— Я больше тебя не люблю, Алис. Все, забудь. Будущего у нас нет, и никакой свадьбы не будет.
Алиса опешила.
— Что ты сейчас сказал?
— Ты все прекрасно слышала, — Глеб отвел взгляд. — Мы расстаемся. Прямо сейчас. Вещи я заберу в субботу, когда тебя не будет дома.
Ключи оставлю в почтовом ящике.
— Глеб, подожди... Какая суббота? Сегодня вторник. У нас завтра дегустация начинок для торта.
Твоя мама уже купила платье. Мы же вчера... вчера мы обсуждали, куда поедем в медовый месяц!
Ты сам показывал отели на Мальдивах!
Глеб поморщился.
— Слушай… Я пытался заставить себя хотеть этого всего. Но утром проснулся и понял — не могу. Тошно, Алис.
Просто тошно от одной мысли, что это навсегда.
Праздник, гости, кольца... Зачем мне это надо?
— Тебе тошно от меня? Глеб, мы три года вместе.
Ты сделал мне предложение на набережной, ты плакал, когда я сказала «да».
Тогда тебе тоже было тошно?
— Тогда было по-другому. А теперь — финита. Оставь меня в покое, ладно?
Не звони, не пиши, не устраивай истерик. Все закончилось. Просто прими это как факт.
Он развернулся и вышел в коридор.
***
Алиса сидела на полу в прихожей, прислонившись спиной к холодной входной двери.
Сколько прошло времени? Десять минут? Час?
И что теперь делать? Как жить дальше? Как оправдываться перед родственниками и друзьями?
Вчера ведь все было иначе.
Они сидели в небольшом итальянском ресторанчике в центре города, Глеб держал ее за руку и рассказывал, как они обустроят детскую в новой квартире, которую собирались брать в ипотеку сразу после свадьбы.
— Знаешь, я думаю, стены должны быть светлыми, — говорил он тогда. — Нежно-голубыми или кремовыми. Чтобы было много света, как в той гостинице в Праге, помнишь?
— Ты уже о детской думаешь? Мы еще даже не расписались, — смеялась Алиса. — Давай сначала со свадьбой разберемся.
Ты список своих гостей проверил?
— А чего тянуть? Я хочу от тебя сына. Или дочку. Такую же красивую и вредную, как ты.
А список... Да бог с ним, с этим списком. Главное, что мы там будем вдвоем.
Он поцеловал ее ладонь, и Алиса была абсолютно, безгранично уверена: этот человек — ее вселенная...
Завибрировал телефон — звонила Соня. Лучшая подруга, которая знала все о фасонах платьев, сортах вина и косяках Глеба.
— Алло, — прошептала Алиса.
— Алис, привет! Слушай, я тут видела такие туфли в «Галерее», просто отпад!
Каблук — космос, и колодка удобная. Как раз под твое платье.
Ты где? Давай пересечемся через полчаса, кофе выпьем?
Алиса попыталась вдохнуть, но не смогла.
— Сонь... Он ушел.
— Кто ушел? Глеб? В магазин, что ли?
Чего у тебя голос такой, будто ты на поминках?
— Он совсем ушел. Сказал, что не любит. Сказал, что свадьбы не будет...
Соня, которая обычно находила слова в любой ситуации, просто молчала секунд пятнадцать.
— Ты шутишь? — наконец выдавила она. — Алис, это такой прикол? Накануне торжества? За два месяца?
— Нет. Он сказал, что ему тошно. Сказал, чтобы я его не трогала и чтобы не звонила.
— Так, — Соня мгновенно взяла себя в руки. — Сиди на месте. Дверь никому не открывай, кроме меня. Я выезжаю.
Ничего не делай, маме пока не звони. Я буду через пятнадцать минут, только такси вызову.
Алиса положила трубку и наконец разрыдалась.
***
Соня ворвалась в квартиру как ураган. Она даже не сняла плащ, сразу прошла на кухню, налила Алисе стакан воды из-под крана и заставила ее выпить.
— Так, давай по порядку. С чего все началось?
Утром была ссора? Подгорела яичница? Он нашел чужой волос на расческе? Что произошло?
— В том-то и дело, что нет! — Алиса всхлипнула. — Мы завтракали, он поцеловал меня перед уходом, даже сказал: «До вечера, киса».
А потом вернулся через полчаса... сказал, что забыл документы. И вдруг выдал это. Спокойно так, понимаешь? Будто о погоде говорит.
— Документы, значит, — Соня задумчиво прикусила губу, расхаживая по тесной кухне. — Алис, люди не передумывают за полчаса.
Значит, он это решение вынашивал давно. Просто вчера ломал комедию. Играл роль «счастливого жениха».
— Но зачем? Зачем было вчера говорить про детей? Зачем идти в ювелирный за кольцами в прошлые выходные?
— Слушай, может, у него кто-то появился? Ну, знаешь, классика жанра: «прости, я встретил другую, она пахнет ванилью и не грузит меня ипотекой».
Алиса покачала головой, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Лицо горело, глаза опухли.
— Нет. Он всегда был на виду. Работа — дом, спортзал по четвергам, по выходным мы у его родителей.
Его телефон всегда лежал на столе экраном вверх. Он даже пароль мне говорил.
Я не верю в другую женщину. Просто... Наверное, он перегорел…
— Перегорел он, посмотрите на него! — Соня всплеснула руками. — Алис, это просто трусость. Он испугался ответственности.
Пока свадьба была где-то там, в тумане, он был героем. Как только дело дошло до реальности, у него началась паника.
В дверь неожиданно позвонили. Алиса вздрогнула и вцепилась в край стола.
— Это он?
— Вряд ли он бы звонил в дверь этой квартиры, Алис. У него же ключи, — Соня пошла открывать, на ходу бросая: — Сиди здесь.
На пороге стоял Иван, старший брат Глеба. Он выглядел растерянным и почему-то виноватым.
— Привет, Сонь. Алис... я это... Глеб попросил забрать документы на машину и его загранпаспорт. Он в спешке забыл в ящике комода.
Алиса вышла в коридор.
— Вань, ты знал? — спросила она, глядя ему прямо в глаза.
Иван отвел взгляд, рассматривая вешалку с куртками. Его кадык нервно дернулся.
— О чем ты, Алис?
— О том, что твой брат сегодня решит аннулировать три года нашей жизни!
Ты же с ним недавно в баре сидел, я знаю. Он тебе что-нибудь говорил?
Жаловался на свою «тяжелую долю»?
— Слушай, Алис, я не хочу лезть в ваши проблемы...
— Не ври мне! — выкрикнула она. — Вы же братья! Он не мог просто проснуться и решить, что свадьбы не будет. Что он тебе нес?
Иван тяжело вздохнул, прошел на кухню и плюхнулся на стул.
— Ладно, — сказал Иван, потирая лицо ладонями. — Скажу… Он сказал, что чувствует себя в капкане.
Мол, Алиса все уже распланировала за него: где вы будете жить, на какие курорты ездить, по каким дням ужинать у твоей мамы.
Ты с ним не советуешься, ты его, как теленка, просто таскаешь на веревочке туда-сюда и все.
Алиса пришла в ужас.
— Вань, мы все решали вместе! Чего он брешет?!
— Понимаешь, Алис... — Иван замялся. — Глеб — он такой. Ему нужно постоянно чувствовать, что он в семье главный.
А с тобой он чувствует себя ведомым. Ты сильная, ты все тащишь на себе.
Он мне сказал, что хочет свободы. Не созрел он для семьи…
— Свободы? — подала голос Соня. — Так пусть бы и валил на свободу два года назад. Зачем было кольцо покупать? Зачем этот спектакль с помолвкой?
— Он думал, что кольцо его растормошит, что ли. Что появится азарт, чувство долга. А стало только хуже.
Алиса слушала это и не верила своим ушам.
— То есть, я душила его своей заботой? — горько спросила она.
— Можно и так сказать. Он просил передать, чтобы ты не искала встреч. Ему нужно время, чтобы прийти в себя.
— Знаешь что, Вань... — Алиса подошла к столу и взяла папку. — Забирай его паспорт. И передай своему брату, что он — жалкий тр...ус.
Если бы он сказал мне все честно месяц назад, я бы, может, и поплакала, но хотя бы уважала бы его за честность. А он поступил подло!
— Я передам, — тихо сказал Иван. — Извини его, если сможешь. Хотя я бы на твоем месте не стал.
Иван ушел, а Соня с подругой просидела до глубокой ночи. Алису в таком состоянии она оставить побоялась.
***
Следующий день принес новые испытания — о выходке жениха нужно было сообщить родителям.
Мать Алисы уже распланировала рассадку гостей и даже внесла залог за флориста, который должен был украсить зал живыми пионами.
— Мам, присядь, пожалуйста, — Алиса на беседу с глазу на глаз не решилась, просто позвонила.
— Что случилось? С рестораном проблемы?
Я же говорила, надо было брать «Престиж», там администратор вменяемая! — мама сразу же насторожилась.
— Мам, свадьбы не будет. Глеб ушел.
Мать не сразу нашлась, что сказать.
— Как это — ушел? Куда? В командировку уехал? Вы поссорились?
— Навсегда, мам. Он меня больше не любит. Сказал, что ему тошно.
— Алис, ты что такое несешь? У вас же все было идеально! Вы же такая пара...
Может, вы просто перенервничали оба? Ну, бывает перед торжеством срыв.
Ты позвони ему, извинись, даже если ты ни в чем не виновата. Мужчины — они как капризные дети, их надо за руку вести, сюсюкать...
— Мама, хватит! — Алиса не выдержала. — Он взрослый мужик, и он принял решение. Он сказал, что я его душу. Мне не за что извиняться перед ним.
— О Господи... А как же гости? А платье? Алис, это же позор какой... Что я тете Клаве скажу? Она уже подарок купила, сервиз на двенадцать персон.
А на работе? Я же всем уже уши прожужжала!
Алиса закрыла глаза. Позор — вот что волновало маму в первую очередь. Не разбитая жизнь дочери, не ее эмоциональное состояние, а то, что скажут соседи и коллеги.
— Скажи им правду, мам. Скажи, что жених оказался не готов к взрослой жизни. Все, я больше не могу. Пока.
Она отключила телефон и швырнула его на диван. Больше разговаривать с кем-то не хотелось.
Через несколько дней, в пятницу вечером, она вернулась домой и обнаружила, что вещи ее теперь уже бывшего жениха исчезли. На тумбочке лежала записка.
«Алис, прости, что все так вышло. Я не хотел делать тебе больно специально, но врать и притворяться сил больше не было. За квартиру я заплатил, хозяину сумму за два последующих месяца отправил. Прости меня. Глеб».
***
Не виделись они почти три недели. Алиса очень удивилась, увидев своего бывшего на пороге квартиры.
— Я за часами пришел. Они в ванной лежат, в шкафчике. Забыл их забрать.
— Забирай, — холодно сказала Алиса. — Они там и лежат. Вместе с твоей зубной щеткой, которую я еще не выбросила.
Он прошел в ванную, вернулся, вертя в руках часы.
— Алис... я правда не хотел, чтобы мы стали врагами.
— Глеб, ты — тр..ус. Ты просто сбежал…
— Я просто хотел объяснить! — фальцетом заголосил он. — Я всю последнюю неделю не спал.
Мне снилось, что мы улетаем, а я забыл паспорт. Или что я стою у алтаря, а вокруг меня решетка.
Я понял, что я не готов быть тем, кем ты хочешь меня видеть. Идеальным мужем, образцовым отцом с ипотекой на тридцать лет...
Я обычный парень, я хочу иногда просто пропасть на выходные с палаткой и не отчитываться, почему я не ответил на звонок в десять вечера!
Алисе вдруг стало тошно. Наверное, точно так же, как и ее жениху неделю назад.
Она посмотрела Глебу в глаза, потом молча распахнула дверь и глухо произнесла:
— Уходи. И больше никогда не возвращайся!
Глеб выскочил на лестницу. Хотел еще что-то сказать, но не успел — Алиса перед его носом захлопнула дверь.
***
Свою судьбу Алиса встретила через полгода после расставания с Глебом. С Максимом они провстречались всего два месяца, а потом расписались.
Глеб, узнав о том, что у Алисы наладилась личная жизнь, внезапно решил все вернуть. Только его признаний даже слушать никто не стал.