21 февраля Вере Алентовой исполнилось бы 84 года. После успеха «Москвы слезам не верит» она невероятно тщательно отбирала проекты, верила, что роль, предначертанная судьбой, сама найдет актера. В ее фильмографии нет ни одной случайной работы. И сейчас, когда актрисы уже нет с нами, хочется вспомнить главное. Не биографию, а роли.
Я долго думала, что именно врезается в память из работ Алентовой. Сюжеты можно пересказать в двух предложениях, они выветриваются. Остаются сами женщины. Катерина Тихомирова, Аля, Светлана, Валендра, Соня. Разные имена, разные фильмы, разные судьбы, но их связывает нечто большее, чем актерское мастерство.
Алентова всю карьеру исследовала один внутренний конфликт: женщина, которая держит удар, но не умеет просить о помощи. Ее героини никогда не жалуются, не плачут от жалости к себе. Они действуют. Но за этой собранностью всегда живет страх: потерять ребенка, потерять любовь, потерять себя.
Этот парадокс делал каждую роль живой. Шесть фильмов, о которых пойдет речь, – шесть граней одного образа.
«Москва слезам не верит»: Катерина Тихомирова
Катю Тихомирову знают все. Провинциалка приехала в Москву, прошла через предательство, одиночество, тяжелый труд и стала директором завода. История успеха, советская мечта. Фильм получил «Оскар», Алентову признали лучшей актрисой года по версии «Советского экрана», образ Кати стал почти нарицательным.
Но меня в этой роли цепляет не триумф воли, а ее цена.
Катерина Александровна командует, решает, несет ответственность. А потом появляется Гоша, и эта собранная женщина начинает врать. Скрывает должность, скрывает квартиру, скрывает все, чего добилась. Потому что боится: он уйдет, не выдержит ее силы, ее успеха. Она боится остаться одна. Снова.
Алентова играла женщину, у которой сила и страх живут в одном теле. Катя двадцать лет растит дочь, строит карьеру и при этом не верит, что ее можно полюбить такой, какая она есть. Этот разлом показан без единого монолога о чувствах. Все в жестах, в паузах, в том, как она отводит глаза.
Меньшов не собирался снимать жену. Искал Купченко, Терехову, Теличкину, даже звезду Таганки Наталью Сайко, игравшую Офелию в «Гамлете» с Высоцким. Все отказались или не подошли. Алентова получила роль почти случайно. Сама она рассчитывала на Людмилу: играть характерную героиню казалось интереснее, но спорить с мужем не стала. А на площадке он гонял ее жестче остальных, боясь обвинений в семейственности. Коллеги уводили актрису, когда он срывался на крик.
Одна деталь стала знаменитой. Грубая обувь натирала Алентовой ноги, и она надела носки под босоножки. Меньшов оставил это в кадре: носки подчеркнули провинциальность Кати лучше любого костюма.
На вручение «Оскара» режиссера не пустили – из-за доносов коллег он был невыездным. Статуэтку вручали Франко Дзеффирелли и Брук Шилдс, а получал ее за Меньшова атташе по культуре. До режиссера награда добралась только в 1989 году, на первой церемонии «Ники». Ему дали подержать статуэтку на сцене, предполагая, что за кулисами он вернет ее Госкино. Меньшов просто унес «Оскар» домой.
«Время для размышлений»: Аля
Этот фильм 1982 года знают меньше. Никакого «Оскара», никакой всенародной славы. Но здесь Алентова играет без брони.
Аля – обычная женщина, решившая выйти замуж во второй раз. У нее сын от первого брака, сложные отношения с бывшим мужем и его родителями, липкий страх, что ребенка отберут. Новый муж (его играет Меньшов) пытается ее успокоить, но она не слышит. Тревога заполняет все пространство и делает несчастными всех вокруг, включая ее саму.
В этой роли нет глянца. Аля мечется, ошибается, срывается. Она не вызывает восхищения, как Катя Тихомирова. Скорее узнавание. Вот так выглядит женщина, которая боится потерять контроль и сама не понимает, чего хочет: сохранить сына или построить новую жизнь. Чем крепче цепляется за все сразу, тем быстрее теряет.
Алентова рискнула показать женщину в момент настоящей слабости. Суетливой, некрасивой, эгоистичной. Страх делает Алю невыносимой для окружающих, но злиться на нее не получается. За суетой стоит одиночество. Обычное, негероическое одиночество женщины, которая хочет, чтобы все было хорошо, и не знает, как этого добиться.
Снимались они с Меньшовым вместе, играли пару. Актриса и режиссер фильма, получившего «Оскар», в камерной истории про детей от разных браков и страх перед завтрашним днем. Жизнь, какая она есть.
«Время желаний»: Светлана
Эта роль стала для меня неожиданностью. Алентова здесь совсем другая.
Светлана работает косметологом. Грубоватая, практичная, без иллюзий. Замуж она хочет не по любви, а чтобы устроить жизнь. Выбирает немолодого вдовца-чиновника (Анатолий Папанов) и методично ведет его к повышению, к квартире в центре Москвы, к будущему, которое сама себе нарисовала.
Смотреть на это неуютно. Светлана расчетлива, напориста, временами откровенно неприятна. Зачем такая роль актрисе, которую полюбили за совсем другое?
Чем дольше смотришь, тем яснее: Светлана живет тем же голодом, что и Катя Тихомирова, только вывернутым наизнанку. У нее есть мужчина, есть план, есть цель. А внутри, за напором, пустота. Голод по стабильности, который не утолить никакой квартирой. Она не умеет любить, потому что никогда не чувствовала себя в безопасности. Ее напор – щит.
Юлий Райзман снял свой последний фильм, и Алентова сыграла в нем женщину, которую трудно полюбить. Она не оправдала Светлану и не превратила ее в жертву обстоятельств. Показала человека, у которого сила и уязвимость выглядят иначе, чем мы привыкли. Без благородства, без красоты. Зато честно.
В 1986 году за эту роль Алентова получила Государственную премию РСФСР. Видимо, жюри тоже увидело в Светлане больше, чем расчетливую охотницу за чужим благополучием.
«Завтра была война»: Валендра
Здесь Алентова играет злодейку. По крайней мере, так кажется в первые полчаса.
Валентина Андроновна – школьный завуч, ученики за глаза зовут ее Валендрой. Жесткая, холодная, идейная до фанатизма. Борется с любым намеком на «непартийность» у подростков, ломает судьбы, доводит до трагедии. Режиссер Юрий Кара снял фильм по повести фронтовика Бориса Васильева, и эта история не о войне, хотя война стоит в названии. Она о том, что система делает с людьми.
Алентова не стала играть злодейку. Она играла человека, который выбрал не ту сторону и сам об этом не подозревает.
Валендра тоже держит удар, тоже действует, тоже не жалуется. Но ее сила направлена на разрушение. Она одинока, как все героини Алентовой. Только ее одиночество выбранное: она сама отсекла от себя все живое, чтобы соответствовать идее.
Эта роль работает как зеркало для Кати, для Али, для Светланы. Что было бы с ними, если бы сила не нашла правильного выхода? Если бы страх победил? Валендра и есть ответ. Женщина, которая так боялась оказаться слабой, что превратилась в механизм. Алентова показала, как это происходит: шаг за шагом, выбор за выбором. Без карикатуры, без плаката. И от этого по-настоящему страшно.
«Ширли-Мырли»: все невесты
После четырех тяжелых ролей Алентовой нужно было выдохнуть. Вернее, нам нужно было увидеть, как она выдыхает.
Меньшов снял «Ширли-Мырли» в 1995 году, и жена сыграла у него семь невест разом: Кэрол Чарльзовну, «вну-вну-внучку известного американца», цыганку Земфиру, томную Люсьену, чернокожую стюардессу Уитни Кроликову. Имена остальных я не запомнила, зато запомнила лица. Каждое отдельное, каждое живое.
Чистое актерское хулиганство. Алентова кривлялась, меняла акценты, надевала парики и накладные носы. Играла так, будто ей самой весело. У каждой невесты свой характер: смешной, карикатурный, но узнаваемый.
Мне нравится думать об этой роли как о передышке. Алентова столько лет играла женщин, не позволяющих себе расслабиться, что «Ширли-Мырли» стал чем-то вроде каникул. Можно побыть смешной, нелепой, никого не спасать. И в этой свободе, как ни странно, тоже своя сила. Большая актриса может все. Алентова в комедии Меньшова это доказала.
«Зависть богов»: Соня
Круг замкнулся. В 2000 году Меньшов снял «Зависть богов», и Алентова снова сыграла женщину, которая любит вопреки всему.
Соня – редактор на телевидении, ей за сорок, у нее устроенная жизнь, взрослые дети, понятное будущее. И вдруг она влюбляется во французского журналиста (Анатолий Лобоцкий). Влюбляется так, как влюбляются в юности: без оглядки, без страховки. Фильм сравнивали с «Последним танго в Париже» Бертолуччи, и здесь тоже страсть как разрушение, любовь как катастрофа.
Но Соня – больше, чем страсть. Она прожила жизнь правильно и вдруг поняла: правильно не значит счастливо. Она сильная, как все героини Алентовой. Она держит удар, как все они. Но впервые решает не держать. Решает рискнуть, даже зная, чем это кончится.
Алентова играет здесь уязвимость как сознательный выбор. Соня знает, что будет больно. Идет навстречу. И в этом есть что-то освобождающее: и для героини, и для актрисы, которая всю карьеру играла женщин, не умеющих попросить о помощи.
Это последняя совместная работа Алентовой и Меньшова в кино. Лобоцкий, ее партнер по фильму, спустя двадцать лет говорил, что воспоминания о съемках стали «полумифическими». Есть фильмы, которые с годами превращаются в легенду. «Зависть богов» из их числа.
Алентова как-то сказала: «Я как раз верю слезам. Потому как я родилась на севере, в Архангельской области, а мы там все доверчивые. И когда человек начинает рассказывать мне про свои горести – я слезам практически всегда верю. И стараюсь, чем могу, помочь».
А о браке с Меньшовым говорила иначе: «Вы ведь комнатные растения поливаете, чтобы они не погибли? Так и отношения: вряд ли они могут сохраниться просто так, без наших усилий – за ними нужно ухаживать».
Ее героини тоже верили чужим слезам. Только не своим. Катя Тихомирова, Аля, Светлана, Валендра и Соня – все держались до последнего, все боялись попросить о помощи. Именно поэтому мы узнавали в них себя. Или свою маму, или подругу, или женщину из соседней квартиры.
Сегодня Вере Алентовой исполнилось бы 84 года. А эти женщины никуда не делись. Они остаются с нами после титров, живут в пересмотрах, в разговорах, в том, как мы узнаем в них себя. В день рождения Веры Алентовой это, пожалуй, лучшее, что можно о ней сказать.