Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Французский философ одним предложением развеял мою тревогу.

Если бы вы спросили меня 5 лет назад, страдаю ли я тревожностью, я бы ответил отрицательно. Однако, поразмыслив, я думаю, что это не совсем точно. Мне кажется, я в тайне немного нервничал. Я не испытывал такой сильной тревоги, чтобы вся моя жизнь превратилась в сплошное беспокойство, но это негативно на меня влияло. В юности больше всего я боялся неудачи. Мои мысли часто начинали работать на пределе, перечисляя все катастрофические способы, которыми моя жизнь может превратиться в большую и ужасную катастрофу. Затем, когда всё в итоге складывалось лучше, чем я ожидал, я с огромным облегчением вздыхал. Время пройдёт, и цикл в конце концов повторится, подобно непрерывному конвейеру. Тревожное состояние — это чувство изоляции. Когда вы глубоко погружены в состояние тревоги, невероятно трудно выбраться из этой пучины. Однако приятно осознавать, что люди боролись с тревожностью с тех пор, как существует человечество — буквально десятки тысяч лет. Тревога — это не новое явление. Когда дело д

Иногда достаточно всего нескольких слов, чтобы изменить жизнь.

Если бы вы спросили меня 5 лет назад, страдаю ли я тревожностью, я бы ответил отрицательно.

Однако, поразмыслив, я думаю, что это не совсем точно.

Мне кажется, я в тайне немного нервничал.

Я не испытывал такой сильной тревоги, чтобы вся моя жизнь превратилась в сплошное беспокойство, но это негативно на меня влияло.

В юности больше всего я боялся неудачи.

Мои мысли часто начинали работать на пределе, перечисляя все катастрофические способы, которыми моя жизнь может превратиться в большую и ужасную катастрофу.

Затем, когда всё в итоге складывалось лучше, чем я ожидал, я с огромным облегчением вздыхал.

Время пройдёт, и цикл в конце концов повторится, подобно непрерывному конвейеру.

Тревожное состояние — это чувство изоляции.

Когда вы глубоко погружены в состояние тревоги, невероятно трудно выбраться из этой пучины.

Однако приятно осознавать, что люди боролись с тревожностью с тех пор, как существует человечество — буквально десятки тысяч лет.

Тревога — это не новое явление.

Когда дело доходит до поиска способа справиться с проблемой, великие умы прошлого часто знают ответ и могут помочь взглянуть на вещи в перспективе.

Мишель де Монтень, французский писатель и философ XVI века, почти наверняка относится к числу таких людей.

Монтень также является автором одной из моих любимых цитат, касающихся тревожности. Он сказал:

«Моя жизнь была полна ужасных несчастий, большинство из которых так и не произошли».Мишель де Монтень

Это похоже на то, что Сенека написал 2000 лет назад: «Мы страдаем больше в воображении, чем в реальности».

Видите, как здесь вырисовывается закономерность?

Как люди, мы обладаем невероятной способностью убеждать себя в том, что худшее на 100% предрешено и что всё обернётся катастрофой.

Мы тратим всё это время и драгоценную энергию на беспокойство о том, что может произойти, только для того, чтобы в итоге ничего (в большинстве случаев) не произошло.

По крайней мере, для меня именно так проявляется тревожность.

Я сидел там (и до сих пор в какой-то степени сижу), размышляя и обдумывая всё, что может пойти наперекосяк.

Однако то, в чем я себя убеждаю, что должно произойти, почти никогда не происходит.

Даже в тех редких случаях, когда мои фантазии воплощаются в реальность, всё никогда не складывается так, как я себе представлял.

Мы можем убедить себя, что нас ждет ужасное несчастье, но большинство несчастий практически никогда не случаются.

Легко поддаться фантазиям, однако реальность почти всегда рассказывает совсем другую историю.

Возможно, об этом стоит помнить в следующий раз, когда наши мысли начнут нескончаемым потоком нестись.

Иногда сам страх — это самое тяжелое, что мы несём на себе.

До встречи в следующий раз!