В маленьком приморском городке, затерянном между скалистыми утёсами и бескрайним морем, была одна странная улица — Каменная. Её вымостили ещё в позапрошлом веке из огромных булыжников, привезённых с дальнего мыса. Днём она выглядела обыденно: старые дома с резными ставнями, скрипучие калитки, развешенное на верёвках бельё. Но с наступлением сумерек происходило нечто необъяснимое.
По вечерам вдоль Каменной улицы загорались старинные фонари — высокие, чугунные, с помутневшими стёклами. Они вспыхивали один за другим, хотя никто их не включал. Электрические провода к ним не подводились, а керосиновые резервуары внутри были пусты уже десятки лет. Местные жители давно привыкли к этому чуду и говорили: «Это души моряков, не вернувшихся домой, освещают путь заблудившимся».
Однажды в городок приехала Лиза — художница из столицы, уставшая от шума мегаполиса и ищущая вдохновения. Она сняла домик на Каменной улице — крошечный, с покосившейся крышей и окном, выходящим прямо на фонари. В первую же ночь она проснулась от мягкого золотистого света, пробивавшегося сквозь занавески.
Выглянув в окно, Лиза замерла. Один из фонарей — третий от её дома — горел ярче остальных. Из его света медленно выступила фигура в капитанской фуражке и потрёпанном морском кителе.
«Не бойся, — сказал призрак тихо, и его голос звучал, как шум прибоя. — Я капитан Арсенов. Когда‑то я спас этот город от шторма, но сам не успел сойти на берег. Теперь я здесь — чтобы помогать тем, кто потерял дорогу».
Лиза не испугалась. Её дед был моряком, и она с детства любила истории о дальних странствиях. Она предложила капитану чаю, и он, улыбнувшись, принял приглашение — хотя чашку так и не поднял. Они разговаривали до рассвета: капитан рассказывал о плаваниях к тропическим островам, о встречах с китами и штормах, от которых трещали мачты. Лиза слушала, зарисовывала в блокноте его профиль, линии старого кителя, блеск фуражки.
С той ночи капитан стал приходить каждую полночь. Фонарь у её дома горел особенно ярко, словно отмечая место их встреч. Лиза начала писать картины — не реалистичные пейзажи, а фантасмагорические полотна, где корабли плыли сквозь облака, а морские чудовища мирно спали у причалов.
Через месяц она закончила серию картин под названием «Свет забытых капитанов». На открытии выставки в городской галерее люди ахали: на полотнах оживали морские легенды, а если присмотреться, в глубине красок можно было разглядеть тени — тех самых моряков, чьи истории Лиза записала со слов капитана.
В последний вечер перед отъездом Лиза осталась в доме одна. Она знала: пора прощаться. Ровно в полночь фонарь вспыхнул, и капитан появился в полный рост — более чёткий, чем прежде.
«Ты дала нам голос, — улыбнулся он, и в его глазах отразились далёкие маяки. — Теперь мы можем уйти. Спасибо за то, что услышала».
Фонари вдоль Каменной улицы погасли один за другим, но в душе Лизы остался тёплый свет — память о тех, кто когда‑то хранил этот город. Утром она уехала, увезя с собой не только картины, но и маленький осколок стекла из старого фонаря — он теперь лежал в её мастерской как талисман.
А в городке с тех пор фонари больше не загорались сами. Но местные говорили: если в безлунную ночь прислушаться к шуму моря, можно услышать тихий смех капитанов, плывущих к новым берегам.