Это было в середине восьмидесятых. Весна, тепло, птицы заливаются — настроение такое, что хочется подпевать всему миру. Иду себе по тротуару вдоль высокого забора какого-то режимного завода, посвистываю что-то беззаботное. И вдруг из-за забора мне в ответ раздаётся свист. Ну, думаю, почему бы не поддержать диалог? Свищу обратно — ради шутки. Не успел опустить руки, как через забор перелетает… новенькая электродрель с перфоратором. Солидная, тяжёлая, мечта домашнего мастера. Я её машинально ловлю. Оглядываюсь. Тишина. Ни криков, ни погони. Пожимаю плечами и иду дальше. Настроение стремительно улучшается. А дрель, между прочим, до сих пор работает.
Это было в середине восьмидесятых. Весна, тепло, птицы заливаются — настроение такое, что хочется подпевать всему миру. Иду себе по тротуару вдоль высокого забора какого-то режимного завода, посвистываю что-то беззаботное.
И вдруг из-за забора мне в ответ раздаётся свист.
Ну, думаю, почему бы не поддержать диалог? Свищу обратно — ради шутки.
Не успел опустить руки, как через забор перелетает… новенькая электродрель с перфоратором. Солидная, тяжёлая, мечта домашнего мастера.
Я её машинально ловлю. Оглядываюсь. Тишина. Ни криков, ни погони.
Пожимаю плечами и иду дальше. Настроение стремительно улучшается.
А дрель, между прочим, до сих пор работает.
