У Леры с утра было какое-то неправильное настроение.
Не грустное — нет. Скорее… нервное. Как перед контрольной, к которой ты вроде готовилась, но всё равно кажется, что забыла самое важное.
Она стояла на кухне в халате, держала в руке кружку с остывшим кофе и смотрела в окно, где февральский свет делал дома напротив плоскими, как декорации.
— Ну что ты опять, — пробормотала Лера сама себе. — Это просто день рождения. Просто тридцать один. Просто свечки, торт, мама позвонит и спросит, когда я “наконец”.
Она усмехнулась, но улыбка не вышла.
Телефон пискнул. Сообщение от Маши.
“С ДР заранее! Сегодня после работы заскочу, оставлю подарок. И не вздумай грустить, слышишь?!”
Лера ответила быстро: “Не грущу. Почти.”
Она открыла рабочий чат, проверила расписание звонков, поставила себе задачу “не думать о личном” и закрыла всё, кроме таблицы.
Таблица, как назло, не спасала.
В голове всплывало вчерашнее: как она поздно шла домой, как в лифте снова не работала кнопка восьмого, как она ковырялась с ключами у двери… и как внизу, в подъезде, кто-то смеялся слишком громко.
“Мне бы просто поспать,” — решила Лера.
Но в десять утра в дверь позвонили.
Звонок был уверенный. Не “извините, я на секундочку”, а “я знаю, что вы дома”.
Лера подтянула халат, накинула цепочку и приоткрыла дверь.
На площадке стоял парень в куртке курьера, но не такой, как обычно — не мятый, не замёрзший. У него была аккуратная борода, тёмные глаза и в руках… огромный букет, который занимал половину лестничной клетки.
Розы. Пионы. Что-то зелёное, пушистое. Всё пахло так, будто у кого-то только что случился дорогой роман.
— Доброе утро, — сказал он и улыбнулся так, как будто они уже знакомы. — Лера Михайловна?
Лера моргнула.
— Да… А вы кто?
— Курьер. Доставка цветов. — Он чуть приподнял букет, будто показывал паспорт. — Вам.
— Мне? — Лера оглянулась в квартиру, будто там мог стоять тайный поклонник. — Это ошибка.
— Не думаю, — спокойно ответил он. — Здесь указано: Лера, подъезд второй, этаж восьмой, квартира… — он глянул в телефон, — сто сорок два. Верно?
Лера непроизвольно сжала цепочку.
— Верно… Но кто заказал?
Курьер сделал вид, что задумался.
— Заказ оформлен от… — он посмотрел на экран и слегка прищурился, — “С.” Только буква.
— “С”? — Лера нервно усмехнулась. — Саша? Сергей? Стас? Степан?
— Возможно, — сказал он с таким видом, будто это не его дело. — Мне сказали передать лично в руки и пожелать… — он прочитал, — “чтобы этот год был мягче, чем прошлый”.
Лера почувствовала, как у неё внутри что-то шевельнулось. Слова были слишком… точные. Про прошлый год она никому особо не жаловалась. Ну, Маше. И ещё… бывшему, но там было не до слов.
— А записка есть? — спросила она.
Курьер протянул маленький белый конверт, приклеенный к ленте.
Лера взяла. Конверт был пуст. Ни одной буквы.
— Смешно, — пробормотала она.
— Иногда так делают, — сказал курьер. — Интрига.
— А вы… — Лера посмотрела на него внимательнее, — вы часто тут бываете?
Он улыбнулся шире.
— В вашем подъезде? Ну… бывает. Я по району в целом. У вас здесь дворы хорошие. Не лабиринт.
Сказано было легко, но Лера отметила: он не спросил, как пройти. Он уже знал.
— Подождите, — сказала она, — а откуда вы знаете, что у меня день рождения?
Он сделал паузу — совсем маленькую, почти незаметную.
— В заказе указали, что “сегодня важно”. Я сложил два и два. — Он поднял руки, как будто сдаётся. — Но если честно, мне всё равно, день рождения или годовщина кота. Моя работа — доставить.
Лера засмеялась — не потому что было смешно, а потому что неловко.
— Ладно. Спасибо.
— Пожалуйста, — сказал он. — И… с праздником.
Он развернулся и пошёл вниз. Лера закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и посмотрела на букет.
Слишком красивый. Слишком дорогой. Слишком “не про неё”.
Телефон снова пискнул. Номер незнакомый.
“Рад, что успели. Улыбнитесь сегодня.”
Лера уставилась на экран.
— Успели… — прошептала она. — Кто успел?
На работе букет не помещался ни на один стол, и Лера поставила его на подоконник в переговорке.
Коллеги, конечно, сразу сбежались.
— Ого! — Миша из маркетинга присвистнул. — Это кто так старается?
— Тайный поклонник, — пропела Настя. — Лера, ты что, молчала?!
— Это доставка, — сказала Лера и попыталась звучать уверенно. — Наверное, от… подруги.
— Подруга буквой “С”? — Настя подняла бровь.
— А почему нет? — Лера пожала плечами. — “Света”.
— Света из розового бутика? — хохотнул Миша. — Лера, это не Света. Это кто-то, кто хочет тебя впечатлить.
Лера почувствовала, как ей неприятно стало от слова “впечатлить”.
Впечатляют обычно тех, кого уже считают… своим.
Она ушла в кабинет, включила ноутбук и заставила себя работать. До вечера. До того момента, когда она сможет вернуться домой и закрыть дверь. На два замка.
Но в шесть вечера ей снова написали с незнакомого номера.
“Как букет? Не тяжёлый? :)”
Лера не отвечала минуту. Две. Пять.
Потом набрала: “Кто это?”
Ответ пришёл почти мгновенно.
“Угадайте.”
Лера сжала телефон.
— Маша, — сказала она вслух, будто проверяя версию. — Это ты?
Она позвонила Маше.
— Ты мне цветы присылала? — спросила Лера без приветствия.
— Какие цветы? — Маша удивилась искренне. — Я тебе духи купила, ты что?
— Букет. Огромный.
— Нет! — Маша засмеялась. — Лера, не пугай меня. Это кто-то из твоих?
— У меня нет “моих”.
— Ну, может, кто-то появился! — Маша сказала с хитринкой. — Ты же красавица.
— Угу. — Лера посмотрела на отражение в мониторе: усталые глаза, волосы в пучке. — Ладно. Потом расскажу.
Она положила трубку и вдруг поймала себя на мысли: ей страшно. Не сильно, не панически. Но так, как страшно, когда тебе в карман положили что-то чужое.
В девять вечера она вернулась домой.
В подъезде было тепло и пахло чужими ужинами. Лера поднялась на восьмой этаж и остановилась.
У её двери стояла маленькая коробка. Аккуратная, как подарок. На ней — стикер: “Для Леры”.
Лера оглянулась. На площадке никого.
Она поддела коробку ногтем. Внутри лежала плитка шоколада и записка.
“Не ешьте на голодный желудок. И не грустите.”
Подписи не было.
Лера занесла коробку в квартиру, закрыла дверь и впервые за день села на пол в прихожей, прямо рядом с обувью.
— Что за… — прошептала она.
Телефон снова пискнул.
“Извините, если это слишком. Просто вы мне понравились.”
Лера уставилась на сообщение.
— Кто ты?! — вслух сказала она.
И вдруг, как в плохом кино, в дверь позвонили.
Она вздрогнула так, что сердце ударило в горло.
Звонок повторился.
Лера подошла, посмотрела в глазок.
На площадке стоял тот самый курьер. Без букета. В руках — только телефон и… пакет из магазина.
Лера не открыла.
— Кто там? — спросила она через дверь.
— Это я, курьер, — прозвучал спокойный голос. — Не пугайтесь. Я просто… хотел убедиться, что с вами всё в порядке. Тут на улице скользко.
— Это вы мне пишете? — Лера старалась, чтобы голос не дрожал.
Пауза.
— Да, — сказал он. — Простите. Я понимаю, это странно. Но я правда не хотел напугать.
— Как вас зовут?
— Саша, — быстро ответил он. — Но… это не важно.
“С,” — вспомнила Лера.
— Зачем вы это делаете, Саша?
— Потому что… — он вздохнул, — вы открыли дверь утром и посмотрели на меня так, будто вам давно никто ничего хорошего не приносил. И я подумал: почему бы не сделать что-то… настоящее?
Лера молчала. В голове спорили два голоса.
Один говорил: “Это мило. Это романтика. Может, наконец”.
Другой: “Он знает твой этаж. Он оставляет коробки у двери. Он пишет в девять вечера. Он стоит сейчас за дверью”.
— Вы сейчас уйдёте, — сказала Лера. — Пожалуйста.
— Конечно, — сразу согласился он. — Я не настаиваю. Я просто… — он замялся, — хотел передать.
— Что?
— Вот. — Послышался шорох пакета. — Я купил маленький торт. На случай, если вы одна.
Лера закрыла глаза.
— Оставьте у двери. И уходите.
— Хорошо. — Он положил пакет. — С днём рождения, Лера. Спокойной ночи.
Шаги вниз. Тишина.
Лера стояла у двери ещё минуту, пока не убедилась, что лифт щёлкнул где-то на первом.
Потом сняла цепочку, открыла, быстро забрала пакет и снова закрыла.
Торт был маленький, с одной свечкой.
И на коробке — наклейка: “Вместе вкуснее”.
Прошло два дня.
Саша не писал. Не звонил. Не появлялся.
Лера даже почти успокоилась и решила, что это был странный всплеск чьей-то инициативы, который закончился так же внезапно, как начался.
В пятницу ей написали из домового чата.
“Соседи, у кого на восьмом этаже новый квартирант? У лифта опять мешки стоят!”
Лера прочитала и ощутила, как холод начинает подниматься по позвоночнику.
“Мешки.”
Она написала: “Какие мешки?”
Ответили сразу:
“Какие-то коробки, пакеты. Парень таскает, говорит — скоро всё уберёт.”
Лера закрыла чат и посмотрела на дверь кабинета. На стекле отражалась её собственная тревога.
Она дождалась конца рабочего дня, не заезжая ни к Маше, ни в магазин, и поехала домой.
В подъезде у лифта действительно стояли коробки. Две большие, одна поменьше. Сверху — пакет с надписью “Хрупкое”.
Лера обошла их и нажала кнопку вызова.
Лифт приехал медленно, будто тоже не хотел подниматься.
На восьмом этаже было тихо. Слишком.
И… у её двери стоял Саша.
Не в курьерской куртке. В обычном свитере. С ключами в руке.
У Леры сердце ухнуло вниз.
— Привет, — сказал он так, будто они договорились встретиться. — А я как раз думал, как тебе объяснить…
— Что ты здесь делаешь? — Лера услышала свой голос чужим.
Саша улыбнулся, но улыбка была нервная.
— Я переехал.
— Куда? — Лера не моргала.
Он поднял ключи.
— Сюда. Ну… почти. В соседнюю квартиру. Сто сорок три. — Он кивнул на дверь напротив, которую Лера всегда считала пустой. — Там давно никто не жил. Я снял. Случайно увидел объявление.
Лера стояла и не могла понять, что хуже: если это совпадение или если нет.
— Случайно, — повторила она.
— Лера, — Саша сделал шаг ближе, — послушай. Я понимаю, как это выглядит. Но это правда случайно. Я… просто подумал, что район хороший. И… что рядом ты.
— Ты следил за мной? — Лера резко спросила.
— Нет! — Саша поднял ладони. — Нет. Я же не… я не псих. Я просто… — он запнулся, — хотел быть ближе. Чтобы не потерять шанс.
Лера рассмеялась. Коротко и безрадостно.
— Шанс на что?
Саша посмотрел на неё серьёзно.
— На отношения. На нормальные. Я же не делал ничего плохого.
— Ты оставлял мне подарки у двери, писал ночью и теперь стоишь с ключами на моём этаже, — Лера говорила тихо, но каждое слово было как гвоздь. — Это не “ничего”.
Саша нахмурился, будто её логика была для него обидной.
— Ты же не была против цветов.
— Цветы — это одно. Вторжение — другое.
Саша выдохнул.
— Ладно. Хорошо. Тогда начнём нормально. — Он натянул улыбку обратно. — Я Саша. Мне двадцать девять. Я работаю курьером, да. Но не “просто”. Я… я на своём деле. Я хороший. И я хочу с тобой общаться.
Лера молчала.
Саша смотрел на неё, и в этом взгляде было что-то цепкое, нетерпеливое.
— Пойдём, — вдруг сказал он. — Я чай поставил. Заходи. Мы поговорим.
— К тебе? — Лера чуть наклонила голову.
— Ну да. — Он показал ключами на дверь напротив. — Видишь? Всё прилично. Я не лезу к тебе. Я даже… специально снял рядом, чтобы не давить.
“Чтобы не давить,” — повторила Лера внутри и почувствовала, как её начинают трясти руки.
— Нет, — сказала она. — Я не пойду.
Саша замер. Его лицо на секунду стало пустым.
— Почему?
— Потому что я тебя не знаю. Потому что мне некомфортно. Потому что ты слишком быстро.
Саша улыбнулся снова, но теперь в улыбке было другое.
— Слишком быстро? — Он усмехнулся. — Лера, нам не по семнадцать. Ты сама говорила утром… — он осёкся, понял, что сказал лишнее, и быстро добавил: — Ну, в смысле… видно же. Ты взрослая. Я взрослый. Зачем эти игры?
Лера напряглась.
— Что я говорила утром?
Саша моргнул.
— Ничего. Просто… — он махнул рукой. — Я вижу людей каждый день. Я вижу, когда человек один. Ты одна. Я тоже. Это можно исправить.
— Исправить? — Лера повторила.
— Да. — Он оживился. — Мы же можем помочь друг другу. У меня сейчас… не лучшие времена, если честно. С заказами туго, сезон. Но я не прошу у тебя денег! — он сразу выставил это как подвиг. — Просто рядом жить удобнее. Мы бы могли… делить быт. Еду. Коммуналку…
Лера почувствовала, как у неё внутри всё складывается в одну линию.
“Букет. Подарки. Наклейка ‘вместе вкуснее’. ‘Рядом ты’. Коммуналка.”
Она сделала шаг к своей двери, достала ключ.
— Лера, — Саша сказал быстрее, — ты чего? Я же ничего такого…
— Я не буду с тобой ничего делить, — сказала Лера, не глядя на него. — И чай пить тоже не буду.
Саша резко шагнул вперёд и поймал дверь рукой, не давая ей закрыться.
Лера замерла.
— Не надо, — сказала она спокойно. — Убери руку.
Саша улыбался, но глаза стали холоднее.
— Ты серьёзно сейчас? Ты меня отталкиваешь из-за того, что я… стараюсь?
— Убери руку, Саша.
— Ты вообще понимаешь, как тяжело сейчас мужикам? — он вдруг заговорил совсем другим тоном, обиженно-злым. — Ты сидишь в своей квартире, всё у тебя есть. А я должен постоянно доказывать, что я “достоин”. Я просто хотел… — он сжал губы, — нормальную женщину рядом.
Лера посмотрела на его пальцы на двери и медленно достала телефон.
— Если ты не уберёшь руку, я вызову полицию.
Саша отдёрнул руку, будто обжёгся.
— Полицию? — Он фыркнул. — Вот это уровень. Романтика, конечно.
— Спокойной ночи, — сказала Лера и закрыла дверь.
Щёлкнул замок. Потом второй.
Лера прислонилась лбом к дверному полотну, пытаясь дышать.
Через минуту в подъезде хлопнула дверь напротив. Сильно.
В субботу утром Лера проснулась от скребущего звука.
Сначала она решила, что это ветер. Потом — что соседи. Потом услышала тихое “мяу”.
Она встала, подошла к двери и посмотрела в глазок.
На коврике перед её дверью стояла переноска. А рядом — маленький листок бумаги.
Лера открыла осторожно, на цепочке, и взяла записку.
“Он не виноват. Я не могу держать у себя. Ты же добрая.”
Подписи не было.
В переноске снова мяукнули — уже громче, обиженно.
Лера почувствовала, как у неё внутри поднимается знакомая злость. Не истеричная. Чистая, холодная.
Она сняла цепочку, открыла дверь и поставила переноску обратно на коврик — только теперь коврик был не её. Она перенесла её на дверь напротив, к квартире 143.
Нажала звонок.
Звонок был уверенный. Не “извините”, а “я знаю, что ты дома”.
За дверью послышались шаги. Замок щёлкнул.
Саша открыл, сонный, в футболке. Увидел переноску и Леру — и на секунду растерялся.
— Ты… — начал он.
— Это твоё, — сказала Лера. — И ещё.
Она подняла телефон и показала экран.
На экране был домовой чат, открытая переписка с соседями и её сообщение: “Если кто-то знает хозяина квартиры 143, пожалуйста, пусть свяжется. Вопрос безопасности.”
Саша побледнел.
— Ты что делаешь?
— То, что должна была сделать в первый день, — спокойно сказала Лера. — Границы. Понимаешь такое слово?
Саша хотел что-то сказать, но из переноски раздалось громкое, злое “МЯУ”, как будто кот тоже устал от “романтики”.
Лера сделала шаг назад.
— И не пиши мне больше, Саша. И не приходи. И коробки свои убери от лифта. Это не романтика. Это давление.
Саша смотрел на неё, и в этом взгляде снова мелькнуло то самое — обида, злость, расчёт.
— Понятно, — выдавил он. — Все вы одинаковые.
Лера усмехнулась.
— Это ты сейчас про женщин или про людей, которые не хотят, чтобы к ним переезжали через неделю?
Она развернулась и пошла к себе.
За спиной хлопнула дверь. Переноска замолчала.
Лера закрыла свою дверь, прислонилась к ней и впервые за последние дни улыбнулась по-настоящему.
Телефон пискнул. Сообщение от Маши:
“Ну что, именинница, живёшь? Я у тебя через час. С вином. Не спорь.”
Лера набрала: “Живу. И кажется, я наконец поумнела.”
Она посмотрела на кухню, на подоконник, где букет уже чуть осыпался.
И вдруг заметила: среди зелени была маленькая карточка, которую она раньше не видела.
Лера вытащила её.
На карточке было напечатано: “Доставка по подписке. Еженедельно. На 3 месяца.”
И внизу — строка мелким шрифтом: “Оплачено получателем при получении. Поставьте подпись.”
Лера медленно опустилась на стул.
— Ах вот как… — сказала она тихо.
За дверью подъезда где-то щёлкнул лифт.
Лера взяла ручку, перечеркнула карточку крест-накрест и, не раздумывая, разорвала её на мелкие кусочки.
Пусть это будет её новый ритуал.
Не “вместе вкуснее”.
А “вместе — только по согласию”.