Людям моего поколения посвящается
Праздничное застолье подошло к тому моменту, когда общий разговор понемногу начал распадаться на мужской и женский. Инициатива, понятное дело, исходила от сильной половины, поскольку двадцать третьего февраля мужчинам позволено несколько больше, чем в другие торжественные даты. Однако это вовсе не означает, что жёны готовы предоставить мужьям полную свободу. Тут, как говорится: «Не дождётесь». Не прерывая задушевного разговора о внуках, снохах, рецептах, сериалах и прочих крайне важных вещах, дамы терпеливо караулили момент, когда им удастся разбавить мужские воспоминания своими историями о прожитом. Им, и мужчинам, и женщинам, было о чём поговорить сообща. Помимо соседства по дому, растянувшегося без малого на тридцать лет, друзей объединяла служба в армии. Служба — это ведь не только о мужиках. Один Господь ведает, сколько пришлось вынести боевым подругам, пока их мужья тянули армейскую лямку. Переезды с места на место, бытовая неустроенность отдалённых гарнизонов и много чего такого, о чём можно рассказывать только понимающим людям. Тем, которые на собственном опыте познали тяготы и лишения военной службы.
Получилось так, что жизнь свела эти семьи уже далеко после увольнения. Времена были смутными, неопределёнными, а если уж совсем честно, то мерзкими. Недаром народ прозвал их «лихие девяностые». Впрочем, жизнь состоит не только из чёрных полос. Бывает, что удача улыбается даже вычеркнутым из привычной жизни людям. Правительство, собранное всенародно избранным вождём, сподобилось построить несколько домов для уволенных из вооружённых сил офицеров и прапорщиков. Звёзды каким-то образом сошлись, и три ранее незнакомые семьи поселились в панельном доме на самой окраине областного центра.
Знакомство новосёлов - дело обычное. Как правило, всё начинается с женщин. Сначала они забегают к друг дружке за мелочёвкой, потом короткие встречи перерастают в чаепитие с задушевными разговорами. Очень скоро самая активная первой решается пригласить соседей в гости. Постепенно «визиты вежливости» входят в привычку и незаметно становятся традицией.
***
Хозяин квартиры безоговорочно считался лидером небольшого коллектива. Подполковник в отставке Александр Николаевич участвовал в трёх кампаниях, заканчивал службу командиром мотострелкового полка, и наверняка мог служить дальше, но дивизия совершенно неожиданно угодила под горбачёвское сокращение, и перспективного офицера попросту списали со счетов. Гости относились к Александру Николаевичу с подчёркнутым уважением, обращаясь к нему исключительно по имени-отчеству. Мужчины были на три-четыре года младше хозяина и дослужились до майоров: Юрий Иванович - в войсках связи, а Леонид Сергеевич - в инженерных. Ни тому, ни другому в горячих точках побывать не довелось, но, тем не менее, поездили по Союзу они немало, много чего пережили, и будучи честными служаками, точно знали, что такое «тянуть лямку».
***
Субординация в мире отставников - понятие чисто субъективное. А с учётом трёх десятков лет на гражданке - и вовсе условное. Может поэтому, а возможно, по каким-либо другим причинам, связист и инженер никогда не упускали случая под рюмочку подшутить над пехотинцем. Вот и сегодня, осушив чарку за несокрушимую и легендарную, Юрий Иванович подмигнул Леониду Сергеевичу и вполне серьёзно поинтересовался у хозяина:
- Слушай, Александр Николаич, а ты не жалеешь, что до папахи не дослужился?
- А чего ему жалеть? – С готовностью подхватил приятель. – Мы с тобой и без папахи Николаича полковником зовём. Да и толку от неё на гражданке никакого. Даже в магазин не сходишь. Народ не поймёт, подумает, что ряженый.
Видимо, тема была болезненной, поскольку хозяйка с тревогой взглянула на супруга. Однако Александр Николаевич усмехнулся и ответил без раздумий, словно готовился заранее:
- Знаешь, Юрий Иванович, как комдив меня утешил, когда сообщил о расформировании дивизии? Так и сказал: «Ты не переживай, Сашка, что мимо звания пролетел. По большому счёту полковник — это выживший из ума подполковник». Так что мне повезло. Пусть без папахи, зато в здравом уме.
- Смешно. – Буркнул связист, не ожидавший отпора. – Я вот только одно не пойму, - продолжил он, явно рассчитывая на реванш, - почему у всех приличных войск есть профессиональный праздник, а у мотострелков до сих пор нет? Не заслужила матушка-пехота отдельной даты? А ещё говорят, царица полей!
— Ну, насчёт «приличных» ты малость загнул. – Слегка подзавёлся хозяин. – В наше с тобой время в Союзе, по-моему, всего семь родов войск дату официально отмечали. Впрочем, боюсь ошибиться… Но это неважно. День инженерных войск установили всего-то в девяносто шестом, а войск связи ещё через десять лет. Так что сильно не задавайтесь. Годков маловато для традиции.
- Но ведь установили! – Загорячился Юрий Иванович. – Даже, извини, день трубопроводных войск года два тому назад установили. А про пехоту даже не вспомнили. Разве это не показатель?
- Позвольте! – Вмешалась супруга отставного инженера. – Если мне не изменяет память, ваша троица в начале октября довольно лихо в гаражах день сухопутных войск отметила. Насилу домой загнали…
— Всё не то! – Отмахнулся смутьян. – Речь уже не о дате… я об уважении. Как ни крути, а получается… без обид, Николаич… что пехота самый неуважаемый род войск. Ты чего? – С негодованием уставился на жену Юрий Иванович, почувствовав болезненный щипок ниже спины. – Больно ведь…
- Уймись, провокатор. – Посоветовала супруга, сузив глаза. – Развёл тут, понимаешь…
- Оставь мужа в покое, Ольга Васильевна. – Неожиданно вступился хозяин. – Не вмешивайся в дискуссию. С мысли сбиваешь.
- Ладно. Дома поговорим. – Бросив на Юрия Ивановича многообещающий взгляд, отступила гостья. – Я тебя научу, как в приличной компании себя вести…
- Так вот. – Продолжил отставной подполковник, опередив оппонента на пару секунд. – Слушай сюда, товарищ связной. Пока в ходе боя на землю не ступила нога пехотинца, территория не считается завоеванной или освобожденной от врага. Хорошо сказано? То-то же. Жаль, не мои слова. Это насчёт уважения. Что такое праздник? Пришёл-ушёл, только похмелье осталось. А без пехоты, брат, никуда. Ты себя сталинистом называешь? Я тоже Сталина уважаю. Знаешь, какой тост предложил Иосиф Виссарионович в честь выпускников моей академии? «За царицу полей – пехоту»! Это факт исторический. Но круче всех высказался генералиссимус Суворов. Правда, не для дамских ушей, но я заменю всего одно слово. Александр Васильевич, можно сказать, под всеми спорами черту подвёл: «Позиции врага считаются занятыми, когда мотня русского пехотинца повиснет над окопами противника». Он ли сказал, нет ли - неважно. Суть от автора не меняется. Так что выходит, двадцать третье февраля — это и есть День пехоты. Наливайте, братья и сестры, в гранённые стаканы. Поднимем за Матушку-пехоту, как завещал товарищ Сталин!
***
- Что-то мне не верится. – Покачала головой жена, когда гости ушли. – Ну не мог Суворов такое сказать. Окопы, опять же…
- Не мог. – Зевнув, согласился Александр Николаевич. – Просто достал меня Юрка своими подколками. Про Сталина я не соврал. Такой факт действительно имел место. А про мотню и окопы я случайно вспомнил. Нам в училище один преподаватель в шутливой форме объяснил, что такое время «Ч». Как считаешь, неплохо получилось?
Повести и рассказы Николая Шамрина опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/