Осенью 1990 года состоялось одно мероприятие, организованное берлинским Представительством "Комитета Глубокого Бурения" и местными коллегами из бывшей "ШтаЗи". Первых, то есть нас, выселяли на Родину, а немецких коллег новые власти просто-напросто разгоняли нахрен, забыв про свой положенный тевтонский "орднунг".
И решили бывшие коллеги нам и себе устроить последнюю, то бишь завершающую и прощальную охоту на диких германских зверушек в германских же диких лесах.
Текст и коллажи Виталича
Охота
Сказано - сделано. Конвоем из нескольких учрежденческих седанов и тройкой автобусов "Икарус" мы выдвинулись ранним октябрьским утром в наши совместные охотничьи угодья, которые к концу года должны были быть переданы в управление новым федеральным властям объединённой Германии.
Поехал и я за компанию со своими сослуживцами. Честно говоря, ехал без особого энтузиазма. Ружжа у меня не было, зверьё-моё я любил. Зачем поехал вообще - уже и не помню. Однако, в итоге мероприятие прошло лично для меня вполне приемлемо. Даже где-то как-то забавно.
По прибытии на место, всю нашу дружную интернациональную бригаду разбили на две неравных части - небольшую компанию вооружённых стрелков и гораздо большую по размеру компашку загонщиков. Элитной группой в сторонке кучковались егеря со своими отморозками-ягдтерьерами.
Я, разумеется, попал на "номер" в загон и сразу затосковал, представив себя одиноко стоящим болванчиком среди ёлок. Плеера у меня тогда ещё не было, до появления времяубивающих гаджетов ещё было лет 15.
В общем, меня ждала грусть-печаль, кабы не одно "но"...
Начало охоты задерживалось по непонятным причинам. Народ стоял, переминался с ноги на ногу, начиная потихоньку бухтеть. Я же рассматривал местность на предмет наличия грибочков.
И да, их было у нас! Я приметил пару подосиновиков и несколько маронов - поляков на краю полянки. Стоял, смотрел и облизывался, собираясь при первой же возможности их прибрать. У каждого своя охота.
Тут раздался голос старшого - генерала из наших:
Кто умеет кашеварить?
"Шурпу кто сможет сделать?" - уточнил генерал задачу.
По́вара забыли взять с собой и мы и германские друзья. Друг на друга понадеялись - и вот теперь камбуз остался без кока - старшой развёл руки в стороны и улыбнулся.
Народ стал негромко шушукаться. И было с чего - охота на грани срыва! Горячительного-то все взяли с собой наверняка. А вот в остальном вся надежда была на горячую охотничную похлёбку. Я, не услышав голоса других желающих, решил взяться за шурпу. Хоть Мишленовской звезды у меня не было пока, но готовить еду я немного умел. Шурпа - не самое сложное блюдо, - а вот топтаться болванчиком на "номере" крайне не хотелось.
- Я умею, товарищ генерал, - ответил я старшому и, как положено, сделал шаг вперёд. Тот осмотрел меня и с вопросительным взглядом повернул голову к моему начальнику узла связи. Петрович, разумеется понятия не имел о моих кулинарных возможностях, но чётко кивнул головой - мол, а как же! Мы всё мо́гем.
Напряжение снялось. Народ сразу зашевелился. Егеря с тявкающими псинами рассосались по своим направлениям; стрелки попарно тоже двинулись в сосны-ёлочки, прихватывая с собой группки загонщиков. Поляна начала пустеть.
Петрович подошёл ко мне и, сделав страшные глаза, полушёпотом сказал:
- Ты чего это задумал? Хоть раз то сам варил шурпу?
Я закивал головой и успокоительно улыбнулся.
- Не переживайте, - говорю я начальнику - всё в порядке. Готовил и шурпу, и многое чего ещё.
Петрович внимательно посмотрел мне в глаза, показал кулак, улыбнулся, отвернулся и ушёл. Петрович у нас не отличался говорливостью. Настоящий подполковник войск связи особого назначения. Шутка.
Я осмотрелся и увидел груду всяческого имущества - мешков, ящиков, коробок, лежащих возле деревянного охотничьего домика и добротно сделанного лабаза, стоящего рядом с ним.
Возле "избушки", около кучки поленьев, сидел дедок егерь в своей кепке с пёрышком и пыхтел вонючей немецкой сигарой. Рядом с егерем стоял парнишка лет 14-ти и улыбался. Около домика, подняв заднюю лапу, увлечённо занимался гигиеной самец ягдтерьера.
Я подошёл к немцам и поприветствовал их. Егерь кивнул и спросил на ломаном русском:
- Ты есть кох? Не помнить как по-русски - сказал егерь, потирая пальцем лоб в подтверждение этого.
- Яволь, я кок - ответил я немцу, улыбаясь - меня зовут Дмитрий. Можно Дима.
Дед удивлённо поднял брови и посмотрел на меня. Юноша засмеялся и сказал:
- Вы - офицер. Сразу видно по Вашему "яволь". Мой дедушка тоже бывший военный. Его зовут Александер, меня - Вилхельм, Вилли. Я буду вам помогать с кострами и котлами. Я не первый год езжу с дедушкой на охоту.
Обменявшись рукопожатиями, мы взялись за дело. Я и Александер занялись картошкой и овощами, а Вилли пошёл устанавливать котлы и казан.
Через час-полтора всё было готово к началу приготовления шурпы. Я пассировал в казане морковку и лук; Вилли поддерживал огонь под 100 литровым котлом с картошкой; егерь "смолил" очередную сигарку, щурясь под лучами осеннего солнца.
Прошло ещё полчаса. Старик закончил пыхтеть и дымить сигарой. Встал, взял в руки свой скрученный медный рог и что-то продудел. Через пару минут услышал из леса ответ и задумался. Вскоре пришёл ещё один забористый музыкальный привет из леса.
Дело - шайзе: нет олень, нет кабан
Егерь повернулся ко мне и сказал:
- Дима кок, плёхо дело - шайзе, нет олень, нет кабан. Ессен, кушать нет. Охота момент делать. Надо кушать. Один уре (час) надо и потом кушать охотник. Плёхо, плёхо. Давай, давай.
Вилли дополнил для понимания:
- Охота не очень хорошо. Решили сделать перерыв. Отдохнуть и перекусить. Будет другая охота потом.
Ага, понял я, охоте трындец на данный момент, а обед никто не отменял. Задумчиво посмотрев на ближайшую рощицу, я повернулся к егерю и Вилли, сообщив им, что будем делать новый малый обед.
- Вилли, там есть какая-нибудь крупа? - я пальцем указал на лабаз. Вилли пожал плечами, но без расспросов поднялся по лесенке и исчез в дверном проёме. Через несколько минут подошёл ко мне и протянул мешочек:
- Только это есть. Я не знаю как оно называется.
Я развязал шнурок и увидел перловую крупу. Отлично! Я попросил паренька промыть крупу и залить водой в малом котле. Вилли ушёл. Я же, взяв два пластмассовых ведра, направился в сторону леса.
Дед Александер непонимающе повертел головой, глядя то на меня, то на внука.
- А ты куда есть коме? - спросил егерь.
- Ищь коме искать пильце - ответил я дедку и махнул ведром на берёзки. Вилли что-то сказал деду. Тот понимающе кивнул и махнул одобрительно рукой. Я отсалютовал в ответ поднятым в руке ведром.
Пока шёл по опушке, прорисовал в голове схему перловой густой похлёбки с грибами. С сомнением представил себе немцев смотрящих в миску с перловкой и незнакомыми грибами. Ну и пусть. Нашим, ежели что, больше достанется.
Отступление
Как же я ошибался на счёт немцев и понятия "халява". Они хоть и не знали по понятным причинам это многосмысловое слово, но сам принцип халявы менталитету тевтонцев, саксов, пруссов, алеманов и пр. - был совсем не чужд.
В этом я лично убедился летом 1993 года.
Пришёл приказ из Москвы: к концу августа 1994 года закончить вывод войск ЗГВ из Германии. Последним, разумеется, выходил Штаб группы, при котором и я находился в составе узла связи Конторы.
И вот, в честь окончания Дружба-Фройндшафт, решили наши Главком и бургомистр Вюнсдорфа,- где наши квартировали с начала 50-х годов, - устроить этакий прощальный "сабантуй" на пляже Большого Вюнсдорфовского озера.
Немцы захреначили на вертел быка. Русские подогнали полевую кухню. Пока немчура крутила над костерком бычару, русские быстро приготовили гречневую кашу с поджаркой и тушёнкой. Каша, разумеется приготовилась быстрее и к ней выстроилась очередь из нескольких десятков немцев.
Почему? А потому, что халява, сэр!
Вы даже представить не сможете - где немцы и где гречка, которую они вообще до этого не видели в глаза. Но халява же! И, таки да - быка давали за денюжку, а каша была бесплатной. Очередь из немцев не кончалась, пока тевтонцы не стрескали весь котёл. Русские стеснялись создавать германцам конкуренцию. Ели сосиски и пили пиво за свои кровные бундесмарки.
И вот вышел я в лес
Вдохнул чистый лесной октябрьский воздух, а выдохнул пары чистейшей амброзии, которой мы с дедом егерем взбодрились перед моим "опасным" походом в дремучие германские леса.
Продолжение следует...
P.S. от "Книги Грибов"
Продолжение будет опубликовано завтра, 23 февраля, в 8.00
Все рассказы Виталича здесь -