Этот диагноз знаком каждому по фильмам о войне: солдат падает от близкого разрыва снаряда, а придя в себя, плохо слышит и с трудом говорит. Но что на самом деле происходит с организмом в этот момент и почему контузию долгое время не считали отдельным ранением? Как ни странно, но до Великой Отечественной войны четкого понятия «контуженный» в военной медицине практически не существовало. Пострадавших от взрывов описывали в общем потоке травм. И лишь в 1941–1945 годах советские врачи выделили контузию в особую категорию боевых поражений. Феномен оказался настолько массовым и специфичным, что потребовал отдельного изучения. Само слово происходит от латинского contusio — «ушиб». Еще во времена великого хирурга Николая Пирогова этот термин означал именно банальный ушиб мягких тканей. Однако XX век с его позиционной войной и тяжелой артиллерией наполнил старое слово новым смыслом. Сегодня под контузией понимают тотальное поражение организма, вызванное мощным механическим воздействием. Взрыв