Анатолий в деле
Три дня Ксюша не появлялась на работе. Три дня Степан сходил с ума. Звонил — она не брала трубку. Приезжал к маме — дверь не открывали. Писал — она не отвечала.
— Ты как? — спросил Анатолий, заглянув в кабинет в четверг утром.
— Хреново, — честно ответил Степан. — Она не берёт трубку. Уже три дня.
— А ты что сделал?
— В смысле?
— В прямом, — Толя сел напротив. — Ты поехал, поговорил, объяснил?
— Она не открывает.
— А ты стучал громче? Кричал в окно? Лез по водосточной трубе?
— Толь, я серьёзно.
— И я серьёзно, — Толя подался вперёд. — Если ты её любишь — иди и добейся. Не сиди тут, не страдай. Иди и делай.
— Что делать?
— Всё, что угодно. Лишь бы она поняла, что ты без неё не можешь.
Степан смотрел на друга и вдруг понял: Толя прав. Он сидит и ждёт, когда она одумается. А надо идти и доказывать.
— Спасибо, — сказал он, вставая. — Ты гений.
— Знаю, — усмехнулся Толя. — Иди уже.
Степан поехал к маме Ксюши. Дверь снова не открывали. Тогда он обошёл дом, заглянул в окна первого этажа. Увидел маму на кухне, постучал в стекло.
Та вздрогнула, подошла к окну, открыла форточку.
— Ты с ума сошёл? — зашипела она. — Люди же увидят!
— Мне плевать! — крикнул Степан. — Где она? Я хочу её видеть!
— Не хочет она тебя видеть.
— А я хочу! Я без неё не могу!
Мама посмотрела на него долгим взглядом. Потом вздохнула.
— Ладно. Заходи через подъезд. Седьмая квартира.
Ксюша сидела на кухне, пила чай. Увидев Степана, вскочила.
— Ты как сюда попал?
— Мама впустила.
— Мама? — Ксюша повернулась к матери. — Ты зачем?
— Затем, что любовь надо беречь, — твёрдо сказала мама. — А не прятаться от неё. Разговаривайте. Я с детьми посижу.
Она ушла в комнату, оставив их вдвоём.
— Зачем пришёл? — спросила Ксюша, не глядя на него.
— Поговорить.
— Не о чем.
— Есть о чем, — Степан шагнул ближе. — Ксюша, я люблю тебя. Только тебя. Та женщина — моя бывшая жена. Мы случайно встретились, она попросила поужинать. Я согласился, потому что глупость. Потому что думал, ничего страшного. А она поцеловала меня на прощание, я даже не ожидал.
— А на прошлой неделе? — голос Ксюши дрожал. — Марина видела вас в ресторане. На прошлой неделе.
Степан замер.
— Что? Не было этого. Я на прошлой неделе вообще никуда не ходил, кроме работы и дома. Спроси у Толи, у кого хочешь.
— Марина сказала...
— Марина врёт! — перебил Степан. — Неужели ты не видишь? Она специально нас ссорит! Она подбросила тебе ту распечатку, она показала фото, она сказала про ресторан. Всё она!
Ксюша молчала. В голове крутились слова матери: «Марине веришь, а ему нет».
— Я устала, — сказала она тихо. — Я устала бояться, устала ревновать, устала проверять. Я не могу так жить.
— А как ты хочешь?
— Спокойно. Чтобы я знала: ты мой. И никуда не денешься.
— Я твой, — твёрдо сказал Степан. — И никуда не денусь. Но ты должна мне верить. Без веры ничего не получится.
Ксюша подняла на него глаза.
— А если я не умею верить? Если меня жизнь научила не верить?
— Тогда будем учиться заново, — он взял её за руки. — Вместе. Я тебе буду доказывать каждый день, что ты можешь мне верить. А ты будешь учиться принимать.
Она смотрела на него долгим взглядом.
— А если не получится?
— Получится, — уверенно сказал он. — Потому что я без тебя не могу. И ты без меня, я знаю.
Ксюша всхлипнула.
— Я так соскучилась, — прошептала она. — Три дня без тебя — как вечность.
— И я соскучился, — он обнял её. — Прости меня, дурака. За всё прости.
— И ты меня прости, — ответила она. — За недоверие, за глупость.
Они стояли обнявшись на маленькой кухне, и мир снова становился правильным.
Детский аргумент
Вечером они вернулись домой. Все вместе — Ксюша, Степан и дети. Миша и Аня носились по квартире, радуясь возвращению.
— Папа! — кричала Аня, висну на Степане. — Ты где был? Мы скучали!
— Я тоже скучал, — он подхватил её на руки. — Очень.
— А почему уехал?
— Так получилось. Но я больше никуда не уеду.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Миша подошёл серьёзный.
— Мама плакала без тебя, — сказал он. — Каждую ночь. Я слышал.
Ксюша покраснела.
— Миша!
— Что? — мальчик пожал плечами. — Это правда.
Степан посмотрел на Ксюшу.
— Правда?
Она кивнула, отводя глаза.
— Прости, — сказал он. — Я больше не заставлю тебя плакать.
— Я тоже не заставлю тебя страдать, — ответила она.
Миша посмотрел на них и заявил:
— Вы миритесь, что ли?
— Миримся, — улыбнулась Ксюша.
— И больше ссориться не будете?
— Не будем, — пообещал Степан.
— Тогда ладно, — Миша махнул рукой. — Аня, пошли в комнату, мультики смотреть. Пусть они целуются.
— Почему целуются? — не поняла Аня.
— Потому что любят друг друга, — объяснил Миша. — Пошли.
Дети убежали. Ксюша и Степан остались в прихожей одни.
— Умные у нас дети, — сказал Степан.
— Умные, — согласилась Ксюша. — И очень тебя любят.
— А ты?
— И я люблю. Очень.
Он обнял её.
— Ксюш, давай больше никогда не ссориться. Договорились?
— Давай, — кивнула она. — Но это сложно.
— Почему?
— Потому что жизнь сложная. Потому что люди ошибаются. Потому что мы не идеальные.
— А если пообещаем друг другу, что будем разговаривать? Не молчать, не убегать, не верить чужим словам?
— Обещаю, — сказала Ксюша.
— И я обещаю.
Ночью они лежали в постели, обнявшись. За стеной тихо посапывали дети.
— Степан, — позвала Ксюша.
— М?
— А что мы будем делать с Мариной?
— Уволю, — коротко ответил он.
— Не надо.
— Почему? Она тебя мучает. Она нас ссорит. Она...
— Знаю, — перебила Ксюша. — Но если ты её уволишь, она будет жертвой. А нам это не нужно.
— А что нужно?
— Просто... будь с ней строже. Чтобы знала, что мы — вместе. И что ей не пробить эту стену.
Степан подумал.
— Хорошо. Будь по-твоему.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что слушаешь. За то, что считаешься. За то, что любишь.
Он поцеловал её.
— Это ты меня за всё благодари. За то, что появилась в моей жизни. За то, что научила любить. За то, что терпишь.
— Мы друг друга терпим, — улыбнулась она. — И это счастье.
Утром Степан вызвал Марину к себе в кабинет. Она вошла с победным видом, но, увидев его лицо, сдулась.
— Садитесь, — холодно сказал он.
Она села.
— Марина, я знаю всё. Про фото, про ресторан, про все ваши игры. Это был последний раз.
— Я не понимаю, о чём вы...
— Не надо, — перебил он. — Вы всё понимаете. Я не буду вас увольнять, потому что Ксюша просила. Но если вы ещё раз подойдёте к ней, заговорите с ней, даже посмотрите в её сторону — я вас уничтожу. Не просто уволю, а сделаю так, что вы никогда не найдёте работу по специальности. Вы меня поняли?
Марина побелела.
— Поняла, — прошептала она.
— Свободны.
Она вышла, пошатываясь. В приёмной остановилась у стола Ксюши.
— Ты добилась своего, — сказала она тихо. — Радуйся.
Ксюша посмотрела на неё спокойно.
— Я не добивалась. Я просто люблю. А ты — нет. Поэтому ты проиграла.
Марина развернулась и ушла. А Ксюша выдохнула.
Всё. Наконец-то всё.
продолжение следует...