Часть 2. Начало - ЗДЕСЬ:
Хотя после XX съезда партии обстановка в стране и стала меняться, но то, что сами генетики назвали "мракобесием в науке", продолжалось еще несколько лет.
Историк биологии С.Э. Шноль в своей книге «Герои, злодеи, конформисты российской науки» (М. Крон-пресс 2001), упомянув «дело сестер Ляпуновых», далее привел письмо профессоров Фанни Куперман, Глеба Добровольского и доктора биологических наук Евгении Меркурьевой, направленное в ЦК КПСС 17 июня 1963 года:
«В 1962–1963 гг. на Биологическом факультете МГУ имели место факты политического хулиганства со стороны некоторых студентов, направленные против академика Т. Д. Лысенко. Так, в сентябре 1962 г. трое студентов 2-го курса (в их числе комсорг группы, сын проф. В. В. Попова) надругались над портретом Т. Д. Лысенко. Они тайно, в вечернее время сняли его портрет из рекреации и приковали цепью с замком к канализационной трубе.
При выяснении дела один из студентов (Маркевич) мотивировал свое участие тем, что он считает Т. Д. Лысенко не ученым, что он недостоин того, чтобы правительство отмечало его заслуги высокой наградой и издевку над портретом он считал формой своего протеста.
Когда виновники этого политического хулиганства были представлены деканатом к отчислению, то среди студентов был проведен сбор подписей за оставление хулиганов в МГУ…
Наша партия, наш народ помогут тем, кто сегодня в этом еще не разобрался, увидеть воочию, что формализм, абстракционизм и прочие буржуазные течения в литературе и искусстве вредны и не по пути советскому человеку...
Просим ЦК принять меры к усилению партийного влияния и повышению идейного уровня подготовки кадров для биологической науки» (из архива ЦХСД Ф. 5. Оп. 30. Д. 430 (ролик 4648) С. 141–144).
Сегодня мы знаем, что в предвоенные десятилетия в нашей стране работало немало выдающихся биологов и генетиков. Благодаря им, мы занимали в этой области лидирующие позиции в мире. «Благодаря» же беспринципным шарлатанам Т.Д. Лысенко и И.И. Презенту, отечественная генетика после войны была окончательно разгромлена и вынуждена восстанавливать утраченные позиции до сих пор.
Выделяют три дискуссии и каждая из них заканчивалась арестами и гонениями. Кульминацией первой стала сессия ВАСХНиЛ (Всесоюзная сельскохозяйственная Академия имени Ленина), прошедшая в декабре 1936 года. По итогам дискуссии 1939 года Лысенко, заняв место арестованного академика Н.И. Вавилова, возглавил Институт генетики АН СССР. А итогом августовской сессии ВАСХНиЛ 1948 года стал вообще официальный запрет на генетику, как науку.
Стараниями Лысенко и Презента «менделизм-вейсманизм-морганизм» был заменен на «мичуринскую биологию», представители которой на биофаке МГУ как раз и написали в 1963 году письмо в ЦК КПСС.
Засилье "мичуринцев" привело к отрицанию хромосомной теории наследственности. Вместо нее была навязана «новая клеточная теория» революционерки О.Б. Лепешинской, проповедовавшей возникновение клеток из неклеточного, бесструктурного «живого вещества» (из сенного настоя, сока алоэ и т.д.). Это была разновидность "ламаркизма"[1], возврат к воззрениям первой половины XVIII века. Однако в 1950 году О.Б. Лепешинская стала академиком Академии медицинских наук СССР и получила Сталинскую премию первой степени.
Кроме Н.И. Вавилова, в разные годы были репрессированы такие крупные ученые, как С.Г. Левит (основоположник советской медицинской генетики) и Г.А. Надсон (доказал возможность искусственного получения мутаций под действием ионизирующего излучения) – оба расстреляны в 1938-1939 годах; ранее упомянутый в части 1 статьи Н.В. Тимофеев-Ресовский (один из основателей радиационной генетики и ядерной медицины), В.П. Эфроимсон (впервые предложил способ оценки частоты мутирования рецессивных сублетальных генов) - оба осуждены после войны по контрреволюционным статьям к десяти годам лагерей, и др.
Многих ученых, которые не попали под каток репрессий, подвергли гонениям: заставили отказаться от своих научных воззрений, покаяться в ошибках и признать догматы «мичуринской биологии».
Так, после сессии ВАСХНиЛ стали безработными: С.С. Четвериков – один из основоположников современной эволюционной генетики; В.В. Сахаров, разработавший учение о химическом мутагенезе и специфике действия разных мутагенов; М.Е. Лобашев, первым связавший процесс возникновения мутаций с репарацией поврежденных генетических структур и многие другие.
Вместо этих ученых на авансцену выбрались далекие от науки люди, которые из карьеристских и иных соображений стали поливать грязью своих коллег и учителей и писать доносы на своих научных оппонентов. В такой обстановке лишь единицы не поступились своей совестью, не уронили своей чести и достоинства.
В октябре 1990 года пять ученых были награждены Звездами Героев Социалистического Труда «за особый вклад в сохранение и развитие генетики и селекции». Это были «последние из могикан» довоенной школы генетиков, разгромленной во времена «лысенковщины». Вот их фамилии – Гершензон Сергей Михайлович, Дубинин Николай Петрович, Кирпичников Валентин Сергеевич, Рапопорт Иосиф Абрамович и Полянский Юрий Иванович.
Большинство этих и других генетиков стали мишенью для битья после печально знаменитой августовской сессии ВАСХНиЛ, проходившей 31 июля - 7 августа 1948 года.
С.М. Гершензон, еще в 1939 году открывший мутагенное действие экзогенной ДНК, научную статью об этом смог опубликовать только после войны. А после сессии ВАСХНиЛ ему вообще было предписано заниматься другим делом - изучением вирусов насекомых.
Н.П. Дубинин, автор классических работ по эволюционной, радиационной, молекулярной и космической генетике, проблемам наследственности, тоже проявил себя еще до войны изучив структуру гена на материале одного из генов дрозофилы и описав новый тип эффекта положения гена, названный его именем. После сессии его заставили покаяться и предложили заниматься орнитологией.
В.С. Кирпичников еще в 1937 году вместе с А.А. Малиновским направил И.В. Сталину письмо в защиту генетики. А после победы «мичуринской биологии», партийная поддержка которой стараниями Лысенко была вписана в программу КПСС, Кирпичников опубликовал в журнале «Нева» (совместно с Ж.А. Медведевым) статью «Перспективы советской генетики», после чего редакцию разогнали, а на Кирпичникова обрушились очередные нападки.
Ю.И. Полянский являлся зоологом, но всегда интересовался генетикой и тоже участвовал в дискуссиях с лысенковцами. Поэтому на августовской сессии ВАСХНиЛ в докладе И.И. Презента был причислен к лидерам «менделизма-морганизма», а затем уволен из ЛГУ и исключен из партии...
И.А. Рапопорт в числе первых стал заниматься исследованиями химического мутагенеза. Он последовательно выступал против профанации науки и не изменил своих научных взглядов, несмотря на оказываемое давление. Защита его докторской диссертации должна была состояться на биофаке МГУ в последних числах июня 1941 года. Но началась война. Докторскую диссертацию Рапопорт смог защитить лишь в 1943 году. Выкроил время, когда был откомандирован с фронта в Москву для прохождения краткосрочных курсов в Военной академии. О боевых заслугах фронтовика И.А. Рапопорта можно прочесть ЗДЕСЬ:
Он был начальником оперативного отдела штаба 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, дважды тяжело ранен, дважды представлялся к званию Героя Советского Союза. В боях за город Секешфехервар пуля попала в висок и он лишился глаза.
Из выступления И.А. Рапопорта на сессии ВАСХНиЛ 1948 года:
"Я думаю, что биология будет развиваться на основе широкого применения принципа естественного отбора, который несовместим с ламаркизмом[1], который противоречит ламаркизму. Ламаркизм в той форме, в какой он опровергнут Дарвином и принимается Лысенко, – это концепция, которая ведет к ошибкам»[2].
В официальном отчете сказано, что после выступления ученого последовали «редкие аплодисменты». О том же, какие оценки были даны его выступлению за пределами зала «суда», можно прочесть в воспоминаниях упомянутого С.Э. Шноля:
«Героем рассказов-легенд был Иосиф Абрамович – он бесстрашно и даже свирепо бросился защищать генетику от мракобесия. Мы наслаждались сценой, когда (по легенде) Рапопорт бросился на трибуну и схватил отвратительного Презента за горло... С черной повязкой на выбитом пулей глазу он был страшен. Рапопорт, сжимая это горло, спросил свирепо: «Это ты, сволочь, проливал кровь?..». Ответить почти задушенному Презенту было невозможно…»[3].
Соответствовала ли эта эффектная сцена действительности сказать трудно. В стенограмме есть лишь краткое упоминание о «хулиганской выходке» Рапопорта. Но люди, хорошо его знавшие, полагают, что это похоже на правду.
Девять лет И.А. Рапопорт был лишен возможности заниматься исследованиями химического мутагенеза. Лишь в 1957 году директор Института химической физики Н.Н. Семенов взял его к себе, организовав группу химического мутагенеза. В 1979 году Рапопорта избрали членом-корреспондентом Академии наук СССР, в 1984 году присудили Ленинскую премию, в 1990 году вручили Золотую Звезду. В декабре того же года И.А. Рапопорт трагически погиб, его сбила машина, когда он возвращался с работы…
Трагичными оказались и последствия партийного вмешательства в науку и гонений на генетику – "продажную девку империализма". Мы утратили передовые позиции, серьезно отстали от других стран, пропустили рождение биотехнологии и молекулярной биологии...
[1]Ламаркизм - концепция эволюции живой природы, согласно которой животные и растения постоянно изменяются, усложняясь в своей организации в результате влияния внешней среды и некоего внутреннего стремления всех организмов к усовершенствованию.
[2]«О положении в биологической науке: стенографический отчет сессии ВАСХНиЛ, 31 июля - 7 августа 1948 г. М. Огиз – Сельхозгиз. 1948.
[3]Очерк С. Э. Шноля «Иосиф Абрамович Рапопорт», Знание-сила, №6, 1997.