Я собрала вещи Димы в последний раз. Аккуратно сложила рубашки, положила носки парами, упаковала его любимую пижаму — ту самую, в которой он так любил засыпать. Руки двигались сами собой, а голос внутри твердил: «Что-то не так. Что-то совсем не так».
— Спасибочки, родная! — Дима откусил от четвертого пирожка. — Ты так хорошо меня собираешь!
Я постучала пальцами по столу. Привычка дурацкая, сама не замечаю.
— Димочка, ну неужели нельзя было отказаться? Какая командировка перед Новым годом? Все нормальные люди в это время дома сидят!
— Да ладно тебе, Ирушка! — Он потянулся за пятым пирожком. — Мне обещали премию хорошую. И повышение, может быть. Потерпи немножко!
Чайник на плите булькал монотонно. Желтый свет лампы над столом казался каким-то тусклым, будто лампочка вот-вот перегорит. Я смотрела на разбросанные вещи мужа и чувствовала, как напряжение растет где-то в плечах.
— С тридцатого по восьмое января — это же целая вечность! Как я буду Новый год встречать?
— У родителей встретишь, — легко отмахнулся Дима. — Или с подружками своими. Ирочка, ну что ты как маленькая? Мне надо!
Он допил чай, поцеловал меня в макушку и уехал. Дверь закрылась, и я осталась одна в этой двухкомнатной квартире. Постучала пальцами по столу снова. Тишина давила.
Через два дня я сидела в кафе напротив Оли. Она говорила быстро, энергично кивала головой, размахивала руками.
— Слушай, Ирочка, чего тебе одной киснуть? Побудь Снежаной на праздниках! У меня девчонка одна заболела, замена нужна срочно!
Я обхватила ладонями чашку с кофе. Пахло ванилью, вокруг играла новогодняя музыка, на стенах висели гирлянды.
— Оленька, я не смогу! Я же не актриса!
— Да чего там уметь-то? — Оля махнула рукой. — «Раз, два, три — елочка, гори!» — это ты скажешь?
— Ну… это скажу…
— Вот и все! А остальное Дедушка Мороз скажет. Деньги неплохие заплачу — в новогоднюю ночь мало кто соглашается по домам таскаться.
Я подумала о том, как Дима зарабатывает. Менеджер среднего звена — звучит красиво, а денег вечно не хватает. Я же биологию в школе преподаю, зарплата копеечная.
— Ладно, — согласилась я. — Давай попробую.
Оля улыбнулась, плечи у меня расслабились впервые за эти дни. Хорошо, что есть подруги. Хорошо, что не совсем одна.
Тридцатого утра я решила нарядить елку. Размотала гирлянду, начала развешивать игрушки — и тут увидела на столе папку. Димины документы. Те самые, которые он вчера готовил для командировки.
Сердце екнуло. Как же он без них? Вся работа насмарку пойдет!
Я набрала его номер. Недоступен. Набрала еще раз. Снова недоступен.
Тогда я нашла в интернете телефон его фирмы и позвонила туда.
— Добрый день! — выпалила я быстро. — У меня муж в командировку уехал, а документы забыл! Можно я их к вам подвезу, а вы по факсу перешлете?
В трубке помолчали.
— Милая барышня, — произнес учтивый мужской голос. — Успокойтесь. Никаких командировок мы не назначали. Все сотрудники с двадцать девятого на каникулах. До восьмого января не работаем.
— Как это — не посылали? — У меня перехватило дыхание.
— Да очень просто. Все уже второй день отдыхают. Так что с Новым годом вас! И не забивайте голову ерундой!
Он повесил трубку.
Я стояла посреди комнаты. Гирлянда валялась на полу, елка стояла полуголая. Холодный кафельный пол под босыми ногами казался ледяным. Дыхание участилось.
Значит, врал. Все это время врал.
Руки задрожали. Я опустилась на пол рядом с гирляндой и попыталась сообразить, что делать дальше.
Бабушка всегда говорила: когда плохо — мой полы. Вода заберет весь негатив.
Я вымыла полы во всей квартире. Потом встала под душ и стояла там долго, пока горячая вода стекала по спине. Пар заполнил ванную, запах шампуня успокаивал. Тело постепенно расслабилось.
Нужно дождаться его возвращения. Посмотреть в глаза. Выяснить правду.
Вечером Дима позвонил:
— Я добрался, родная!
— Скучаю уже, любименький, — сказала я ровным голосом.
— И я!
«Ну-ну», — подумала я и положила трубку.
Девятого вечера мы с Дедушкой Морозом приехали на очередной заказ. Я нажала на звонок. Дверь открыла симпатичная женщина, следом выбежали три девочки-погодки в одинаковых платьицах. А за ними вышел Дима. В той самой пижамной куртке.
Мы оба замерли.
Я пришла в себя первой.
— Здравствуй, елочка, Новый год! — громко произнесла я и шагнула в квартиру.
Девочки загалдели, начали читать стихи. Дедушка Мороз раздавал подарки. Дима смотрел на меня во все глаза.
Он подошел ближе:
— Девушка, а как вас зовут?
Женщина удивленно посмотрела на него:
— Димочка, ты что, пристаешь к девушке?
— Я — Снежана, — холодно ответила я. — Разве не видно?
Мы ушли через полчаса. Дима стоял в дверях и смотрел нам вслед.
Теперь все стало понятно. И маленькая зарплата тоже объяснилась.
Четвертого января в дверь повернулся ключ. Я сидела на кухне с чашкой чая.
— Ты чего так рано? — спросила я без эмоций. — Обещал восьмого вернуться. А сегодня только четвертое.
— Соскучился! — Дима заискивающе посмотрел на меня.
— Да ладно врать-то.
— Я все объясню!
— Мне все ясно. Девочки твои?
— Мои.
— Ну и что ты можешь объяснить? Что три дочки подряд — это случайность? Что ты ее не любишь? Или она тяжело больна, и ты не можешь ее бросить из-за своих высоких моральных принципов?
Дима молчал.
— На что ты рассчитываешь, дорогой?
— Прости меня.
— В смысле — прости?
— В прямом. Прости, и будем жить как раньше! Мы же хорошо раньше жили!
— Как же ты это себе представляешь? Ты оставишь детей без отца? Да я теперь, зная про них, просто не смогу их со счетов списать! Поэтому жить, как раньше, не получится.
Дима обиженно засопел.
— К тому же, это не один ребенок, которого можно признать ошибкой молодости. Кстати, их мама мне понравилась! Наверное, тебе было приятно ошибаться? Но теперь ты провел работу над ошибками. И поэтому у нас нет детей. Да, дорогой?
Он молчал.
— Тебе бы понравилось, если бы такое произошло со мной?
— Думаю, нет, — честно признался он. — Но я хотя бы попытался тебя понять.
— Опять врешь. Ты бы меня просто выставил за дверь. Да элементарно! Ну или ушел сам — квартира-то моя. Так что собирай вещи, секретный агент. Твоя явка провалена.
Дима сник. Я встала и достала его «тревожный чемоданчик». Начала складывать вещи медленно, размеренно. Руки не дрожали.
— Ирочка…
— Я буду подавать на развод. Вали отсюда и начинай тревожиться. Теперь твоя очередь.
Он взял чемодан и вышел. Дверь закрылась.
Утром я проснулась рано. В квартире стояла тишина. Я подошла к зеркалу, посмотрела на себя. Спокойно улыбнулась.
Мягкий свет пробивался сквозь занавески. Пахло свежим воздухом — я открыла форточку перед сном. Дышалось легко.
Теперь я сама хозяйка своей жизни.
Бабушка всегда говорила: женщины находят выход быстрее мужчин. А мужики нынче хлипкие пошли.
Интересно, чем они вообще думают, заводя нескольких жен и не волнуясь по этому поводу? Инфантилизм? Недальновидность? Безалаберность? Или просто глупость?
Кто их знает, этих кавалеров.
А волноваться стоит. Ох, как стоит.
А вы бы простили мужа на месте Ирины или поступили бы так же?
Поделитесь в комментариях, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк, если было интересно.