпускников. Это было самым главным ее мотивом и желанием. Но потом она познакомилась в Бэйпине со студентами, которые боролись за свободу и независимость страны, и поняла, что это именно то, чему она хочет посвятить свою жизнь. Она должна стать более серьезной, усердно учиться и тренироваться, и стать настоящим солдатом.
А теперь, после «подарочка», который ей устроил сосед, Се Сян оказалась в центре внимания. Шушуканье и сплетни, косые взгляды и смешки крайне нервировали. Уверенность в себе таяла, как снег под солнцем. Сотня шагов от общежития до столовой, которую она раньше пролетала на одном дыхании, теперь казалась непреодолимой, потому что десятки взглядов скрещивались на ней, тут же начиналось хихиканье и перешептывание.
В столовой она, не глядя по сторонам, забрала завтрак с раздачи и быстрым шагом направилась к своему обычному месту. За их столом уже сидел Хуан Сун, с довольным видом набивая рот рисом. Се Сян поставила миску, не здороваясь, плюхнулась за стол и уставилась на еду невидящим взглядом. Следом подошли Цзи Цзинь и Чжу Яньлинь и устроились рядом.
Чжу Яньлиню было плевать на слухи. Он сочувствовал Се Лянчэню, но считал, что тот преувеличивает масштаб бедствия. Парень отложил палочки и наклонился к другу, облокотившись на стол.
— Слушай, не бери ты в голову и не веди себя как проштрафившийся школьник. Все знают, что это инициатива Гу Яньчжэня. Такие проделки в его стиле. Он просто по-дурацки пошутил, развлекся за твой счет. Ты ничего предосудительного не делал, так что не вешай нос и не тушуйся!
Цзи Цзинь же был настроен более серьезно, ведь он сам побывал такой же ситуации, когда подозревал Шэнь Цзюньшаня. Так что у него был кое-какой опыт, в отличие от Чжу Яньлиня.
— Лянчэнь, если тебя это напрягает… — он тоже наклонился к маленькому другу и понизил голос, — Я советую тебе сменить комнату. Или будь осторожен, потому что всякое может быть. Честно скажу, твоя невинность не гарантирована!
Его слова так удивили Хуан Суна, что он даже прекратил жевать и отложил ложку:
— Ты чего такое несешь?!!
— А того! Случиться может всякое! — Цзи Цзинь оглядел их строго и внушительно, подчеркивая серьезность ситуации, — Лянчэнь, я пытаюсь тебе помочь. Когда «это» произойдет, не говори, что я тебя не предупреждал.
Что — «это»? Что может случиться? Они посмотрели друг на друга, прокручивая в голове разные сценарии развития событий. Хуан Сун сделал страшные глаза и подергал Се Сян за рукав.
— Лянчэнь, раз так, то может быть ты переедешь ко мне в комнату?
— Можно подумать, ты один живешь?!! А мне ты куда предлагаешь переехать? К Гу Яньчжэню? — минуту назад Чжу Яньлинь был достаточно спокоен, но открывшаяся перспектива заставила его сильно занервничать.
Се Сян обежала взглядом лица парней и вздохнула. К сожалению, адекватной реакции и от них ожидать не приходилось. Подтверждая ее вывод, Хуан Сун хлопнул палочки на стол и уставился в упор на Чжу Яньлиня.
— А ты-то чего так боишься?
— Ты на лицо мое посмотри! Проблема в том, что я красавчик! И как мне не бояться? Вы хотите отправить меня в логово тигра? Лянчэня вы будете спасать, а меня можно в жертву принести? Гу Яньчжэнь точно не в себе, если запал на этого щуплого цыпленка! А когда с ним в одной комнате окажусь я, что тогда будет?
Се Сян опешила от такой характеристики. Ну да, она была ниже всех ростом и самой худенькой, но обозвать ее цыпленком?!! Если бы Чжу Яньлинь видел ее в образе девушки, знал ее секрет, тогда бы это сравнение было не так обидно. Но сейчас перед ним сидел парень. Ну и что, что маленький рост, зато она неплохо выглядит. И ни в знаниях, ни в боевой подготовке она ничем не уступает другим курсантам!
Пока они спорили, в зал вошел Гу Яньчжэнь. В отличие от Се Сян, он шагал смело и бодро, с высоко поднятой головой. Он сразу ее заметил, и взгляд его потеплел. Девушка же еще больше побледнела, завидев соседа. Но сразу добраться до заветной цели Гу Яньчжэню не удалось, его остановило ехидное замечание Ли Вэньчжуна:
— Гляньте-ка, прибыл наш великий Дон Жуан! Правду говорят — жители столицы отличаются от нас, смертных. У них даже в любви предпочтения другие!
Курсанты тут же заржали. Гу Яньчжэнь на это вообще не отреагировал, а Се Сян страшно возмутилась. Что она терпеть не могла — это когда кто-то в ее присутствии плохо отзывался от Гу Яньчжэне. Она с грохотом швырнула палочки на стол и встала. Мысленно она уже свернула шею этому поганцу Ли Вэньчжуну, но Хуан Сун и Цзи Цзинь перехватили ее и силой усадили на место.
Се Сян откинулась на спинку стула. От гнева и бессилия она могла только скрипеть зубами и изо всех сил сжимать кулаки. Видя ее состояние, Цзи Цзинь тихонько сказал:
— Не волнуйся ты так. Гу Яньчжэнь — не кисейная барышня, он прекрасно может сам за себя постоять.
Стоило отметить, что характер Гу Яньчжэня изменился с тех пор, как он поступил в академию. Он стал намного более рассудителен, и выдержка тоже возросла. Он оценивающе оглядел Ли Вэньчжуна с головы до ног и саркастично заметил:
— Мне не показалось? Я слышу в твоем голосе нотки ревности? Ты серьезно? Но прости, ты не в моеме вкусе! От твоей рожи меня прямо тошнит.
Курсанты загоготали с новой силой, но объект их насмешек сменился. Ли Вэньчжун попытался возразить, даже открыл рот, но так и не придумал что сказать и захлопнул его. От злости и смущения его лицо побледнело, а уши покраснели. Это еще больше развеселило присутствующих. Ли Вэньчжун очень хотел бы ответить что-то такое язвительное, очень остроумное и колкое, но в присутствии Гу Яньчжэня он почему-то всегда терялся. Схватив свой завтрак, он опрометью кинулся из столовой под хохот и улюлюканье толпы.
Гу Яньчжэнь высокомерно усмехнулся, одним движением головы смахнул длинную челку с глаз и с видом кинозвезды двинулся к столу Се Сян, снисходительно помахивая рукой. Девушка отвернулась и сложила руки на груди. Сосед опять дурачился, и с этим решительно ничего нельзя было поделать. Вдруг большая теплая рука легла ей на плечо и кто-то пододвинулся сзади близко-близко. Прижавшись щекой к щеке возлюбленной, Гу Яньчжэнь нежно спросил:
— Почему ты ушел без меня на завтрак?
В огромной столовой воцарилась гробовая тишина. Со всех сторон как будто навели радары по сбору сплетен — замолк стук палочек, прекратили жевать, похоже даже не дышали, а только во все глаза пялились на сладкую парочку Гу-Се.
Гу Яньчжэню было плевать на всех и вся, слухи его не волновали. По его мнению, эти узколобые идиоты не заслуживали ни объяснений, ни внимания. Сейчас он видел перед собой только ее, Се Сян, и в его глубоких карих глазах то и дело проскакивали золотые искорки. Он и так был красив, а счастливая улыбка в этот момент сделала его просто неотразимым. Поймав пылкий взгляд соседа, Се Сян почувствовала, что ее тело тут же среагировало. От смущения щеки покрылись румянцем. Как бы она не пыталась противостоять его обаянию, все было тщетно. Но осознав, насколько неуместны ее ощущения здесь и сейчас, Се Сян тут же запаниковала. Она изо всех сил старалась делать вид, что ничего не происходит, чтобы не привлекать еще больше внимания.
Но поскольку Гу Яньчжэнь не унимался, ей ничего не оставалось, кроме как спасаться бегством. Се Сян оттолкнула парня от себя, выскочила из-за стола и направилась к выходу из столовой. Гу Яньчжэнь последовал за ней, окликая по имени, но она сделала вид, что не слышит его и лишь ускорила шаг. Сосед же продолжил свое преследование, то и дело спрашивая:
— Ты все еще злишься? Злишься? Правда?
Се Сян шла быстро, не оглядываясь. В общем-то Гу Яньчжэнь как раз не делал чего-то особенного, потому что с первого дня в академии он шокировал всех своим поведением, и в конце концов к нему уже все привыкли. «А, так это же Гу Яньчжэнь, чего ты хотел?» — сказал бы любой курсант, любой инструктор, даже наверное любая собака в городе, если бы она умела говорить. К тому же слово «скромность» похоже вообще отсутствовало в лексиконе молодого господина Гу.
— Се Лянчэнь! – Гу Яньчжэнь ухватил Се Сян за руку, не давая двинуться с места, — Да стой же!
Вчерашнее романтичное празднование дня рождения Се Лянчэня еще было у всех на слуху, поэтому стоило этим двоим показаться вместе, как они тут же становились объектом повышенного внимания. Легкомыслие и безалаберность Гу Яньчжэня просто бесили Се Сян, но она не хотела очередной раз прилюдно ругаться с ним, поэтому только прошипела сквозь зубы:
— Отпусти!
— Ни за что! – Гу Яньчжэнь так сильно сжал запястье девушки, как будто действительно испугался, что она исчезнет, как только он разожмет пальцы, — Ты сама вынудила меня так поступить! Ты знаешь, что я чувствую к тебе, знаешь, как я отношусь! Но ты ведешь себя так, будто не замечаешь всего этого, не даешь мне шанса! Поэтому я действовал так радикально, чтобы ты наконец определилась! Я никому тебя не отдам!
Гу Яньчжэнь наконец открыто и прямо заявил ей о своих чувствах, и собственная смелость даже немного вскружила ему голову. И незаметно для себя он потянулся заправить за ушко Се Сян выбившуюся прядку, но девушка отпрянула, мотнув головой.
— Ты точно сошел с ума! Как ты вообще додумался устроить это представление? — чем больше Се Сян думала о вчерашнем вечере, тем больше злилась на Гу Яньчжэня. И как теперь ей показаться людям на глаза, скажите на милость? Еще ее очень беспокоили последствия его безумной выходки. Вся академия пристально наблюдала за ними, и это сильно пугало Се Сян.
— Представление?!! — Гу Яньчжэнь за пару шагов настиг Се Сян, наклонился к самому ее лицу и прошептал, — Я просто признался девушке в любви. Мне нет никакого дела до того, что подумают другие.
Се Сян уже в который раз убедилась, что молодой господин Гу не любит признавать свои ошибки и не терпит критики. Он так гордился своим поступком, что ни в какую не хотел признать, насколько он был опрометчивым, и насколько сильно подставил этим Се Сян.
— Ты знаешь, кому признавался, но другие не знают! Они будут думать, что я… я… другой!
Гу Яньчжэнь лишь снисходительно улыбнулся.
— Мне все равно, что они подумают. Ведь я-то знаю, кого люблю!
В этом был весь он, ее несносный сосед. Он сделал так, как считал нужным, и плевать ему было на всех остальных.
Се Сян вздохнула, и пристально посмотрела на Гу Яньчжэня.
— Молодой господин Гу, может вам и все равно, что думают другие, а мне — нет. Неужели ты не видишь, что происходит? Мне такая популярность ни к чему.
Гу Яньчжэнь только фыркнул:
— Чего ты боишься? В худшем случае исключат из академии, ну и делов-то.
Его легкомысленные слова ужасно разочаровали Се Сян, прямо до слез.
— Неужели в твоих глазах мои стремления выглядят так ничтожно?
Парень замер, пораженный болью в ее словах, в тоне ее голоса.
— Я… я не это имел ввиду! Я просто…
Не дожидаясь его оправданий, Се Сян резко развернулась на месте и пошла прочь. Она разрывалась между желанием прибить господина Гу за вчерашнее и объяснить ему свое сегодняшнее состояние. Но как до этого чурбана донести, что она чувствует? Как найти нужные слова? Девушка решила, что ей нужна пауза, чтобы все обдумать, нужны тишина и спокойствие. И никаких гу яньчжэней хотя бы ближайшие полчаса!
А объект ее головной боли встревоженно смотрел ей вслед.
— Я сказал, не подумав! Прости!
Но видя, что Се Сян не реагирует, он моментально вскипел:
— Ты просто нашла себе оправдание! Ты не принимаешь моих чувств, потому что тебе нравится кто-то другой? Тебе правда нравится этот каменнолицый Шэнь Цзюньшань? Ты знаешь, что у тебя ужасный вкус?
Конечно, Гу Яньчжэнь прекрасно знал, что это не так, что в сердце Се Сян нет места для Шэнь Цзюньшаня. Да, она была привязана к нему, но как к другу или как к брату. Но они-то почему все время ссорятся? Почему все его усилия напрасны, что бы он не сделал — все не так? Почему у них все так не просто, почему они не могут быть вместе?
В груди закололо, когда он проводил взглядом девушку, удаляющуюся от него. Той зимой в Бэйпине все было совсем по-другому. Они могли не думать, как выглядят в глазах окружающих. Как же было здорово просто гулять по заснеженным улицам, беззаботно болтать и держаться за руки. Хотя здесь, в академии они были практически неразлучны, даже ели и спали рядом, чем больше его тянуло к Се Сян, тем сильнее она пыталась отдалиться от него. И этот Шэнь Цзюньшань… Почему он снова встал между ними?
В этот момент Се Сян остановилась, развернулась на каблуках и с вызовом выпалила:
— Кто мне нравится, это не твое дело!
— Не мое дело?!! Все понятно с тобой, бесчувственная ты женщина!
Се Сян аж подавилась от неожиданности, глаза ее широко распахнулись, но в следующий момент она зло прищурилась.
— А чего так тихо? Кричи громче, пусть все слышат! Боги, как я устала от всего этого! Сейчас же соберу вещи и перееду!
Некоторое время они стояли и буравили друг друга взглядами. Первым не выдержал Гу Яньчжэнь. Он отвел взгляд и буркнул:
— Какая же ты жестокая! И на меня тебе наплевать! — он выпалил это зло и безнадежно, развернулся и ушел. Се Сян фыркнула и зашагала в противоположном направлении. Боковым зрением она вдруг уловила фигуру, прятавшуюся за углом здания. Это был Ли Вэньчжун. «Как много он услышал?» Проходя мимо, Се Сян повернула голову и настороженно посмотрела на него. Поскольку его присутствие было замечено, нежелательный свидетель постарался скрыться как можно быстрее и тише.
Как оказалось, Се Сян и близко не представляла себе масштаб бедствия. Дальше по расписанию было практическое занятие по фехтованию на саблях (одна из разновидностей ушу*), и половина курсантов вместо тренировки предпочитала наблюдать за парочкой Гу-Се. Девушка мечтала стать невидимкой, а пока приходилось отсиживаться в дальнем углу зала. Гу Яньчжэнь, напротив, был абсолютно спокоен и доволен жизнью, он непринужденно общался и шутил, вел себя как душа компании. При этом за всю сдвоенную пару не бросил ни одного даже самого мимолетного взгляда в сторону возлюбленной.
Наконец, и это занятие закончилось. Шумная толпа курсантов вывалилась из тренировочного зала, и Се Сян взяла свою сумку и поплелась на улицу в самом хвосте. Инструктор погонял «юных оболтусов» на славу, поэтому после тренировки все мечтали поскорее смыть пыль и пот. К несказанной радости Се Сян, парни предпочитали совершать водные процедуры в ускоренном темпе, поэтому у нее обычно была возможность спокойно принять душ, придя в помывочную последней. Пройдя через длинное помещение, с одной стороны которого были раздевалки, а с другой — двери в душевые, она по привычке заняла самую дальнюю кабинку и стала ждать, когда курсанты помоются. Когда гвалт и гомон стихли, она выглянула и убедилась, что кроме нее никого нет. Достав из шкафчика форму, она привычным движением перекинула ее через перегородку раздевалки, сняла кимоно и завернувшись в большое полотенце, прошмыгнула в душевую.
Поплескавшись от души, чистая и довольная, Се Сян вернулась в раздевалку. Как следует просушив волосы полотенцем, она протянула руку за вещами, но к ее удивлению, пальцы нащупали лишь голую перегородку. Кожа моментально покрылась мурашками, девушка замерла в ужасе, да и было от чего — пропала не только форма, исчезло и кимоно, лишь черные блестящие сапоги одиноко высились в центре раздевалки. В этот момент в глубине помещения раздались чьи-то шаги и приглушенное чертыхание. Се Сян побоялась выйти, она наоборот закрыла дверь на шпингалет и взволнованно выкрикнула:
— Кто там? Что за дурацкие шуточки? Верни мои вещи немедленно!
Шаги стихли, а затем послышался скрип закрывающейся двери.
Вот чего-чего, а так по-дурацки влипнуть Се Сян совсем не ожидала. Она обхватила себя руками, пытаясь хоть немного согреться и успокоиться. Через пару минут она еще раз окликнула похитителя, никто не ответил, тогда она быстро открыла дверь раздевалки и побежала к своему шкафчику с вещами. Дернув за ручку, она убедилась что дверца заперта, а ведь ключ остался в кармане формы! Се Сян стала дергать за ручки других шкафчиков в надежде найти хоть какую-нибудь одежду, но все они тоже были закрыты.
Вдруг в коридоре послышались быстрые шаги. Се Сян побледнела, от страха ее пробил холодный пот. Со всех ног она бросилась обратно в свою кабинку и попыталась запереть дверь, но с перепугу пальцы не слушались. А звук шагов раздавался все ближе и ближе.
Пискнув от ужаса, Се Сян буквально в последний момент задвинула щеколду, попятилась назад и вжалась в угол, прислушиваясь к звукам снаружи. Она замерла, стараясь даже не дышать, только сердце билось так сильно, что казалось, эхо от его ударов разносится по душевой. К звуку шагов прибавились хлопки открывающихся дверей.
— Се Лянчэнь!
При звуках своего имени Се Сян зажмурилась, лихорадочно вцепившись руками в единственную свою одежду — махровое полотенце. Раздался удар и металлический скрежет — ее преследователь выбил дверь и ввалился в раздевалку.
— Се Лянчэнь!
Се Сян открыла глаза.
— Гу… Гу Яньчжэнь?
В этот момент снова послышался топот, но теперь уже по коридору явно шли несколько человек. Гу Яньчжэнь прислушался. Его губы сжались в полоску, а брови грозно сошлись на переносице. Се Сян очень повезло, что он появился первым.
После душа Гу Яньчжэнь вернулся в общежитие. Се Сян в комнате не было. Это было даже к лучшему, потому что он все еще был зол на девушку за ее резкие слова. В это время по коридору шли Цзи Цзинь и Чжу Яньлинь, которые обсуждали странное поведение Хуан Суна. Он опять куда-то убежал, не сказав друзьям ни слова. Возможно им нужно было подождать Се Лянчэня в раздевалке, а потом всем вместе пойти выяснить, в какие дела влез братец Сун. Осознав, что Се Сян сейчас осталась в душевых одна, Гу Яньчжэнь пулей вылетел из комнаты. Подбегая к зданию бани, он заметил выходящего оттуда Ли Вэньчжуна. Этот прохвост что-то прятал за пазухой и вид имел очень довольный, что было особенно подозрительно после недавнего публичного позора. Судя по всему, его низкая натура требовала реванша, и не смея лезть к Гу Яньчжэню, он решил отыграться на самом слабом — на Се Лянчэне. И похоже, на краже одежды он не собирался останавливаться…
Недолго думая, Гу Яньчжэнь протиснулся в кабинку. Опешившая от такой наглости Се Сян попятилась назад, пока не уперлась в стену. Парень придвинулся к ней ближе, закрыв собой так, что от входа были видны лишь голые ноги. Се Сян уперлась одной рукой в грудь парня и собралась уже закричать, но он среагировал быстрее и закрыл ей рот ладонью. Девушка сердито вытаращилась на него, и в этот момент дверь в душевые открылась.
— Эти часы мне подарил отец на день рождения. Если потеряю их, мне влетит по первое число. Надо проверить в раздевалке, может выпали случайно, — Ли Вэньчжун вместе с несколькими курсантами зашел в помещение. Он старательно делал вид, что ищет часы, а сам то и дело поглядывал на дальнюю кабинку, где пряталась Се Сян.
Парни со смехом открывали кабинки одну за другой, подшучивая на Ли Вэньчжуном. Услышав, что они приближаются, Се Сян задрожала и вцепилась обоими руками в лацканы пальто Гу Яньчжэня. При виде такой трогательной попытки спрятаться у парня перехватило горло от нежности.
Голоса курсантов приближались, хлопали двери. Поверх большой ладони Гу Яньчжэня на него смотрели полные ужаса огромные глаза Се Сян, окруженные пушистыми ресницами. До парня только дошло, что он все это время зажимал ей рот рукой. Ему стало жутко неловко, и он медленно убрал руку от ее лица. Потом торопливо расстегнул пальто, распахнул его и крепко прижал к себе дрожащую хрупкую фигурку. Оказавшись в объятиях Гу Яньчжэня, прижатая к его груди, Се Сян только сейчас осознала, что успела порядком замерзнуть, стоя лишь в одном полотенце босиком на холодном каменном полу. Чувствовать жар тела соседа было и неловко, и приятно. А Гу Яньчжэнь стоял, уперев подбородок в мокрую макушку своей испуганной малышки. Сердце бешено колотилось, в ушах шумело, забег от общежития и испуг за любимую дали о себе знать.
Тут дверь распахнулась, и в раздевалку попали лучи закатного солнца, освещая замершие внутри фигуры. Гу Яньчжэнь ощутил, как затрепетала в его объятиях Се Сян, и он поддался порыву, который он потом назвал бы гениальным, а она — безумным. Парень наклонился и осторожно поцеловал девушку в губы. Снаружи раздался дружный потрясенный вздох.
— Ты? Как? Да вы!.. – это было все, что смогли выдать курсанты.
Сейчас они могли видеть только Гу Янчьжэня и то, что он кого-то сейчас целовал, удерживая в объятиях. Ни лица, ни фигуры девушки видно не было. Находясь в горячем плену его объятий, она не переставала дрожать. И сама Се Сян не сказала бы, от чего — то ли от страха разоблачения, то ли от холода, то ли от возбуждения, которое вызвал первый поцелуй. Вихрь ощущений захватил ее. По телу словно пробежал разряд молнии, зажигая внутри настоящий пожар томного тягучего пламени. Голой спиной она ощущала холодную шершавую стену, а губами — горячее дыхание, нежность и властность спасителя.
С трудом прервав головокружительно сладкий поцелуй, Гу Яньчжэнь медленно обернулся и свирепо прорычал:
— Чего надо?!!
Нежелательные свидетели были настолько ошеломлены увиденным, что смогли только промямлить:
— Нет… ничего, мы… ты продолжай, — аккуратно прикрыли дверь кабинки. Судя по всему, курсанты были шокированы даже сильнее, чем Се Сян. Только Ли Вэньчжун все еще хотел что-то доказать, но как он ни ругался, друзья его практически волоком вытащили из душевых. Ему было вдвойне обидно. Во-первых, потому что он не смог показать всем, что Се Сян девчонка. А во-вторых, потому что Гу Яньчжэнь ему просто так этого не спустит. Ли Вэньчжун прекрасно понимал, что нарвался на очень крупные неприятности.
Все еще ощущая, как громко стучит пульс в висках, Гу Яньчжэнь предпочел сделать вид, что ничего особенного не произошло. Хотя сейчас он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Он снял пальто и накинул его на хрупкие плечи девушки.
— Пойдем.
Се Сян не сразу среагировала, все еще находясь в ступоре после всего происшедшего. Она запахнула полы пальто. Что за ужасный день сегодня, проблемы посыпались на ее бедную голову как из рога изобилия, и все это только из-за одного человека! Гу Яньчжэнь поправил пальто на Се Сян, и одна его рука осталась лежать на ее плече, а другая потянулась к лицу. Длинные пальцы нежно пробежали по щеке, от чего Се Сян накрыла новая волна жара. Но это и помогло прийти в себя.
Сжав зубы, Се Сян отвесила Гу Яньчжэню звонкую пощечину, а в следующее мгновение на ее глазах выступили слезы и побежали по щекам, собираясь в горячие дорожки. Парень схватился за пылающую щеку — рука у его возлюбленной все же была тяжелая — но видя, в каком раздрае находится Се Сян, посчитал пощечину вполне адекватной ценой за украденный поцелуй. Они молча смотрели друг на друга, не в силах разорвать зрительный контакт. И без слов было все понятно — столько эмоций и чувств было в этих взглядах.
— Подожди здесь, я принесу из общежития твою одежду. Я быстро, — первым нарушил молчание Гу Яньчжэнь, невесомым движением убирая мокрую прядку волос со лба девушки.
— А если они вернутся? – Се Сян вцепилась обеими руками в руку соседа.
Гу Яньчжэнь притормозил, глядя на ее маленькие пальчики, еле выглядывающие из длинных рукавов пальто, потом перехватил умоляющий взгляд, полный слез, — Тогда… постой… — он выдернул из кармана пальто ключ от своего шкафчика, — Наденешь мое кимоно, не могу же я позволить, чтобы ты разгуливала по академии голышом, одетая в одно мое пальто, — представив эту интригующую картину, он глуповато ухмыльнулся, но поймав пылающий негодованием взгляд Се Сян, поспешил спрятать улыбку и направился к шкафчикам.
Когда Се Сян надела его спортивную форму, натянула сапоги и собиралась уже выйти из раздевалки, Гу Яньчжэнь перехватил ее, накинув полотенце на голову.
— Вытрись как следует, а то простудишься.
Фыркнув, девушка демонстративно прошлась полотенцем по волосам. Довольный Гу Яньчжэнь снял пальто с вешалки, развернул его и галантным движением предложил его Се Сян.
— Я и так могу дойти! – попыталась она обойти преграду.
— Надевай, кому сказано! – проворчал Гу Яньчжэнь тоном старого заботливого дедушки. Се Сян послушно нырнула в пальто. Парень одну за другой методично застегнул все пуговицы, затянул пояс потуже и сказал, — Вот теперь можем идти.
Пока они шли в общежитие, Гу Яньчжэнь обнимал Се Сян за плечи, нежно и осторожно, как величайшую драгоценность. Вид при этом у него был такой суровый, что никто не рисковал даже смотреть в их сторону. Но только когда за ними закрылась дверь их комнаты, Се Сян почувствовала себя в безопасности. Из ее глаз тут же потекли слезы. Гу Яньчжэнь метнулся включить свет, усадил Се Сян на кровать и присел рядом. А она рыдала в голос, губы дрожали, длинные ресницы намокли, слезы ручьями текли по щекам. Гу Яньчжэнь не знал, как на это реагировать, и слегка запаниковал. Что сказать? Как успокоить? Все мысли улетучились из головы, поэтому он просто спросил:
— Что случилось? Почему ты плачешь?
— Мне еще никогда не было так сты-ыдно-о! Я больше не хочу жи-ить! – ревела Се Сян, уткнувшись в подушку.
Гу Яньчжэнь вспомнил об украденном поцелуе, и лицо его сразу порозовело.
— Да чего случилось такого страшного, что не хочешь жить?! – реакция любимой на поцелуй и его признание больно уколола его.
— Что теперь обо мне подумают? Мне теперь не отмыться, даже если войду в реку Хуанхэ* (нет возможности обелить себя), – девушка вытерла нос рукавом кимоно, но слезы полились с еще большей силой. Она не хотела мириться с происходящим, но ситуация казалась абсолютно неразрешимой. Се Сян поступила в академию, чтобы учиться, воплотить мечту брата и найти свой путь. Почему все вышло именно так?!!
Гу Яньчжэнь совсем не представлял, что сейчас может помочь Се Сян успокоиться. Он достал носовой платок из кармана и присел на корточки перед ней, чтобы вытереть слезы. Платок мгновенно промок, а поток слез и не думал останавливаться. Тогда он отбросил бесполезную вещь, сел рядом с девушкой и обнял ее, прижимая к себе. Баюкая Се Сян в своих объятиях, он гладил ее по спине, тихо приговаривая:
— Не переживай, ну же… Все наладится, все будет хорошо. Не плачь. Я расскажу всем, что это я тебя заставил, а ты ни в чем не виновата. Прошу, не плачь, пожалуйста.
К сожалению, это было не то, что могло успокоить Се Сян, и она разрыдалась еще сильнее. Гу Яньчжэнь тяжело вздохнул, взъерошил ее короткие волосы, и прижал девушку к себе еще крепче. В теплых объятиях Гу Яньчжэня Се Сян чувствовала в безопасности. На самом деле она в них очень сильно нуждалась. После нервотрепки последних дней ей просто необходимо было почувствовать, что ей так дорожат, словно величайшей в мире драгоценностью. Вдруг она вспомнила поцелуй, его мягкие осторожные губы, его горячее дыхание, и сердце пропустило удар.
Наконец, истерика закончилась, потому что Се Сян просто устала плакать. Измученная переживаниями, она провалилась в сон. Гу Яньчжэнь осторожно уложил ее, подоткнув одеяло и долго сидел рядом, гладя любимую по спине. Уже глубокой ночью она вдруг проснулась и с трудом приоткрыв опухшие от слез глаза, увидела, как Гу Яньчжэнь надел пальто и тихонько вышел из комнаты.
Утром соседа в комнате не было. Как бы не закончился вчерашний день, сегодня надо было идти на занятия. Всячески оттягивая время выхода на всеобщее обозрение, Се Сян медленно собрала учебники и нехотя вышла в коридор. Курсанты собирались группами по три-пять человек и что-то активно обсуждали. Видя ее, они замолкали и тыкали в ее сторону пальцем. Подгоняемая смехом за спиной, Се Сян почти бегом направилась в класс. Но и там было не намного лучше. Ловя на себе странные взгляды, девушка поспешно плюхнулась на свое место, выстроила стопку из книг и спряталась за учебником.
К ней подошел Чжу Яньлинь и тихо сказал:
— Лянчень, ходят слухи, что вчера в раздевалке ты и Гу Яньчжэнь…
— Это все сплетни! — выпалила Се Сян.
Яньлинь слегка опешил, видя такую реакцию товарища, а потом улыбнулся:
— Я же еще не сказал, что именно было.
Се Сян задохнулась от неловкости. Она опустила голову, но лицо ее от стыда покрылось румянцем.
Оказавшийся рядом Цзи Цзинь сочувственно посмотрел на измученного мальчишку и негромко сообщил:
— Инструктор Го сейчас у себя в кабинете, еще не поздно поменять комнату.
При одной мысли о разлуке с Гу Яньчжэнем у Се Сян тут же заныло сердце. Она не хотела переезжать, но не знала, что ответить друзьям.
Цзи Цзинь понимающе кивнул и лукаво прищурился:
— Но, если ты не хочешь переезжать, то вопрос снят.
Чжу Яньлинь уловил намек. Пытаясь хоть немного утешить, он похлопал Се Сян по плечу.
— Не волнуйся, мы же друзья. И совсем не важно, что думают другие. Я поддержу вас двоих.
Но их понимание и поддержка расстраивали Се Сян еще больше. Лучше бы делали вид, что ничего не произошло. Больше всего ей сейчас хотелось спрятаться от всех. Она сердито фыркнула:
— Это совсем не то, что ты думаешь!
Чжу Яньлинь улыбнулся.
— Ладно, ладно. Если ты говоришь «нет», значит так и есть. Просто, не думаю, что теперь мы сможем вместе ходить в душевую. Хотя, если подумать, мы и раньше никогда не мылись вместе… — он поймал тяжелый взгляд Се Лянчэня и предпочел сменить тему, — Кстати, я слышал, что Ли Вэньчжуна вчера видели в раздевалке. К тому же он пришел не один. Уверен, он все подстроил, эта низость в его стиле.
Цзи Цзинь тут же воспылал праведным гневом:
— Вот гнида! Так дело не пойдет, давайте устроим ему «темную»!
Се Сян стукнула кулаком по парте и одобрительно кивнула.
— Это точно был он! Я — «за»!
В этот момент в класс вошел Ли Вэньчжун, сильно хромая. Его правая рука была в гипсе и висела на косынке, завязанной через шею. На распухшем лице выделялись иссиня-черные синяки под глазами. Веки отекли так, что от глаз остались только щелочки. Уголок рта украшал большой кровоподтек, а губа была рассечена. В классе воцарилась мертвая тишина. В первый раз они видели Ли Вэньчжуна в таком плачевном виде.
Цзи Цзинь ехидно улыбнулся и громко поинтересовался:
— И что это случилось с молодым господином Ли? Выглядишь шикарно! Кого-то настигло возмездие?
— Я… я просто упал.
Он попытался улыбнуться, как ни в чем небывало, и направился на свое место, чтобы скрыться от внимательных взглядов, но следом в класс вошел Гу Яньчжэнь и поймал его за плечо, останавливая.
В отличие от остальных героев сегодняшних сплетен, Гу Яньчжэнь был бодр и весел, он ярко улыбнулся и помахал рукой, приветствуя присутствующих. Потом обошел Ли Вэньчжуна и крепко пожал ему руку:
— И тебе доброе утро!
Того аж перекосило. Он взвыл от боли и сполз по стеночке, почти встав на колени перед Гу Яньчжэнем.
Довольный произведенным эффектом, сосед прошествовал к парте Се Сян и положил перед ней пачку печенья, как ни в чем не бывало.
— Ты сегодня не завтракал, поэтому я принес тебе печенье. Поешь, не ходи голодным, — нежность и забота, прозвучавшие в его голосе, были просто невыносимы. Се Сян покраснела, как маков цвет, и снова спряталась за учебником. Она изо всех сил делала вид, что не видит ни Гу Яньчжэня, ни печенья.
Стоило Се Лянчэню скрыться за книгой, курсанты тут же потеряли интерес к происходящему. Мягкая улыбка тоже пропала с лица Гу Яньчжэня. Он потянул за учебник, чтобы убрать преграду между ним и возлюбленной, но Се Сян клещом вцепилась в книгу, отказываясь сдаваться. Гу Яньчжэнь был сильнее, и в конце концов победил в этой схватке. Он наклонился к Се Сян, заглядывая ей в глаза и повторил:
— Тебе надо поесть. Не веди себя как капризный ребенок.
Се Сян отодвинулась настолько, насколько позволяло расстояние между столами, одновременно подняв руку и отталкивая парня от себя.
— Держись от меня подальше. Разве не видишь — все на нас смотрят?!!
Гу Яньчжэнь добродушно улыбнулся, огляделся по сторонам и демонстративно громко спросил:
— Смотрят? Кто тут на нас смотрит? А?!
Под его тяжелым взглядом те курсанты, что еще косились на них, тут же стали отворачиваться. У всех появилась куча дел — полистать учебник, заглянуть в тетради, да и поспать на парте тоже нужно было. Крайне довольный собой Гу Яньчжэнь обернулся к Се Сян и подвинул печенье к ней поближе.
— Вот видишь — никто на нас не смотрит.
Се Сян смотрела на картонную пачку, как на ядовитую змею. Взять ее — значит прилюдно заявить об их романтических отношениях. Гу Яньчжэнь же не унимался, продолжая уговаривать, и тогда она схватила печенье и швырнула его через весь класс.
— Ай! — вошедший в этот момент в кабинет Хуан Сун получил удар пачкой печенья точно в лоб.
Проводив полет печенья взглядами, все тут же уставились на Хуан Суна. А тут было на что посмотреть. Лицо парня было все в синяках, он прихрамывал и морщился от боли. Чтобы отвлечь внимание ребят и уже насупившегося Гу Яньчжэня от этого несчастного печенья, Се Сян громко спросила:
— Сун, что случилось?
— А? Я.. я просто упал. – Хуан Сун скромно улыбнулся, потирая ушибленный лоб. В ответ по кабинету прокатилась волна хохота.
Но было совершенно очевидно, что они один из «упавших» не сказал правды.