Амид наблюдал за новенькой лениво, из-под полуопущенных век с длинными чёрными ресницами.
Высокий ростом, хорошо сложен физически, он был скорее на турка похож, чем на обычного азера.
Вика за ним так же наблюдала и изучала. Она вообще здесь всё с сегодняшнего дня подмечала. Пригодится.
Остаться здесь и жить по правилам Соломатина, позволив ему делать на ней бабки, означало струсить и отступить.
Сжав зубы, Вика отступать была не намерена. Жить рабыней страсти в позолоченной клетке — не её мечта. Она от Егора Дубовицкого не для этого сбежала.
Лишиться свободы — значит, задохнуться словно рыба, выброшенная из океана жизни.
Тина "порадовала", что пока Вику пускать в работу не будут. Она должна адаптироваться, научиться необходимым навыкам.
Ревниво хохотнув, Тина подметила, что такая привилегия не у всех, кто сюда попадает и попадал раньше.
Обычно в первый же день безо всяких церемоний новенькую девочку запускают к клиенту. Только так и никак иначе.
Но для Вики сделано исключение из правил.
— Цени нашего Филю. Значит, шеф на тебя глаз положил. Может, вообще раздумывает о твоей участи. Не удивлюсь, если ты его любовницей станешь. Кстати, это весьма неплохо в твоём положении. Лучше один, чем много? Как думаешь?
Вика ничего не ответила. Смысл что-то обсуждать с Тиной, если она обо всех её словах доложит Филиппу?
Соломатин, кроме отвращения, никаких других эмоций вызывать не мог. Дело даже не в его противной внешности и грузном телосложении.
Он не нравился Вике как человек. Всё его развращённое и грязное нутро отражается в близко посаженных, непонятного мышиного цвета глазках.
Нет, даже надравшись до состояния поросячьего визга Соломатина в постели, невозможно вытерпеть.
Ладно, ещё немного есть у неё времени. Вика пока даже приблизительно не представляла, как ей сбежать отсюда. Но придумать что-то надо.
Прохаживаясь по краю бассейна, девушка демонстрировала грациозную походку. Амид всё ещё продолжал безмолвно наблюдать за ней, расположившись вальяжно в шезлонге.
— Эй, ты — негромко позвал он — подойди ко мне.
Вика подчинилась, хотя внутри у неё всё переворачивалось от ярости и возмущения.
Она встала напротив Амида и прямо посмотрела ему в глаза. От его взгляда тянуло холодом. Тёмно-карие глаза затягивали в бездонную бездну. Они абсолютно ничего не выражали, кроме равнодушия и иронии.
— На мне вроде бы узоров нет — медленно чеканя каждое слово, произнесла Вика.
Амид сел и, резко притянув девушку к себе, усадил на колени.
— Ты — его тонкие длинные пальцы крепко сжали маленький подбородок Вики — сегодня же вечером у тебя будет твой первый клиент. Советую подготовиться.
Глаза Вики расширились, кровь мгновенно отлила от лица, а сердце заколотилось в груди от накатившего отчаяния.
— Но Филипп дал мне время! Я не могу ...
— Можешь — грубо оборвал девушку Амид — чем дольше он будет с тобой сантименты разводить, тем хуже для него. Никаких отсрочек. Я тебе поблажки раздавать не собираюсь, тем самым накаляя обстановку в коллективе. У остальных девочек не было таких привилегий. А теперь встала и пошла готовиться.
Столкнув Вику со своих колен, Амид снова принял расслабленно-вальяжную позу и прикрыл глаза.
— А Филипп в курсе твоего самоуправства? — еле сдерживая себя от гнева, поинтересовалась Вика.
— Филипп слишком мягок и порой сентиментален. Он весьма падок на женскую красоту, а это мешает работе. Иди. Готовься. Я терпеть не могу, когда женщина много разговаривает, а тем более перечит моему приказу.
"Да мне наплевать на твои приказы!" — хотела зло крикнуть ему Вика, но, закусив губу, она сдержалась. Он здесь поставлен главным, и спорить с ним означало навлечь на себя ещё бОльшую беду.
Закрывшись в отведённой ей спальне, Вика металась из угла в угол, словно разъярённая тигрица. Она пока не видела выхода. Что придумать? Что?
Казалось, что голова сейчас лопнет от всех этих мыслей.
***
— Амид, ты не прав — Тина присела на соседний шезлонг. Она слышала его приказ и решила вмешаться.
— Поясни — процедил Амид — только быстро и желательно в двух словах.
— Вику сам Соломатин присмотрел. Раз он дал время на подготовку, значит, пока не уверен, пускать её в дело или нет. Хочешь врага себе нажить?
Амид молчал, глядя перед собой. Желваки на его скулах ходили ходуном, тонкие губы сжались в одну линию.
Он будто решал сложную задачу. Пойти на поводу у своего упрямого решения или же повременить, не связываясь с Филиппом. Ведь он тут был главнее, Амид всего лишь надсмотрщик.
В Вике он подметил непокорность, и это взбесило его. Захотелось немедленно ей обозначить её место.
— Передай ей, чтобы тихо сидела и не высовывалась. Будем ждать разрешения Фили.
Сарказм, сквозивший в словах Амида, не укрылся от Тины. Она поспешила убраться с его глаз куда подальше.
Амид — хищник и нажить себе врага в его лице — значит подписать себе приговор.
***
— Филипп Яковлевич — негромко окликнул уже знакомый до зубовного скрежета голос.
Самойлов обернулся всем своим грузным тельцем. Его круглое лоснящееся лицо расплылось в лицемерной улыбке.
— Вечер добрый, Андрей Валентинович. Давненько вы к нам не заглядывали. Партеечку сыграем?
Кузьмин прошёлся по амбразуре Соломатина брезгливым взглядом. Между ними давно пролегла негласная вражда. Открыто они друг друга не цепляли. Но стычка назревала давно, напряжение росло как градус, и в один прекрасный момент могло рвануть.
Самойлов и Кузьмин не могли поделить сферу влияния в одном бизнесе. Во главе должен остаться кто-то один из них. У обоих равные шансы.
— В другой раз, Филя. Я приехал поговорить.
Скрытая угроза в словах Кузьмина не укрылась от Самойлова. Он заметно побледнел, но в глазах промелькнула злоба. За ним влиятельные заступники были, а за этим выскочкой кто?
— Ну проходи. Поговорим — Филипп распахнул дверь своего кабинета и широким жестом пригласил Кузьмина войти.
Автор: Ирина Шестакова