Найти в Дзене
МГРИ.ИНФОРМ

Научный полк МГРИ. Лапшин В.А. Фронтовой дневник от Москвы до Берлина

В преддверии Дня защитника Отечества мы продолжаем акцию «Научный полк» и рассказываем о студентах МГРИ – участниках Великой Отечественной войны. В 1936 году поступил на геологоразведочный факультет МГРИ. Студентом 4-го курса участвовал в войне с Финляндией. Дипломный проект защитил 18 июня 1941 года и в первой группе добровольцев 29 июня 1941 года вступил в ряды Красной Армии. Участник боевых действий под Москвой, в Сталинграде, Берлине. Был трижды ранен. Прошел войну в звании от рядового до полковника. Награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны І и ІІ степени, Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и юбилейными медалями. Выдержки из памятных записок 2 июля 1941 г.
Жаркий июльский день. Солнце нещадно палит, вызывает в уставшем от похода теле вялость, дремоту. В такую жару хочется лечь под густую тень или охладить разгор
Оглавление

В преддверии Дня защитника Отечества мы продолжаем акцию «Научный полк» и рассказываем о студентах МГРИ – участниках Великой Отечественной войны.

ЛАПШИН ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

В 1936 году поступил на геологоразведочный факультет МГРИ. Студентом 4-го курса участвовал в войне с Финляндией. Дипломный проект защитил 18 июня 1941 года и в первой группе добровольцев 29 июня 1941 года вступил в ряды Красной Армии. Участник боевых действий под Москвой, в Сталинграде, Берлине. Был трижды ранен. Прошел войну в звании от рядового до полковника.

Награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны І и ІІ степени, Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и юбилейными медалями.

ФРОНТОВОЙ ДНЕВНИК ОТ МОСКВЫ ДО БЕРЛИНА

Выдержки из памятных записок

2 июля 1941 г.
Жаркий июльский день. Солнце нещадно палит, вызывает в уставшем от похода теле вялость, дремоту. В такую жару хочется лечь под густую тень или охладить разгорячённую спину студеной ключевой водой. Но сигнал горна призывает к продолжению занятий, к изучению оружия и приемов рукопашного боя. Наш лагерь близ Серпухова на берегу Оки кипит бурливой, беспокойной жизнью. Здесь тысячи москвичей проходят военную подготовку, готовясь вступить в бой с немецкими фашистами. Здесь формируются первые коммунистические батальоны, которые днем и ночью, не зная отдыха, усиленно изучают военное дело: совершают 50-60-километровые марши с полной боевой выкладкой, изучают новое оружие, учатся искусству наступать и обороняться.

5 июля
С утра батальон занимался тактическими занятиями в 25-30 км от лагеря, откуда мы пришли ночью. Вдруг... резкая команда «Стройся!» прервала занятия. Форсированным маршем батальон двинулся к лагерю, преодолевая при этом отдельные отрезки пути бегом. От бессонной ночи, а также от крайне тяжелого марш-броска и жары, усталость валила с ног даже самых выносливых и сильных. Но, несмотря ни на что, люди, буквально стиснув зубы и дыша горячей пылью, быстро приближались к лагерю. Здесь наш батальон получил задачу: совершить марш-бросок до г. Серпухова (в 10 км от лагеря), а оттуда – эшелоном на фронт. Находившиеся рядом со мной Александр Стрелов и Олег Плесков очень устали, и у меня болели спина и плечи, горели подошвы. В Серпухове старшины рот раздали сухой паек на четыре дня. Эшелон, составленный из классных вагонов, прибыл на одну из товарных станций Москвы. Пока ожидали «теплушек», прибыли многочисленные родственники из разных концов Москвы. От этого повсюду слышались напутственные речи и наставления, плач родных и близких. С боевыми песнями эшелон ушёл на запад.

7 июля
На каждой станции и в каждом, даже небольшом городе, выходят встречать эшелон толпы людей, провожают его, приветственно машут руками. От этого на душе приятно и радостно. Еще больше проникаешься радостью за Советскую Родину, за свой народ. Все это еще раз вселяет каждому уверенность в победе над ненавистным врагом.

10 июля
Под вечер прибыли в г. Вязьму. Здесь впервые увидели результаты бомбардировок. Местные жители рассказали, что за полчаса до прибытия нашего эшелона на город сбросили свой смертоносный груз более десятка фашистских бомбардировщиков. Станционное здание и многие дома были разрушены. В наступивших сумерках эшелон быстро разгрузился, и наш батальон спешно ушел со станции. В городе чувствовалось затаенное дыхание чего-то тяжелого. Он был погружен в сплошную темноту и безмолвие. По его улицам почти бесшумно двигались воинские подразделения. Лишь изредка можно было услышать отдельные тихие слова, обращенные к соседу по строю. Командиры взводов сообщили, что в городе днем было поймано несколько диверсантов и обнаружены вражеские радиостанции, отчего всем бойцам надо быть очень бдительными и осмотрительными.

11 июля
В ночь на 11 июля бомбардировщики врага сбрасывали бомбы на различные кварталы города Вязьмы.

14 июля
Пробыли у собора на окраине Вязьмы два дня. За это время батальон делали то истребительным, то по борьбе с десантами противника. Наутро третьего дня мы на автомашинах поехали по направлению к Смоленску. С фронта приходили разноречивые тревожные слухи о сдаче Смоленска, о воздушных десантах врага и др. Вместе со своими друзьями по институту я ехал на второй машине по шоссе Вязьма – Смоленск. Была пасмурная погода, облака низко стелились над землей. Неожиданно «вынырнул» двухмоторный фашистский бомбардировщик, обстрелял нашу автоколонну и сбросил несколько авиабомб. От этого сгорели две автомашины, погибли и были ранены несколько человек. К концу дня с наступлением сумерек мы добрались до пункта назначения – штаба Ростовской 38-й стрелковой дивизии. Уже в полной темноте на ощупь вырыли себе щели, наскоро перекусили. Курить не разрешалось, так как то и дело в ночном небе было слышно гудение немецких бомбардировщиков, которые большими группами летели на восток, чтобы бомбить наши мирные города и села.

15 июля
С рассветом нас распределили по подразделениям. Я, Стрелов, Плесков и Астафуров остались в одном отделении. Командиром назначили т. Германа, старого (с 1918 г.) коммуниста, в прошлом работника ВЦСПС. Человек он внимательный и чуткий, с мягким характером, но маловоенный.

16 июля
Утром все подразделения батальона собрали у штаба дивизии, который находился на опушке соснового бора близ г. Ярцево. И в это время на штаб дивизии налетело несколько десятков пикирующих бомбардировщиков. Бомбы, противно свистя, как град сыпались на наши окопы. От этого вокруг был смрад и дым, слышались стоны раненых. Грунт был песчаный, щели осыпались, отчего песок набивался повсюду: в глаза, уши, нос и даже в кирзовые сапоги. Бомбежка продолжалась более часа. Каждая минута ожидания смерти казалась вечностью. До слез было обидно за собственное бессилие против вражеской авиации. Воздушный налет унес от нас не один десяток раненых и убитых товарищей по оружию. Через час подразделения батальона построились и двинулись по полевой дороге. Во время марша опять появились вражеские бомбардировщики, которые дерзко «ползали» над нашими головами, обстреливая из пулеметов и разбрасывая свой смертоносный бомбовый груз. К вечеру командиры развели свои подразделения по местам, заняли оборону вдоль опушки леса по правому берегу небольшой заболоченной реки.

17 июля
Я назначен первым номером РПД (ручного пулемета Дегтярева), а Стрелов – моим помощником. Старательно вырыли с Сашей Стреловым окоп для нашего РПД и бережно ухаживали за ним.

20 июля
Немецкая оборона от нас далеко, отчего чувствуем себя несколько свободно. По-видимому, это был один из пассивных участков фронта, и наш батальон расположился вдали от больших фронтовых дорог.

15 сентября
Стоим на этом месте долго, и дни идут очень однообразно. Но вот, наконец, получаем приказ о прорыве из окружения и атаке немцев. Ночь перед боем. Спать не хочется. Еще раз внимательно готовим оружие к бою. Много дум в голове. Невольно вспоминаешь юные годы, годы учебы в МГРИ, который для нас стал вторым домом. Ночную тишину то и дело нарушает противный вой самолётов противника, которые летят на восток, на Москву. Забрезжил рассвет. Медленно из-за горизонта показался пурпурно-красный диск солнца, предвещая хорошую погоду. Утренний холодок бодрит и заставляет быстрее двигаться. Подана команда: «Вперед!» Быстро, в полный рост, форсируем речку. Командир отделения ведет нас по высокой ржи. Немцы открыли минометный огонь и стрельбу из пулеметов. Есть небольшие потери. До вражеских окопов остается 300-400 м. Подана команда остановиться в кустарнике и подготовиться к атаке. Быстро выкапываем ячейку для стрельбы лежа, устанавливаем пулемет и пробуем стрелять. Пулемет дает отдельные выстрелы. Устраняем задержку и открываем огонь очередями по бугру. Вижу, как пули дают небольшие облачка пыли на бруствере вражеских окопов. В ответ на это немцы открывают минометный огонь по нашему пулемету. Первые три мины разрываются далеко перед пулеметом, а четвертая прямо на бруствере. Инстинктивно прижимаем головы к брустверу. От разрыва мины шумит в голове, но, к счастью, никаких повреждений нет. У Саши насквозь пробита каска. Командир взвода отдает команду, чтобы наше третье отделение возглавило атаку. Вслед за Германом бегом устремляемся вперед. Но не успели отбежать от кустарника и 20 метров, как упал наш командир отделения, тяжело раненный. Пришлось вновь залечь. Пули врага, как рой пчел, противно жужжат над головой, впереди, с боков и сзади, создавая маленькие земляные фонтанчики. Команду над отделением принял я. Место, отделявшее нас от фашистских траншей, было гладкое, ни одного бугорка, ни одного кустика. По-пластунски начали продвигаться вперед. Но огонь врага усилился еще больше. В это время хотелось целиком уйти в землю или найти хотя бы небольшой бугорок, кочку. В такие минуты завидуешь даже мелким былинкам и цветочкам, которым никакого дела нет до всего происходящего вокруг, до боя, до войны вообще. Помня, что медленное продвижение опасно, вместе с товарищами бросились во весь рост на немецкие окопы. Быстро, зигзагами устремляемся вперед на врага. Хочется как можно скорей ворваться в его окопы.
Вслед за нашим взводом в траншеи ворвалась вся рота, отбросив немцев на гребень высоты. Утром следующего дня рота, хотя и с большими потерями, прорвала оборонительный рубеж врага и устремилась в ближайший лес, где командир взвода Иванча, раненный в руку, велел нам продвигаться небольшими группами на восток к основным войскам. Более месяца ушло на то, чтобы добраться до своих основных сил.

2 декабря
Я – рядовой 1-й гвардейской мотострелковой дивизии. Стоит холодная погода. Изредка забегаешь в землянку, чтобы погреть окоченевшие руки. Фашистские войска остановлены под Москвой. Наше соединение держит оборону на Наро-Фоминском направлении. Но по всему чувствуется, что идет подготовка к решительному контрнаступлению наших войск.

И вот... 6 декабря
Началось. Мощная артиллерийская подготовка, после которой быстро идем на сближение с противником под Наро-Фоминском. Немцы бросаются в контратаку, и завязывается рукопашный бой. Первого, бегущего мне навстречу с винтовкой наперевес плюгавенького фрица, протыкаю почти насквозь штыком, отбрасываю в сторону и устремляюсь к другому, которого также поражаю штыком. Овладев первым рубежом обороны врага, бойцы, разгоряченные рукопашной схваткой, устремляются дальше, к Наро-Фоминску. К вечеру этого дня во время очередной атаки получаю тяжелое ранение в грудную клетку.

20 февраля 1942 г.
Все еще нахожусь в госпитале гор. Томска. Здесь извлекли пулю, которая вывела меня из строя под Наро-Фоминском. Чувствую себя уже хорошо, и думаю, что на днях должны выписать из госпиталя.

23 февраля
День Красной Армии приносит мне большую радость. Выписался из госпиталя и направлен во вновь формируемую в Томске 28-ю стрелковую дивизию. В ней, наряду с бывшими фронтовиками, имеющими боевой опыт, много молодежи и людей более пожилого возраста, прибывающих сюда не только из Томска, но и других городов и сел Сибири.

30 апреля
После формирования и обучения новобранцев дивизию направляют на фронт. Комиссар полка Жук назначает меня заместителем политрука роты.

Май - июль
Дивизия ведет бой на Воронежском фронте, где в районе ст. Касторной попадает в окружение. С боем вырываемся из окружения, но сильно потрепанные, поэтому направляемся на Урал (г. Красноуфимск) на переформирование.

Август
С каждым днем в дивизию прибывают новые пополнения, причем большая часть – бывшие моряки Тихоокеанского флота и курсанты военных училищ.

Начало сентября
Отправляемся на фронт, видимо, в Сталинград.

21 сентября
Ночью переправились через Волгу в Сталинград. За несколько дней перед этим меня назначили комсоргом 1043-го полка дивизии Батюка (284-я стрелковая дивизия).

22 сентября
Контратака вдоль берега Волги, доходящая до рукопашного боя. Бойцы нашего полка, бывшие моряки, при этом сбрасывали с себя гимнастерки и шли в бой в тельняшках с криками: «Полундра, бей гадов!»

Октябрь-ноябрь
Тяжелые оборонительные бои за каждый дом, за каждый клочок земли. Комиссар полка Жук указал на то, чтобы больше уделить внимания снайперам и подготовке штурмовых групп. 27 октября получил звание «младший политрук».

10 января 1943 г.
Начало наступления. Правый бок Мамаева кургана нами взят.

11 января
После ожесточенной схватки овладели и левым боком. Теперь эта господствующая над городом высота полностью в наших руках.

23 января
После жаркого ночного боя за поселок возвращаюсь через Мамаев курган на командный пункт полка. Какая волнующая картина! Багряный восход солнца золотится на снегу, который выпал ночью и тонким пушистым слоем покрыл «израненную» снарядами, бомбами и минами землю, скрыв постыдный след войны. Куда ни посмотришь, кругом все изрыто окопами, воронками, масса блиндажей, проволочных заграждений. Кое-где остались еще скрюченные трупы фашистских молодчиков. Они вызывают отвращение и ненависть. Повсюду разбросано немецкое оружие и различные предметы военного снаряжения. Это результат панического бегства врага. С высоты открывается панорама на город, на Волгу. Как все-таки приятно идти по освобожденной земле и помнить, что здесь только вчера шел жестокий бой за свободу и независимость советского народа. От всей этой картины, от всего увиденного хочется упасть на землю и целовать ее – нашу свободную русскую землю. Не хочется уходить с Кургана – так волнует этот отвоеванный от врага кусок родной земли!

31 января
Солнечное теплое утро, как весеннее. Майор Жук сообщил: «Генерал Паулюс взят в плен, и скоро закончим войну за город». Я этот день не забуду никогда! В освобожденных районах города большое оживление. С группой офицеров проходим по городу-герою. Кругом разрушенные дома, окопы, проволочные заграждения, трупы фашистов. Саперы разминируют и чинят дороги. Повсюду брошенные врагом пушки, винтовки. От этой незабываемой, грандиозной картины сердце вырывается от радости, отчего хочется залезть куда-нибудь повыше и закричать во весь голос: «Громить и громить! ВПЕРЕД, НА ЗАПАД!!!»

2 февраля
В ночь полк перебросили на участок завода «Баррикады». Я нахожусь со 2-м батальоном (комбат – капитан Башмаков). Метров за 200 от завода уже слышна пулемётная стрельба. Там ещё фашисты. Встречаем у разрушенного дома другие батальоны и командира полка Ульянова. Вдруг из-за угла дома услышали крики немцев. Командир полка дал команду: «К бою». Выхватив у одного из бойцов автомат, он побежал на крик. Завернув за угол, прислушиваюсь. Но все тихо. Через минуту вижу: появляются из окопа две фигуры в белых халатах. Кричу по-немецки: «Хенде хох!» Оба немца идут ко мне с поднятыми руками.
После окончания Сталинградской битвы нашей 79-й стрелковой дивизии присвоили звание гвардейской. Я был назначен на должность помощника начальника политотдела по комсомольской работе. В составе 8-й гвардейской (бывшей 62-й) армии дивизия вела бой на Северском Донце.

22 июля
Ночью выдал более тридцати комсомольских билетов вновь принятым в ВЛКСМ. Вернувшись в политотдел дивизии, бравировал безопасностью – не укрылся в щель во время авиационного налета противника. Во время одного из налётов был ранен в голову, спину и локоть левой руки. От этого ранения семь дней был в полузабытьи. Но силой воли, волей к жизни заставлял себя принимать пищу. И после этого наступило некоторое улучшение, после чего 29 июля был эвакуирован в военный госпиталь города Бутурлиновка Воронежской области.

19 августа
Получил из дивизии письмо, в котором товарищи сообщили, что приказом по Юго-Западному фронту от 12 августа мне присвоено звание капитана. В госпитале лежать просто скука. На все мои просьбы о выписке лечащий врач отвечает отрицательно, ссылаясь на то, что три осколка, которые находятся в моей голове, могут вообще в будущем вывести меня из строя.

25 августа
А вчера мне «стукнуло» 26 лет. Наконец-то на воле! Снова еду на фронт. Как привольно чувствуешь себя вне стен госпиталя!

1 сентября
Как только возможно, добираюсь до своей родной дивизии. Погода стоит очень жаркая. Густая пыль пробивается повсюду. В этот же день узнаю, что наш комдив, генерал-майор Батюк, умер. Начальник политотдела направляет меня в политотдел 8-й гвардейской армии, где и назначают работать старшим инструктором по комсомольской работе.

8 сентября
Уезжаю в командировку в свою бывшую дивизию, которой командует теперь генерал Вагин. И снова попадаю под ожесточённую бомбежку. Несколько десятков «юнкерсов» бомбят лес, в котором расположились штаб дивизии и командные пункты полков. Бомбы рвутся кругом, неприятно пахнет дымом, порохом и горящей одеждой. Надо признаться, что этот запах теперь у меня ассоциируется со смертью. Поваленные деревья, разрушенные блиндажи, сгоревшие автомашины и несколько убитых и раненых. Таковы результаты этого воздушного налета врага. Сидя в щели заметил, что нервы мои стали здорово «шалить», чего ранее не замечал за собой.

10 октября
Политотдел армии находится в селе Васильковка. Это районный центр. Он остался почти целым. «Фрицы» не успели даже оборвать яблоки в колхозном саду, так они «смазали пятки».

15 октября
Радостный день. Наша 8-я гвардейская освободила город Запорожье и форсировала Днепр.

25 октября
Командировка из Славгорода, где помещался политотдел армии, на «Малую землю» на правом берегу Днепра. Вот он, седой Днепр, широкий и величавый, вольница запорожских казаков! Паром медленно плывет к правому берегу, переплавляя на плацдарм пушки, автомашины и бойцов. Немцы то и дело освещают реку ракетами, которые, повиснув на парашютах, отражаются в черной воде угрюмого Днепра.

7 ноября
26-я годовщина Октября. Хутор Дальний, где стоим более двух с половиной месяцев, готовясь к решительному наступлению.

1 февраля 1944 г.
Началось! Несмотря на оттепель и связанную с ней распутицу, части далеко продвинулись вперед. Соединениям армии хорошо помогли кавалеристы генерала Плиева.

10 марта
Ночью с работником армейской газеты Зиборовым сделали марш-бросок на 40 километров в село Троицко-Сафоново Николаевской области...

4 апреля
Несмотря на весенний месяц, погода стоит очень холодная. Из Новой Одессы двигаюсь с 266-м артполком, преследуя противника, который хочет во что бы то ни стало оторваться от нас. Несмотря на сильную метель и холод, обозы всех частей армии движутся непрерывным потоком. У переправы через лиман скопились сотни повозок, ожидая очереди на паром. Артиллерийский полк, с которым двигаюсь и я, на «студебеккерах» движется не по дороге, а по пашне. Впереди идут 4 машины с пушками. Густая пелена снега почти совсем закрывает от взора идущие впереди машины. Резкий северный ветер свистит, но машины с пушками, как ледоколы в океане, прокладывают себе путь прямо по полю сквозь бурю. В кабине разбито стекло. От этого снег залепляет глаза, набивается за ворот шинели. Но водитель, несмотря на такой буран, при вынужденных остановках засыпает, склонив голову на руль, так как уже несколько ночей не знает отдыха. Так, невзирая на стихию, люди упорно продвигаются вперед. Если советского человека не задержал свинцовый дождь, то уж больше ничто не может остановить.

11 апреля
Город Одесса. Вчера взяли ее, обойдя кругом. Не задерживаясь здесь, устремились дальше на запад, к реке Днестр (застава Шибка).

Май-июнь

8-ю гвардейскую армию эшелонами перебросили из Молдавии под Ковель, в состав Белорусского фронта. 18 июля наши войска освободили город Ковель.

30 июля
«Гора с горой не сходится, а человек с человеком может». Сегодня встретил на одной из фронтовых дорог своего товарища по институту Гришу Хазанова. Вспомнили институт и своих товарищей.

1 августа
Несколько частей армии форсировали Вислу, создав небольшой плацдарм.

22-23 августа
По заданию В.И. Чуйкова находимся в тылу врага с разведывательно-диверсионной группой в 100 человек. Командир группы – офицер разведотдела майор Алексеев, я – его замполит. Выполнению боевой задачи способствовал густой сосновый бор. Алексеев и два радиста находились близ центральной дороги, наблюдали за передвижением сил врага и выявляли его основные огневые позиции, информируя об этом через рацию т. Чуйкова. С началом наступления частей армии группа перешла к диверсионным действиям, что не могло не вызвать паники в тылу врага. За выполнение боевой задачи майор Алексеев был награжден орденом Ленина, меня наградили орденом Красного Знамени.

14 января 1945 г.
Начало общего наступления. Столько боевой техники у нас я еще ни разу не видел. По просекам лесных массивов за Вислой большое оживление. У всех бойцов чувствуется радостное, возбужденное настроение. От мощнейшей артподготовки, которая началась в 8.30 утра, «стонала» земля и «дрожал» лес. В итоге части армии стремительно двинулись на запад.

9 февраля
Сегодня в 14.00 пересекли польско-германскую границу. За 20 дней наступления армия продвинулась более чем на 400 километров. Темп наступления просто невиданный.

Февраль-март

Долгое время штаб и политотдел армии стояли в деревне Эглиц (Германия). На Одерском плацдарме идут ожесточенные бои. Фашистские войска пытаются сбросить нас в полую весеннюю воду разлившегося Одера, атакуют наши части на плацдарме «королевскими тиграми», сотнями пикирующих бомбардировщиков. Действия передовых частей на плацдарме затрудняет непролазная грязь и малые размеры плацдарма. Немцы укрепились на Зееловских высотах, и плацдарм находится пока что в пойме реки. Несмотря на это, наши бойцы дерутся за Одером так же самоотверженно, как и прежде.

5 апреля
По всему чувствуется, что идет тщательная подготовка к грандиозной завершающей операции.

12 апреля
До немецких окопов 200-300 м. Фашисты нервничают, еще больше участили артиллерийские налеты, простреливают по нашим окопам пулеметным огнем.

16 апреля
Тревожная ночь перед решающим боем за Берлин. Солдаты штурмового батальона капитана Матвеева тихо переговариваются между собой, еще раз проверяют готовность к наступлению. Наконец... время 5.00. «Заиграла» «катюша», оставляя после себя красный след, и земля загудела, задрожала от мощных орудийных залпов. Воздух наполняется душными пороховыми газами, пылью. Ночная тьма почти совершенно рассеялась от множества орудийных и минометных вспышек. Славные пехотинцы штурмового батальона одним рывком преодолели первую линию обороны врага и устремились вперед в ночную мглу. Некоторое время спустя на Зееловских высотах победоносно развевалось Красное Знамя нашей РОДИНЫ.
Вечером 16 апреля во время одной из контратак я был тяжело ранен в обе ноги. После этого ранения пришлось пролежать в армейском госпитале около пяти месяцев.
За бой 16 апреля и подготовку к нему батальона Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 мая 1946 г. я был награжден орденом Ленина.

#НаучныйПолк #НаучныйПолкМГРИ #ДеньЗащитникаОтечества #ВеликаяОтечественнаяВойна #ВОВ

Подписывайтесь на МГРИ социальных сетях:
👉
МАХ
👉
ВКонтакте
👉
Телеграм