Часть цикла «Ужасы» на ЯПисатель.рф
Медсестра Зоя заступила на ночную смену в неврологическом отделении районной больницы в половине двенадцатого. Коридор пах хлоркой и линолеумом, лампы горели через одну — экономили электричество.
В ординаторской дневная смена оставила записку: «Третья палата — без изменений. Кормление через зонд в 02:00. Не трогать повязки на руках».
Пациент из третьей палаты поступил двое суток назад. Мужчина лет тридцати пяти, без документов, без телефона. Его нашли на обочине трассы М7 водители фуры — лежал на спине, руки вдоль тела, глаза закрыты. Живой, тёплый, но абсолютно неподвижный.
Врачи поставили предварительный диагноз — летаргия неясной этиологии. Кома исключалась: энцефалограмма показывала активность мозга, и какую активность. Невролог Тамара Ильинична сказала, что за тридцать лет практики не видела таких показателей. Мозг пациента работал так, будто тот одновременно решал дифференциальные уравнения, бежал марафон и смотрел кошмарный сон.
Но тело было мертвее мёртвого. Ни рефлексов, ни реакции на боль. Только сердце билось — ровно, сорок ударов в минуту.
Зоя проверила его в полночь. Палата была маленькая, одноместная, свет ночника падал на лицо пациента — обычное лицо, чуть осунувшееся, с трёхдневной щетиной. Капельница работала, датчики пищали ровно. На руках пациента, от запястий до локтей, шли повязки — под ними, как объяснила дневная смена, были странные следы. Не порезы, не ожоги. Что-то вроде тонких борозд, расположенных параллельно, с шагом ровно в четыре миллиметра.
Зоя поправила одеяло и вышла.
В половине первого она сидела на посту и просматривала камеры. Семь палат, коридор, лестница. Изображение с камеры третьей палаты мигнуло и погасло. Экран стал чёрным на несколько секунд, потом картинка вернулась. Пациент лежал как прежде.
Зоя отметила время. 00:31:14.
В час ночи камера отключилась снова. Зоя засекла — ровно девять секунд темноты. Когда картинка вернулась, всё было по-прежнему. Но что-то изменилось. Она не сразу поняла что.
Одеяло. Она расправила его ровно, подоткнула под матрас. Теперь оно было сбито к ногам, словно пациент шевелился.
Зоя встала и пошла по коридору к третьей палате. Линолеум поскрипывал под тапочками. Лампа над палатой номер два мигнула и погасла. Зоя остановилась, постояла в полутьме. Тихо. Только гул вентиляции.
Она открыла дверь третьей палаты.
Пациент лежал на месте. Одеяло было расправлено ровно, подоткнуто под матрас. Именно так, как она оставила.
Зоя посмотрела на монитор у кровати. Пульс — сорок. Энцефалограмма — безумные зигзаги. Всё как обычно.
Она подошла ближе. И заметила.
Повязка на левой руке пациента была сдвинута. Совсем чуть-чуть, на сантиметр, обнажая край кожи. В свете ночника Зоя увидела борозду — тонкую, красноватую — и что-то в ней двигалось.
Она наклонилась.
Под кожей, в борозде глубиной в миллиметр, скользило что-то живое, сегментированное, с крошечными отростками по бокам, которые цеплялись за края борозды. Оно двигалось от запястья к локтю, медленно и равномерно, как стрелка часов.
Зоя отдёрнула руку. Её собственную руку. Она не заметила, как протянула пальцы к повязке.
Она вышла из палаты. Закрыла дверь. Прислонилась к стене и дышала — глубоко, считая вдохи.
Потом вернулась на пост и позвонила дежурному врачу. Телефон гудел двенадцать раз. Никто не ответил.
В 01:01 камера третьей палаты отключилась на девять секунд.
Когда картинка вернулась, Зоя прижалась к монитору. Пациент лежал на месте. Но теперь его глаза были открыты.
Он смотрел в камеру. Читать далее ->
Подпишись, ставь 👍, Чехов молча одобряет!
#летаргический_сон #больница #паразиты_под_кожей #ночная_смена #медсестра #исчезновение #камеры_наблюдения #ужас