Здравствуй, мой дорогой читатель, приветствую на своем канале. Если вы читаете мое первое творение, "Откровение Ведьмы", "Первая любовь" , то это для меня ценно! Грязь разводить не стоит. Если не нравится, я никого не заставляю, пройдите мимо. Каждый воспринимает мир по своему.
Этот роман, еще пишется, главы выкладываю через день, два. И в нем не банальная история про девушку и парня, там намного глубже закладывается смысл. И возможно, кто-то не поймет. Возможно кому-то не зайдет. Все мы разные и я это понимаю.
Подписывайтесь и читайте с ПЕРВОЙ главы. И имейте уважение ко мне и моей работе!
За лайк и вознаграждение особая благодарность😍
Почему всё так сложно? — думала она, чувствуя, как сердце сжимается в груди, будто его сдавливают невидимыми руками. Он говорит про любовь, про свободу чувств, а я ощущаю только груз вины, который давит на меня с каждой секундой. Это неправильно. Я знаю это. Я не могу предать, кто доверил мне своё сердце.
Андрей, выходя из ванны, застыл в дверном проёме. Перед ним на холодном полу сидела Аня — её ледяные пальцы были туго сплетены между собой, она крепко обнимала колени, укутанная белым полотенцем, будто пыталась спрятать себя от распада. Взгляд её был пустым, словно стекло, в котором отражалась бездонная пустота, безразличие и бесконечная усталость. Она раскачивалась, мягко покачивая корпус туда-сюда, словно маятник — степенно, монотонно, безысходно. Слезы давно высохли на щеках, а губы всё ещё дрожали, бессильно пытаясь сдержать боль.
— Ты чего тут сидишь одна? Где все? — его голос вырвался с оттенком тревоги и скрытой боли.
Он отступил назад, заглянул внутрь комнаты — пусто. Быстро закрыл дверь, но на лице играла маска обиды, как будто одновременно защищала и обвиняла.
— Сколько ты ещё собираешься тут сидеть? Попу отморозишь! — горько усмехнулся он, и в этой усмешке слились боль и раздражение. Его сердце сжалось сильнее, видя, как много страданий скрывает эта девочка.
Воспоминания накатывали волнами — яркие, стремительные, страстные — но всегда лишённые обещаний на будущее. Он вспомнил их поцелуй.
Ночь опустилась густой, бархатной тьмой. Дождь лил беспощадно, струясь по волосам и по щекам, смешиваясь с ее горячими слезами. Он ждал ее. Знал, что она должна выйти и она вышла. Сколько боли и ненависти было в ее глазах. Это до сих пор терзало его душу.
В тот момент он хотел сгореть в ее страданиях, что б хоть как то помочь. Он осторожно подошёл, словно боясь сломать хрупкую нить её доверия, и его руки нежно коснулись её лица. Взгляд его был проникнут не только заботой, но и тихой болью — он знал, как глубоко ее ранили.
И тогда
Первый поцелуй был не просто желанием— это была нежная попытка исцелить, обнять её разбитое сердце и дать ей понять, что она не одна. Холод дождя и тепло его дыхания переплелись, пробуждая в ней новую надежду. А что сейчас поменялось? Она изменилась...
— Твои Губы дрожат. Пойдём. Произнес он.
Она подняла на него взгляд — взгляд побитой собаки, в котором читался страх. Горячая волна стыда прокатилась по её телу, сковывая слова. Язык будто прилип к нёбу, и она молча опустила голову.
— Послушай, я… — он замялся..
Его рука, горячая и твёрдая, легла поверх её, заставляя замереть в этом мгновении. Голос стал ещё мягче, словно шелест ветра.
— Ты как ледышка... Поверь, я чувствую себя не лучше . Но не могу оставить тебя вот так. Давай, пошли.
Она снова подняла на него взгляд — смесь удивления, страха и хрупкой благодарности.
Эти слова должны были бы ее успокоить, но вместо этого она чувствовала, как к глазам подступают слёзы. - Прости - Она быстро, быстро моргнула, чтобы прогнать их.
— Ты же понимаешь...что это было бы неправильно, — прошептала она почти неосознанно.— Если даже я и чувствую к тебе что-то, я все равно не могу быть с тобой, я в отношениях и я... жалостливо всхлипнула..я буду чувствовать себя после нашей близости - ГРЯЗЬЮ.—Ты Понимаешь?—Я не смогу после всего этого смотреть вам в глаза.
— А кто решает, что правильно, а что нет? — спрашивает он. — Если ты счастлива, если тебе хорошо с человеком, разве это может быть неправильно? Любовь — это самое прекрасное, что может случиться с человеком. Независимо от обстоятельств, — отвечает он, и эта тяжесть в его голосе заставляет ее еще больше ненавидить себя.
— Тебе лучше одеться, — бросает он немного подрагивающим голосом. А то я не ручаюсь за себя, не железный. Твой соблазнительный вид заставляет мое тело на тебя реагировать совсем не так, как бы тебе хотелось—произнес он, наклоняясь чуть ближе. Осторожно приподнимая ее с пола.— Всё будет хорошо.
—Никогда не будет хорошо, никогда, — шепчет, упираясь ладошками в его грудь. — Это безумие...
— Безумие, и мы никому об этом не раскажим, — хрипит он, крепче прижимая к своей обнаженной груди.
Страх никуда не уходит.
Она пытается принять его слова, но внутри всё ещё бушуют эмоции. Перед глазами всплывает образ Тимура. Если он узнает. Он меня уничтожит. Сотрет в порашок. И правильно сделает.
— Ты боишься его, да? — тихо спрашивает Андрей, словно читая ее мысли.
— Боюсь, — признается, чувствуя, как к глазам снова подступают слёзы.
— Этого не случится, — уверенно говорит он. — Я убью его, если он тронет тебя!
— Нет. — Я этого нихочу, — вдруг говорит Аня, и её голос становится чуть теплее. — ТИМУР И ТЫ, ВЫ БЫЛИ ДРУЗЬЯМИ, ДО ВСТРЕЧИ СО МНОЙ. А Я ВСЕ РАЗРУШИЛА!
—Не придумывай.—Ты не виновата.—И если быть до конца честным.—Я давно уже его не считаю своим другом.—Перебивает он, заглядывая в лицо.
—Нельзя так!
В груди у парня что-то сжалось, и он мгновенно напрягся. На первый взгляд он казался спокойным, но она сразу заметила напряжённую линию его челюсти и взгляд, в котором мелькало что-то злое. Андрей пытался казаться невозмутимым, но это далеко не так.
— А со мной так можно?
Сердце сжалось еще сильнее, казалось что и дышать стало сложнее, она глубоко вздохнула, но это не помогало. Первая мысль: Нет ты достоин лучшего. Но не меня. Я слишком грязная для тебя. А в слух произнесла лишь глухое "Нет"!
Он резко повернул ее к себе лицом, придавливая к холодной стене, которая обожгла ее спину.
— Тогда ПОЧЕМУ ТЫ С НИМ?! — крикнул он, глаза полны гнева. — И всё дело не в твоей любви!—Я чувствую.—Ты хочешь меня!—Так же, как и я тебя.
Он смотрит на нее яростными глазами, шумно дышит, ноздри раздуваются, словно разъярённый зверь, который наконец поймал свою добычу.
Его грудь вздымается, а от близости его тела исходит жар, который проникает в нее, заставляя трепетать и дрожать.
Их взгляды снова встретились. Дыхание парня сбилось — Желание взять ее силой. Взять даже если она не хочет. Взять и сделать своей.
— Андрей, хватит так на меня смотреть! — рычит она. — Дай мне какую-нибудь одежду, моя мокрая.
Он кивнул, попытался собраться, скрывая, насколько ему было тяжело. Выдохнул, заглянул в ванную, поднял с пола её джинсы и повесил их на сушилку. Своую рубашку вывернул, стряхнул и, выйдя из комнаты, надел на девчонку.
Она с благодарностью быстро просунула свои тонкие руки в рукава и поспешно застегнула пуговицы.
— Так лучше?
Его сердце пропустило удар, а дыхание стало прерывистым.
— Ненавижу тебя Анна Ли! — Не одна еще баба меня так не доводила. Не знаю сколько я еще смогу продержаться.
— Хватит! — рычит она ему в лицо, ее дыхание обдаёт его щеку горячим воздухом. — Зачем ты ведёшь себя как ребёнок, у которого забрали игрушку? —Я одна, а вас двое.
— Чего ты хочешь, что б я сдался и отпустил тебя — дрогнувшим голосом спрашивает он, стараясь не показать, как дрожит все внутри.
— М-м-м, — мычит она, сама не понимая что она на самом деле хочет. Боль внутри смешивается с возбуждением, которое она пытается подавить.
— Андрей! — Что я должна сделать?— Переспать с тобой, а что потом? — слёзы уже бегли по щекам, горячие и солёные, губы она кусала в кровь, чтобы не закричать от отчаяния.
— Да! — без раздумий говорит он, его голос хриплый, полный первобытной страсти.
— Что изменится? — Ты оставишь меня? — истерически смеётся она. — Конечно, ведь ты хотел это сделать раньше Тимура. Но вот облом — он опередил.
Она смотрит на него с вызовом, пытаясь защитить себя этой колкостью, хотя внутри всё разрывается.
— Что ты несёшь? — прищуривается он, и в его глазах мелькает обида, смешанная с гневом.
— Правду, — кричит сквозь рыдания, голос срывается, а слёзы текут рекой, размывая мир вокруг.
— Тимур получил своё. — И интерес уже пропал, появилась другая— Лилиана. —Она беременна от него или не от него — там какая-то путаница произошла.
Он отпускает её, делает шаг назад — Да ну,—и смотрит так, будто она его по лицу ударила.— Серьёзно?—И ты всё ещё с ним? — Я тебя не понимаю!— Почему? — горько усмехнулся он.
— Не спрашивай, я не могу объяснить это чувство, — вытирая слезы рукавом, опустила голову, не в силах выдержать его взгляд.
— Да! Да, блядь! Молчим! На одном месте топчемся, — начинает орать он, его голос эхом разносится по коридору. — Так же правильно?! — чуть тише добавляет, и в его тоне проскальзывает нотка отчаяния, которая трогает что-то глубоко внутри нее.
— Давай не будем усложнять всё! — поднимает руку вверх.
— Не будем, что? — задал он вопрос, нервно прерывая, делая шаг к ней. Его глаза горят, тело напряжено, как струна.
Она вздрагивает, резко толкает его.
— Ничего, больше ничего не будет, — выдыхает она, сердце сжимается на последнем слове, словно оно живое и вонзает в неё свои острые клыки.
— Не будем? — уточняет он и сводит брови к переносице, его лицо искажается. Подходит вплотную, хватает на руки, и несет в спальную. Бросает на кровать и жадно впивается в губы с такой силой, что она на миг почувствовала нехватку в воздухе. Она старалась оттолкнуть, ее руки упирлись в его грудь, но он шипит, берет ее запястия поднимает над головой, держит стальной хваткой, которая одновременно пугает и возбуждает. Второй рукой помогая себе подминает ее под себя.Волны жара расходятся от его пальцев, заставляя кожу покрыться мурашками, а дыхание стать прерывистым.
— Не надо!
Но тело кричит об обратном. Оно нестерпимо требует ласки. В низу живота потянуло, возбуждение разлилось по всем клеточкам.
— Надо, мне надо. Тебе надо! — хрипит он, его губы касаются шеи, посылая импульсы удовольствия по всему телу. И сил уже нет сопротивляться. Выбиваться нет уже смысла.
Сейчас все произойдет.
Почувствовав ее готовность, он отпускает ее руки, и тут же нежно покусывая кожу, ползет вниз к животику, покрывая его жаркими поцелуями.
Раздвигает ее ноги коленом и вклинивается между ними, придавливая ее к матрасу. Она издает стон, цепляясь пальцами за его мокрые волосы.
—Это не правильно. — Нет, прошу!—Не делай этого.
Дыхание становится надрывистым. Она выгибается, желая его всем своим существом. Задыхается от собственных мыслей — а они были очень грязные.
— Забудь обо всем на свете. Шепчет он.—Только ты и я!— И снова он целует ее в губы.—Только наши чувства и желанья!—Только любовь! Произносит он отрываясь от нее.
— ВСЕ ЭТО ЗАКОЧИТСЯ БОЛЬЮ!
— Не думай о последствиях, о том, что будет завтра. Останови время и проживи этот миг — со мной. Только со мной! Даже если завтра пожалеешь об этом.
Она прикрыла глаза, не веря, что это происходит.
.— Черт.....Ненадо!
Электрический разряд пробегает по коже, мурашки бегут по рукам и спине. Она широко раскрывает глаза.
— Обними меня ногами.—Обними!—Приказывает он.
Это означало принять поражение. Сдаться. А Тимур? Предать?
Его глаза заискрились, а на губах заиграла ехидная улыбка.
В ее уголках глаз собралась влага, и она моргнула, слеза покатилась вниз. Внутри всё болело — смесь желания, вины и беспомощности.
Она чувствует бешеный стук его сердца — оно колотится в унисон с ее, как барабан в ритме безумного танца.
—АННА!
Прерывистое дыхание обжигает ее лицо, его губы так близко, что она ощущает вкус его желания.
— ЗАБУДЬ ТЫ ЕГО УЖЕ!
Смотрит в его глаза, читая в них " Ты уже проиграла" — тёмные, голодные, полные той же бури, что бушует во мраке ее души. Дрожь пробегает по всему телу.
Внутри разгорается пожар: желание, смешанное со страхом. Это Андрей друг твоего парня. Он использует тебя, как оружие против врага. Но тело уже послушно реагирует на его приказ.
—Мы же никому не скажем?—Он не узнает?—Ты даешь слово?
Обвивая его шею руками, шепчет она дрожащими губами.
Молчание.
Ее пальцы зарываются в его волосы — густые, слегка влажные, она сжимает их и тянет на себя.
—Я не слышу ответа?
— После этой ночи все изменится. —И ты это знаешь.
— Нет. Возмущается она.
Ты будешь со мной тогда когда я этого захочу! — говорит Андрей хриплым голосом, полным желания. — Ты моя! — не спрашивает, констатирует факт, его глаза сверкают в полумраке.
Я не твоя. И эта ночь окажется ошибкой! И ты это знаешь. Точно так же как знаю это я.
— Ох! — хриплым голосом стонет он. — Что ты со мной творишь?! — тяжело выдыхает он и впивается в губы.
Она чувствует, как сердце пропускает удар, а в голове вихрь мыслей: "Что я делаю? Это ошибка, но... я хочу этого". "А Тимур?" Ведь Тимур был первым и он любит меня"! Он был готов познакомиться с моими родителями! Он придет завтра! А я ?
— Андрей нет..— Это убьет меня! — Нас всех убьет!
— Я имею право на счастье, и пусть оно будет длиться несколько часов, но я возьму за это время всё, что можно. — Это ночь моя!—А может и последующие!— Если я не окажусь в тебе… Вот это меня точно убьет окончательно, разорвёт нахрен, — хрипло шепчет он, голос полный муки и желания, глаза горят, как угли, и в них — вся его страсть.
Алкоголь всё ещё теплится в крови, придавая смелости, но страх не уходит — страх, что завтра будет больно.
Она чувствует его запах — мускусный, с нотками дыма от сигарет и одеколона, — он обволакивает ее, как туман, и она поддается соблазну и начинает тонуть в нём, забывая обо всём.
Они падают в пропасть. В пропасть похоти, разврата и порока. В мир, полный страсти и желания, где нет места сомнениям или морали.
Она обхватывает ногами его бедра, давая понять о согласии и он только это и ждал, жестко входит в нее.
— Это безумие и под ним исчезает весь мир. Все уходит на второй план. Есть только они. Их необозданная страсть, которая стирает границы между ними.
Дыхание становится надрывистым. Она выгибается, желая его получить целиком. Задыхаясь.
Она чувстсует его в себе — глубоко, мощно, растягивая до предела, до сладкой боли. Которая превращается в удовольствие. Перед глазами все плывет и замерает.
— Сука! НАКОНЕЦ ТЫ МОЯ! — с выдохом отрывается от ее губ, его голос хриплый, полный эмоций, лицо искажено от удовольствия. Она впивается ногтями в спину оставляя следы, полосы на коже. Он плавно выходит, слышит томительное " Не надо" И резко входит в нее, пронизывая до блаженства.
Кусая губы в кровь — чтобы не закричать слишком громко, но стоны вырываются сами. И она стонет.
Ещё… — не останавливайся.
Он слышит ее мольбу и делает толчки резче. Грубее. Напористее — каждый как удар, посылающий волны удовольствия по телу, заставляя изгибаться, выгибаться навстречу.
Она смотрит на него, в ее глазах страх.
На его лбу выступила испарина, на висках капли пота, его кожа блестит. И глаза покрытые мраком тоже горят победным огнем.
Стоны громче.
Толчок, и она зажмуривается от переполняющих ее чувств — оргазм накатил неожиданно, сжимая внутри, мышцы пульсируют вокруг него. Ещё одно движение, и она падает в самое пекло — тело конвульсирует, ноги дрожат, пальцы впиваются в его спину.
Ненавижу! Его рык сливается с ее трепетном — Ненавижу, тела сплетаются. Взрыв, вопль, крик. И перед глазами Тьма. Страшная непросветная. Она окутала их, словно черный шелк. Грань, которую они перешли, и дороги назад нет.
Это запретно, это неправильно, это грязно и завтра это разобьет ее мир!