— Уютно. По-пенсионерски так. - Олег вошел в банкетный зал с таким видом, будто принес мне не подарок, а гуманитарную помощь.
Под руку он держал девицу в чем-то бежевом и обтягивающем.
Ей было лет тридцать. Ровно столько же, сколько нашей старшей дочери.
Музыка стихла. Гости, которые еще минуту назад звенели вилками и обсуждали дачу, замерли. Я стояла у стола и сжимала ножку бокала. Пальцы побелели. Мы не виделись три года. С того дня, как он объявил, что «вырос из наших отношений» и ушел искать вдохновение.
Видимо, нашел.
— Мариша! — его голос разрезал тишину.
— Ну, с праздником! Пятьдесят пять — это, конечно, дата. Солидно.
Он подошел ближе, таща за собой спутницу. Девушка хлопала наращенными ресницами и смотрела на моих подруг с испугом. Как на музейные экспонаты.
— Знакомься, это Алина. — Олег сиял, как начищенный самовар.
— Моя муза. Решили заехать, поздравить. А то ведь ты тут, небось, одна, все по-старинке...
Он протянул мне пакет с логотипом дорогой косметики. Дежурный вариант. Я даже не заглянула внутрь. Наверняка что-то «для возрастной кожи».
— Спасибо, Олег, — я взяла пакет. Голос ровный, но в груди кольнуло.
— Не стоило беспокоиться. У нас тут, знаешь ли, своя атмосфера.
— Да вижу, вижу. — Он обвел взглядом зал ресторана, моих нарядных гостей, салаты на столе.
— Уютно. По-пенсионерски так.
Кто-то из гостей хмыкнул. Моя сестра Надя набрала воздух, чтобы выдать что-то резкое, но я поймала ее взгляд.
Качнула головой: не надо. Не сейчас.
— Извините, я на минутку, — бросила я и быстро вышла из зала.
Зеркало не врет
В туалете пахло лимоном. Я закрыла за собой дверь и прижалась лбом к прохладному стеклу.
В отражении на меня смотрела женщина в темно-синем платье. Ухоженная. Красивая. Но глаза выдавали. В них плескалось то самое чувство, которое Олег так любил во мне вызывать. Ощущение, что я — второй сорт.
«Пятьдесят пять. Кому ты нужна? Он пришел показать, что он — победитель, а ты отработанный материал».
Я включила ледяную воду. Плеснула на запястья.
Вспомнила, как Дима смеялся вчера, когда мы выбирали мне туфли. Как он смотрел на меня. Не как на «мать семейства». Не как на «подругу». А как на женщину.
— Стоп, — сказала я своему отражению.
— Ты не проиграла. Ты Марина. И это твой праздник.
Я промокнула руки салфеткой. Поправила помаду. Расправила плечи. Выдохнула.
И открыла дверь.
«Молодость — это энергия»
В зале было шумно. Олег уже сидел во главе стола — кто его туда пустил? Наливал себе морс и громко вещал:
— ...ну я ей и говорю: Алинка, поехали на Бали! А она мне: ой, я боюсь летать. Пришлось брать бизнес-класс, успокаивать. Молодость, сами понимаете. Ветер в голове, но зато какая энергия!
Алина сидела рядом, уткнувшись в телефон. Ей было откровенно скучно. Мои подруги жевали салат с каменными лицами.
— А Марина что? — долетел до меня голос Олега.
— Она домоседка. Ей бы внуков нянчить, а не по морям мотаться. Каждому возрасту — свое, как говорится.
Он поднял стакан.
— За молодость души! Главное, ребята, чтобы мотор не барахлил. А паспорт — это так, бумажка. Хотя цифры, конечно, серьезные. Пятерочки.
Я подошла к столу. Спокойно. Без суеты.
— Олег, — сказала я мягко.
— Угощайся уткой. Она сегодня особенно удалась.
— Да я-то угощусь. — Он усмехнулся, глядя на меня сверху вниз, даже сидя.
— Ты сама-то как? Скучаешь, небось? Кошки, сериалы?
— Некогда скучать. — Я улыбнулась.
— Ремонт, работа, жизнь.
— Ремонт? — Он хохотнул.
— Обои переклеиваешь? Сама? Или за копейки наняла?
В этот момент входная дверь ресторана распахнулась.
Тот самый гость
На пороге стоял Дима.
В темно-синем пиджаке. Без галстука, верхняя пуговица рубашки расстегнута. Пиджак сидел на нем идеально. Ему сорок пять, но выглядел он так, что половина моих подруг тут же поправили прически.
В руках он держал не букет.
Он держал большой глиняный горшок с орхидеей. Тот самый редкий сорт, «Черная жемчужина». Я проболталась о ней полгода назад, когда мы только обсуждали ландшафт на моей даче. Думала, он забыл.
Дима нашел меня взглядом. Улыбнулся — широко, открыто, только для меня.
И уверенным шагом направился через весь зал.
В зале стало тихо. Но это была другая тишина. Не тягостная, как при появлении Олега, а живая. Женщины смотрели на Диму, мужчины — на его уверенную походку.
Дима подошел ко мне.
— Прости, опоздал. — Его голос звучал низко, тепло.
— Забирал заказ. Ты говорила, что такие нам не завозят. Но я нашел.
Он поставил тяжелый горшок на край стола. И, не спрашивая разрешения, обнял меня за талию. Притянул к себе. Легко, по-хозяйски, но бережно.
Поцеловал — не в щечку, как друга. В губы.
Коротко, но так, что я забыла, как дышать. А у моей сестры Нади округлились глаза.
— С днем рождения, Марина. — Он смотрел мне прямо в лицо.
— Ты сегодня потрясающая.
Щеки у меня стали горячими. Но мне не было стыдно. Мне было тепло.
Неудобный вопрос
Где-то сбоку раздался кашель.
Олег поперхнулся тарталеткой. Он бил себя кулаком в грудь, лицо пошло пятнами, а глаза бегали от меня к Диме. Алина оторвалась от телефона и с любопытством разглядывала моего гостя.
— Это... кто? — выдавил Олег, сделав глоток воды.
— Это Дмитрий, — ответила я, не отходя от Димы ни на шаг.
— Архитектор. Ландшафтный дизайнер. И мой мужчина.
Дима протянул Олегу руку. Спокойно.
— Добрый вечер. Дмитрий.
Олег пожал руку вяло. Его «триумф» рассыпался. Картинка «успешный бывший и брошенная жена» не складывалась. Рядом со мной стоял мужчина, который был моложе Олега лет на пятнадцать. Выше. Стройнее.
И главное — он смотрел на меня так, как Олег не смотрел уже лет двадцать.
— Архитектор? — Олег скривился.
— Газоны стрижешь? Ну-ну.
— И дома строю, — парировал Дима без улыбки.
— И сады создаю. Для красивых женщин.
Олег наклонился ко мне через стол. От него пахнуло чем-то резким и крепким.
— Молодой больно, — прошипел он.
— Что, Марин, решила в молодость поиграть? Спонсируешь? На то, что при разводе отжала?
В зале стало совсем тихо. Даже музыка стихла. Алина хихикнула в ладошку.
Я посмотрела на Олега. Внимательно. На его рубашку, которая натянулась на животе. На его «музу», которой было скучно. На его злое лицо.
И вдруг поняла: мне его не жаль. И злости нет. Пусто.
— Олег, — сказала я громко.
— В проивовес тебе, мне не нужно никого покупать, чтобы быть счастливой.
Я сделала паузу.
— Мы с Димой просто любим друг друга. А спонсирую я только себя. И за счет своей зарплаты.
Дима сжал мою ладонь.
Финал без драмы
— Думаю, нам пора. — Олег резко встал. Стул противно скрипнул по паркету.
— Алина, пошли. Здесь душно.
— А мы еще торт не ели! — капризно протянула Алина.
Но Олег уже тащил ее к выходу. Он шел быстро, ссутулившись. Его «победный выход» превратился в бегство.
Когда дверь за ними закрылась, Надя первая захлопала в ладоши. За ней — остальные. Музыканты включили медленную мелодию.
— Потанцуем? — спросил Дима.
— С удовольствием.
Мы вышли в центр зала. Он положил руки мне на талию. Орхидея «Черная жемчужина» стояла на столе — свидетель моей маленькой победы.
Победы не над бывшим мужем. А над страхом быть собой.
А вам приходилось сталкиваться с тем, что мужчине «можно» быть с молодой, а женщине с молодым — «стыдно»?
Я уже писала похожую историю про наследство и свекровь, там тоже пришлось отстаивать свои границы, но здесь вышло даже изящнее.
Девочки, если вы тоже считаете, что счастье не имеет возраста — лайк!
Подписывайтесь, у нас тут тепло, жизненно и всегда за справедливость.