Найти в Дзене
Елена Дмитрук

Подросток не хочет, чтобы в нём копались

Однако....Бегу по снегу с тренировки, а через два часа — встреча с подростком. И подросток этой встречи не хочет. «О, кошмар, у меня каникулы, а тут какая-то встреча». И каждый раз первый вопрос — как представиться. Можно сказать: «Я посмотрю, где у тебя проблемы с учёбой, и мы найдём выход». И всё — человек закрывается. Сейчас будут искать, что сломано. Где я не такой. А можно иначе: «Я ищу таланты». И когда в тебе ищут не поломки, а алмазы — ты сидишь по-другому. Даже дышишь иначе. Сегодня у меня девочка, которая любит красивое. Макияж, стиль, детали — её мир. А вот читать — не любит. И я думаю: а что если даже диагностика может стать опытом, который чуть изменит её отношение к чтению? Не нотацией «читай больше», а текстом, в который захочется нырнуть. У меня есть проверенный текст по истории. Уже год мы используем его в работе. Скучноватый, но на нём всё видно — как подросток читает, что замечает, что пропускает. Как мыслит, как удерживает объём, как делает выводы. Если я д

Подросток не хочет, чтобы в нём копались. Однако....Бегу по снегу с тренировки, а через два часа — встреча с подростком.

И подросток этой встречи не хочет.

«О, кошмар, у меня каникулы, а тут какая-то встреча».

И каждый раз первый вопрос — как представиться.

Можно сказать: «Я посмотрю, где у тебя проблемы с учёбой, и мы найдём выход».

И всё — человек закрывается. Сейчас будут искать, что сломано. Где я не такой.

А можно иначе: «Я ищу таланты».

И когда в тебе ищут не поломки, а алмазы — ты сидишь по-другому. Даже дышишь иначе.

Сегодня у меня девочка, которая любит красивое. Макияж, стиль, детали — её мир. А вот читать — не любит.

И я думаю: а что если даже диагностика может стать опытом, который чуть изменит её отношение к чтению? Не нотацией «читай больше», а текстом, в который захочется нырнуть.

У меня есть проверенный текст по истории. Уже год мы используем его в работе. Скучноватый, но на нём всё видно — как подросток читает, что замечает, что пропускает. Как мыслит, как удерживает объём, как делает выводы.

Если я дам ей этот текст — узнаю, умеет ли она работать с информацией.

А если дам текст про историю красной помады — узнаю, может ли её увлечь сама тема.

В прошлом году я писала про книгу «Секретное оружие». Там про Англию во время войны, где помаду выдавали женщинам наравне с сигаретами. И про пять тысяч женщин с красными губами на улицах Нью-Йорка, которые вышли заявить о своих правах.

Это тоже история. Тоже эпоха, события, причинно-следственные связи. Но дверь — другая.

Не через «надо прочитать ещё один параграф».

А через «серьёзно? Так было?»

И самое сложное в моей работе — не увидеть проблему. Проблему видно. Её слышно уже в словах мамы на старте.

Самое сложное — найти дверь, в которую подросток захочет войти.

А за ней становится понятно, как он учится. И как он может учиться.

Волнуюсь. Каждый такой новый ход — риск. А вдруг не зайдёт?

Попробую. Расскажу, что вышло.