Игорь Валентинович третий час сидел в холле нового Министерства рационального развития. Вокруг сновали люди в строгих костюмах, шептались о KPI, стратегиях и синергии, а он всё листал потрёпанный журнал трёхлетней давности с заголовком «Эффективный менеджмент: тренды XXI века».
Наконец его пригласили в кабинет. За массивным столом сидел кадровик — мужчина с усталым взглядом и бородой, будто специально созданной для того, чтобы в ней тонули зевки.
— Итак, Игорь Валентинович, — монотонно начал он, — вы претендуете на должность младшего специалиста отдела оптимизации процессов?
— Да, — бодро ответил Игорь Валентинович. — У меня есть опыт в…
— …в анализе данных, построении диаграмм и составлении отчётов, — закончил за него кадровик, листая резюме. — Понятно. Расскажите, как бы вы оптимизировали процесс согласования заявок в нашем министерстве?
Игорь Валентинович на секунду задумался. По выражению лица собеседника он понял: его уже мысленно отсеяли. «Ну и ладно, — решил он. — Хоть посмеюсь напоследок. Какая разница, что говорить — всё равно не возьмут».
— Оптимизация? — с нарочитой серьёзностью произнёс он. — О, это просто. Во‑первых, отменим все заявки. Совсем. Зачем они нужны? Если что‑то надо — просто берём и делаем. Экономия времени — 100 %.
Кадровик удивлённо поднял бровь, но промолчал.
— Во‑вторых, — воодушевился Игорь Валентинович, — введём систему «случайного одобрения». Берём барабан с шариками, как в лотерее. Выпал шарик с номером отдела — его заявка одобрена. Не выпал — значит, не судьба. Это повысит стрессоустойчивость сотрудников и научит их полагаться на судьбу.
Кадровик перестал зевать.
— В‑третьих, — продолжал Игорь Валентинович, чувствуя азарт, — упраздним все отделы. Создадим один универсальный — «Отдел всего». Там будут сидеть пять человек, которые умеют делать всё: от составления бюджета до починки принтера. Они будут работать по очереди: один день — финансист, другой — IT‑специалист, третий — кадровик. Гибкость, адаптивность, экономия на зарплатах!
Кадровик достал блокнот и начал лихорадочно записывать.
— И последнее, — торжественно завершил Игорь Валентинович. — Введём должность «Главного по интуиции». Этот человек будет принимать ключевые решения, подбрасывая монетку. Орёл — «да», решка — «нет», ребро — «пересмотреть вопрос через год». Это исключит бюрократию и субъективизм!
В кабинете повисла тишина. Кадровик медленно отложил ручку, внимательно посмотрел на Игоря Валентиновича и произнёс:
— Вы понимаете, что только что описали идеальную модель антибюрократической системы?
— Э… нет, — растерялся Игорь Валентинович.
— А мы понимаем! — кадровик вскочил и бросился к телефону. — Срочно соедините с министром! Да, тот самый кандидат. Он не просто мыслит нестандартно — он мыслит антистандартно!
Через десять минут в кабинет вошёл сам министр — энергичный мужчина с горящими глазами.
— Игорь Валентинович? — он пожал ему руку с энтузиазмом. — Ваши идеи — это революция! Мы искали кого‑то, кто разрушит шаблоны рационального мышления изнутри. Вы приняты… нет, не младшим специалистом. Вы назначаетесь заместителем министра по инновационным парадоксам! А в перспективе — возглавите новое подразделение: Департамент контролируемого хаоса.
Игорь Валентинович открыл рот, закрыл, потом снова открыл:
— Но я же просто… шутил…
— Вот именно! — хлопнул его по плечу министр. — В нашем министерстве слишком много серьёзности. Нам нужен человек, который будет напоминать всем, что иногда лучшая рациональность — это осознанная иррациональность.
Так Игорь Валентинович, который пришёл устраиваться на скромную должность, оказался во главе целого направления. Теперь он проводил совещания, на которых предлагал:
- заменить планерки на сеансы коллективного молчания («чтобы услышать голос подсознания»);
- ввести дресс‑код «по настроению» (сегодня — костюм, завтра — пижама с единорогами);
- оценивать эффективность сотрудников по количеству улыбок в день.
Коллеги сначала недоумевали, потом начали смеяться, а потом вдруг заметили: процессы действительно стали гибче, стресс снизился, а креативные решения появлялись сами собой.
И только по вечерам, сидя в своём новом кабинете с табличкой «Департамент контролируемого хаоса», Игорь Валентинович иногда вспоминал тот день и думал: «Надо же, а ведь я просто хотел хоть как‑то развлечься на скучном собеседовании…»
Он откидывался в кресле, смотрел на портрет Эйнштейна на стене (тот, где учёный показывает язык) и тихо смеялся: «Пошутил, называется…»
История вымышленная и все совпадения случайны, такого ведь в реальности не бывает...
Ваши лайки 👍и репосты 📧 благотворно влияют на продвижение публикации. Прошу Вас не пожалеть свой 👍 и небольшой репост в соцсетях или знакомым, если публикация вам действительно понравилась.
Спасибо Вам большое 🤝 Это мотивирует автора писать больше и лучше 🖊️🖊️
Также подписывайтесь на Телеграмм https://t.me/samostroishik
А если его замедлят, то вот мой МАКС. https://max.ru/samostroishik
