— Тётя Ангелина с Даней просятся на пару дней. У них там, понимаешь, закупки к школе, цены в их краях слишком кусаются, а у нас торговых центров много, скидки хорошие.
Елизавета отложила в сторону тонкий мастихин. На её рабочем столе лежал наполовину готовый архитектурный макет жилого комплекса. Девушка работала макетчицей: из тонкого пластика, картона и специальных полимеров она возводила крошечные кварталы, скверы и микроскопические парковки. Работа требовала колоссальной концентрации и тишины.
— Конечно, Глеб, пусть приезжают, места у нас пока предостаточно, — ответила она с непреложной мягкостью, поправляя выбившуюся прядь волос. В её голосе звучало искреннее понимание. Елизавета действительно полагала, что близким нужно помогать, тем более когда речь идет о подготовке ребенка к учебному году. Терпение было её врожденной чертой.
Глеб с облегчением выдохнул и пошел на кухню ставить чайник. Он был отличным парнем из глубинки, настоящим трудягой. Глеб работал наладчиком интеллектуальных климатических систем для промышленных теплиц: тянул кабели датчиков влажности, настраивал контроллеры и монтировал вентиляционные модули. Он умел всё: от починки сложной проводки до укладки новых полов.
Квартира, в которой они жили, досталась Елизавете благодаря невероятному стечению обстоятельств и семейной сплоченности. Её бабушка по отцу, Диана Сергеевна, неожиданно заболела и решила перебраться в город поближе к сыну. Она продала свой просторный деревенский дом, а вырученные средства передала семье. Ульяна Денисовна, мать Елизаветы, женщина практичная и дальновидная, обсудила ситуацию и выставила на продажу собственную дачу. Объединенных капиталов хватило на великое дело — покупку большой трехкомнатной квартиры для единственной внучки.
Жилье досталось им с солидным дисконтом. Ранее здесь обитала одинокая женщина, которая совершенно не следила за бытом. После её ухода наследники, проживавшие на другом конце страны, не пожелали тратить время на уборку и предпродажную подготовку. Они выставили жилье на продажу по принципу «забирай как есть». Родители Елизаветы быстро оформили сделку, а затем подписали дарственную на дочь.
Пока денег на капитальный ремонт катастрофически не хватало. Глеб собственными силами привел в чувство электрику, подклеил обои, но полы безбожно скрипели, издавая звуки старой бригантины, ванная комната хранила память о временах царя Гороха, а мрачный кухонный гарнитур словно лично застал эпоху Брежнева. И всё же Елизавета чувствовала себя абсолютно счастливой.
Спустя два дня на пороге появилась Ангелина Павловна с двенадцатилетним Даниилом. Голоса гостей мгновенно заполнили всё пространство квартиры.
— Ну чё, Лизавета, принимай десант! — громко возвестила тётка, сгружая огромные баулы прямо в коридоре. — Мы тут чисто на недельку забазируемся. По-бырику шмотки закупим и отвалим. Данька, скидывай педали, чё стоишь как неродной!
Елизавета лишь улыбнулась. Её терпение было безграничным. Она готовила гостям ужины, убирала за племянником, который имел привычку оставлять фантики и огрызки на подлокотниках дивана, и продолжала работать над своими макетами по ночам, когда квартира наконец погружалась в сон. Она искренне верила, что это разовая акция взаимопомощи.
***
Прошел месяц. Елизавета сидела на старом скрипучем диване и методично склеивала миниатюрные деревья для нового проекта. Надежда на понимание со стороны родственников мужа всё ещё теплилась в её душе, но реальность упорно доказывала обратное.
Визиты из провинции стали регулярными. Сначала Глеб краснел, смущался и деликатно спрашивал разрешения. Но постепенно, сам того не замечая, начал ставить жену перед фактом. Причины для приезда находились самые разнообразные: одному нужно было срочно вылечить зубы в городской клинике, другому — посетить выставку, третьему — просто скоротать время перед поездом.
— Глеб, мне завтра нужно сдавать огромный проект, а у нас снова гости, — сдержанно произнесла Елизавета, когда муж сообщил об очередном визите.
— Лиза, ну как я им откажу? Это же родня. Они ненадолго, — оправдывался он, пряча взгляд.
На следующий день Елизавета поехала к маме. Ульяна Денисовна налила дочери чаю и выслушала её с легким прищуром.
— Лиза, ты взрослая девочка. Решай проблему с мужем. Это его родственники, и он должен выстроить границы. Твоя территория превратилась в постоялый двор.
— Я пыталась, мам. Он просто не может сказать им НЕТ. Он их боится обидеть.
Вечером заявился дядя Денис Олегович со своей четырнадцатилетней дочерью Алиной.
— Здарова, хозяева! — прогудел дядя, бросая тяжелую спортивную сумку на шаткий стул. — Мы тут мимоходом. Линке надо к платному эскулапу, да по магазам прошвырнуться. Вы же не в обломе? Сбацай чё-нить пожрать, Лизок, с дороги живот крутит. Алинка, врубай телек, мы тут на расслабоне.
Елизавета закрылась в ванной и впервые почувствовала, как привычная мягкость растворяется, оставляя место ноющей тревоге. На следующий день она решилась на деликатный шаг — позвонила матери Глеба, Валерии Игоревне.
— Валерия Игоревна, здравствуйте. У нас сейчас Денис Олегович гостит. Знаете, у меня очень сложные проекты по работе, шум сильно мешает. Может, вы как-то поговорите с ними? Чтобы они немного умерили частоту визитов?
Голос свекрови в трубке прозвучал елейно, но с явным холодком:
— Лизонька, ну что ты такое говоришь? Это же не ко мне они едут, а в город. У вас квартира большая, трехкомнатная. Это совершенно меня не касается. Разбирайтесь сами, взрослые уже. Гостей надо принимать с почтением.
Елизавета положила телефон. Надежда на понимание рассыпалась, как неудачно склеенный картонный домик. Она поняла, что мать Глеба просто перенаправила весь поток провинциальной родни в удобный и, главное, бесплатный городской филиал — прямиком в её квартиру.
***
Глеб видел, как меняется жена. Она стала молчаливой, её движения утратили былую легкость. Он чувствовал закипающую проблему, но не находил в себе сил противостоять собственной матери. Валерия Игоревна регулярно звонила сыну и внушала одно и то же: «Принимай гостей. Вы в хоромах живете. Нечего жадничать, место есть».
Отчаявшись, Глеб обратился за советом к своему другу Алексею, с которым они вместе монтировали системы орошения в теплицах. Алексей был человеком прямым и категоричным.
— Слушай, Глеб, — сказал Алексей, настраивая датчик давления. — Ты им что, гостиница бесплатная? Шли родственников лесом. У тебя своя семья, своя жена. Ты её в гроб вгонишь этим табором.
— Да как я их пошлю? Обидятся на всю жизнь. Мать потом поедом съест...
— Ну и пусть обижаются. Твоя жизнь важнее.
Но Глеб не послушал. Слабость взяла верх над здравым смыслом.
Спустя неделю он вернулся домой бледный, губы его нервно подрагивали. Елизавета как раз заканчивала окрашивать крышу макетного здания в графитовый цвет.
— Лиза... Тут такое дело. Послезавтра у двоюродного деда юбилей в городе. Приедут пятеро. Тётя Ангелина, дядя Денис, еще парочка племянников. Базироваться будут у нас. Всего на три дня.
В груди Елизаветы что-то надломилось. Тяжелое, удушливое разочарование затопило её сознание. Все её уступки, всё её природное терпение и деликатность были восприняты как слабость. Разочарование стремительно, за считанные секунды, переплавилось в густую, ледяную злость. Она смотрела на мужа, который опустил голову, избегая её взгляда.
— Хорошо, — тихо произнесла она.
Глеб удивленно вскинул брови.
— Правда? Ты не сердишься?
— Нет. ПУСТЬ ПРИЕЗЖАЮТ, — ровным тоном ответила Елизавета.
Глеб просиял. Он тут же схватил телефон и радостно отзвонился матери: «Всё отлично, Лиза согласна! Добро дано!». Валерия Игоревна немедленно передала благую весть родственникам.
А Елизавета тем же вечером встретилась со своей подругой Мариной. Марина занималась созданием интерьерных флорариумов, разводила редкие виды мхов и всегда отличалась нестандартным мышлением.
Выслушав историю, Марина усмехнулась.
— Лиза, ты так долго это терпела. Пора рубить этот узел. У тебя ведь всё равно намечался демонтаж перед ремонтом?
Именно тогда в голове Елизаветы созрело холодное решение. Абсолютно безэмоциональное, расчетливое и сокрушительное. Она больше не собиралась терпеть.
***
Утро дня икс началось обыденно. Глеб собрал чемоданчик с инструментами, поцеловал жену и уехал на крупный объект за город настраивать обогрев огромного агрокомплекса. Родственники должны были приехать на автовокзал ближе к вечеру, где Глеб планировал их встретить и привезти домой.
Как только за мужем захлопнулась дверь, Елизавета взяла телефон и набрала номер.
— Алло, бригада демонтажников? Да, жду вас через сорок минут. Грузовое такси тоже подъезжайте.
Вскоре в квартиру ворвалась Марина, а следом за ней — четверо крепких рабочих.
— Работаем быстро, парни! — скомандовала Елизавета.
Процесс пошел с феноменальной скоростью. Квартиру начали вычищать до самого основания. Рабочие под контролем подруг вынесли на помойку скрипучий диван, старые продавленные кресла. Тот самый исторический кухонный гарнитур эпохи застоя был безжалостно раскурочен монтировками и вынесен по частям.
Они сняли потрескавшуюся раковину, выдрали старый линолеум, обнажив пыльный бетонный пол. Из комнат исчезло абсолютно всё. Елизавета рассудила здраво: раз уж делать долгожданный ремонт, то начинать надо прямо сейчас. Свои ценные макеты, инструменты и немногочисленную хорошую одежду она заранее отвезла к бабушке Диане Сергеевне.
К обеду квартира преобразилась. Она стала огромной, гулкой и невероятно пустой. Голые стены с ободранными обоями, бетон под ногами, сиротливо торчащие провода из стен. Ни одного стула, ни одной табуретки.
— Шикарно выглядит, — хмыкнула Марина, осматривая пустую площадь. — Эхо какое, послушай!
Елизавета стояла посреди гостиной. В ней больше не было ни капли мягкости. Только стальная уверенность в собственной правоте. Два оставшихся рабочих тем временем подошли к дверным проемам. С громким треском они начали снимать старые межкомнатные двери вместе с косяками.
Время близилось к вечеру. На улице стемнело. Замок во входной двери щелкнул.
***
— ЗАХОДИТЕ, гости дорогие! — раздался из коридора бодрый голос Глеба. — Располагайтесь, сейчас Лиза нас чем-нибудь накормит!
Толпа из пяти человек с огромными сумками, пыхтя, ввалилась в коридор. Ангелина Павловна, дядя Денис Олегович и прочая родня шагнули вперед и замерли. Сумки с глухим стуком упали на пыльный бетон.
Глеб застыл с открытым ртом. Его предвкушающая улыбка медленно сползла с лица.
Перед ними предстала абсолютная, звенящая пустота. Шаром покати. Ни мебели, ни бытовой техники. В глубине квартиры двое мужиков в комбинезонах с помощью гвоздодёров с треском отрывали от стены последнюю межкомнатную дверь. Куски старой пены падали на пол.
— Эт чё за приколы? — выдавил из себя дядя Денис, хлопая глазами. — Чё за голяк? Где базироваться-то будем? Вы чё, хату выставили?
— Лизавета, это чё за движ?! — взвизгнула Ангелина Павловна, с ужасом оглядывая голые стены. — Где диваны? Где кухня? Мы чё, на бетоне спать будем, как бичи?
Елизавета вышла из коридора. Она была абсолютно спокойна.
— Добрый вечер. А у нас ремонт начался. Сюрприз.
— Какой, в натуре, ремонт?! Мы ж предупреждали! Мы ж на юбилей приперлись! — орал дядя Денис, краснея от негодования. — УБИРАЙТЕСЬ отсюда со своими рабочими, нам спать надо!
— Здесь не на чем спать. И нечего есть. Можете ложиться прямо в пыль, — холодно ответила Елизавета.
Родственники подняли невообразимый гвалт. Изрыгая потоки местного жаргона, жалуясь на потраченное время и «кидалово», они подхватили свои баулы и пулей вылетели из квартиры, громко хлопая входной дверью. Вся эта возмущенная толпа направилась прямиком к Валерии Игоревне.
Спустя двадцать минут телефон Елизаветы разорвался от звонка. На экране высветилось имя свекрови. Лиза сделала глубокий вдох, нажала на кнопку приема и мгновенно изменила тон голоса, сделав его дрожащим и плаксивым.
— Лиза! Что у вас происходит?! Почему вся родня завалилась ко мне в истерике?! Они говорят, вы там голые стены оставили!
— Валерия Игоревна... — Елизавета мастерски пустила слезу в голос. — Это катастрофа. Мы абсолютно НИЩИЕ. Денег нет. У нас такие долги за коммунальные платежи образовались, я даже мужу сказать боялась. Вынуждены были всё распродать подчистую. Даже старую кровать и кухню продали за копейки перекупщикам. Нам кушать нечего...
— Как это... распродали? — голос свекрови дрогнул.
— Да, всё очень плохо. Валерия Игоревна, пожалуйста, умоляю вас! ПОМОГИТЕ! ДАЙТЕ ДЕНЕГ, хотя бы тысяч пятьдесят для начала, иначе нас просто на улицу выкинут! Нам трубы менять, а не на что!
На том конце провода повисла мертвая тишина, а затем раздались короткие гудки. Валерия Игоревна в ужасе бросила трубку. Благотворительность за свой счет в её планы категорически не входила. Елизавета посмотрела на погасший экран смартфона и искренне рассмеялась.
Глеб всё это время стоял в пустой комнате. Он не пытался оправдываться. Рабочие собрали свой инструмент и покинули квартиру. В пространстве повисла тишина. Глеб медленно оглядел голые стены, посмотрел на свою жену, которая только что сыграла лучший спектакль в своей жизни.
И тут он всё понял. Он осознал, до какой степени он довёл свою любимую женщину собственным бессилием. Он понял, почему она так легко согласилась на приезд пятерых гостей. Это был не жест доброй воли, это был расстрел его нерешительности.
Глеб молча подошел к оставленному рабочими гвоздодеру, поднял его, подошел к последнему недоломанному дверному косяку и с силой рванул его на себя. Дерево с хрустом поддалось.
— Завтра поедем выбирать ламинат, — тихо, но твердо сказал он. — И новую ванную. Я сам всё установлю.
Сарафанное радио среди провинциальной родни сработало мгновенно и безотказно. Новость о том, что Глеб с женой окончательно обнищали, продали весь скарб и теперь живут на бетонном полу в долгах, разлетелась со скоростью лесного пожара. Никто больше не помышлял ехать в пустую квартиру к банкротам.
А Валерия Игоревна была настолько напугана перспективой того, что невестка или сын начнут клянчить у неё финансы, что полностью прекратила звонки. Она ушла в глухую оборону.
Зато теперь все те многочисленные родственники, которые привыкли базироваться в городе по поводу и без, направлялись исключительно к ней. Они спали на её коврах, опустошали её холодильник и требовали внимания. Валерия Игоревна, скрипя зубами, терпела этот нескончаемый поток, но сказать НЕТ так и не решалась, лишь про себя ругая жестокую невестку.
А Елизавета и Глеб за несколько месяцев завершили прекрасный современный ремонт. Квартира зажила новой, светлой жизнью, где больше никто не нарушал их покоя. Главная проблема была решена раз и навсегда.
КОНЕЦ.
Автор: Елена Стриж © 💖 Спасибо, что читаете мои рассказы! Если вам понравилось, поделитесь ссылкой с друзьями. Буду благодарен!