Накануне 1913 года французский экономист Эдмон Тэри написал в своём докладе: если Россия сохранит темпы роста ещё двадцать лет, она станет самой мощной державой Европы по всем показателям.
Он не ошибался в цифрах. Он ошибся только в одном: у России не оказалось этих двадцати лет. Но что, если бы они были?
Эта статья не о фантастике. Это разговор о том, что существовало, что уже строилось, реформировалось и работало, и о том, каким мог стать мир, если бы цепочка событий 1914–1917 годов сложилась иначе.
Россия, которую мы не знаем
О Российской империи начала XX века принято говорить как о колоссе на глиняных ногах: отсталая, крестьянская, косная. Но факты рисуют другую картину.
С 1890 по 1913 год промышленное производство в стране выросло в 5 раз. По добыче нефти Россия занимала 2 место в мире. По производству зерна она кормила треть Европы.
Транссибирская магистраль, построенная за двенадцать лет, связала тихоокеанское побережье с Петербургом. По темпам железнодорожного строительства Россия опережала и Германию, и Францию.
Реформы Столыпина, начатые в 1906 году, давали крестьянам право выходить из общины и получать землю в личную собственность. К 1916 году уже около трёх миллионов крестьянских семей стали самостоятельными фермерами. Это был медленный, непростой, но реальный процесс. Сам Столыпин говорил:
«Дайте государству 20 лет покоя, и вы не узнаете нынешней России».
Двадцати лет не дали.
Поворот не туда
28 июня 1914 года в Сараево был убит эрцгерцог Франц Фердинанд. Россия, как покровитель Сербии, оказалась втянута в войну, которую не планировала и не хотела. Николай II несколько дней тянул с мобилизацией, понимая, что война может разрушить всё, что строилось годами. По свидетельству его министра иностранных дел Сергея Сазонова, царь буквально плакал, подписывая приказ.
Война обнажила слабости, которые мирное время позволяло скрывать: неповоротливость командования, перебои со снабжением, разрыв между столичной элитой и основной массой населения.
Революция 1917 года выросла не из ненависти к монархии как таковой: большинство крестьян вообще плохо понимали слово «республика». Она выросла из трёх лет войны, голода и бессмысленных потерь.
Альтернативная развилка
История знает несколько моментов, где один иной выбор мог изменить всё.
Если бы Россия не вступила в войну в 1914 году, или вступила позже и в лучшей боевой готовности, революционный взрыв мог не случиться вовсе. К этому выводу пришли многие историки, в том числе Доминик Ливен в своём фундаментальном исследовании «Россия против Наполеона» и ряд других авторов, занимавшихся периодом позднеимперской истории.
Альтернативный сценарий мог выглядеть так. Реформы Столыпина (или его преемников) продолжались бы ещё лет десять-пятнадцать. Дума, постепенно набирая полномочия, превращала бы монархию в конституционную.
Подобный путь прошли Великобритания, Швеция, Дания: без революций, без гражданских войн, через постепенное перераспределение власти. Россия двигалась именно в этом направлении.
Мир без советского проекта
Если Российская империя не распалась, советского государства не возникает. Не возникает и целого ряда событий XX века, которые принято считать неизбежными.
Не было бы холодной войны в том виде, в каком мы её знаем. Не было бы гонки ядерных вооружений как экзистенциальной угрозы. Европа не была бы разделена железным занавесом. Корейской войны в прежнем формате не случилось бы, вьетнамской тоже.
Но была бы другая война: между крупными державами, делящими мировые рынки. Или несколько локальных. Мир без СССР не стал бы раем. Германия всё равно оставалась бы агрессивной силой: нацизм вырос из унижения Версальского мира, а не из страха перед большевиками. Правда, без советско-германского пакта 1939 года Гитлер оказался бы в куда более трудном положении.
Что сохранилось бы
Одна из вещей, о которых редко говорят: многое из того, что советская власть построила, Российская империя строила сама.
Электрификация началась до революции: первые проекты городского освещения появились в Петербурге и Москве ещё в 1880-х. Система высшего образования активно расширялась: к 1917 году в стране работало более 100 высших учебных заведений.
Транспортная инфраструктура, промышленные центры на Урале и в Сибири, освоение природных ресурсов, всё это было в планах имперского правительства.
Советский Союз во многом завершил то, что Россия начала. Другой вопрос: какой ценой. Коллективизация уничтожила именно тот фермерский класс, который Столыпин создавал с таким трудом.
Более 27 миллионов человек погибли или оказались в лагерях в ходе процессов, которые по другому сценарию просто не имели бы причин происходить.
Наследие, которое осталось бы иным
В альтернативной России, скорее всего, сложилось бы общество более неравномерное социально, но менее травматичное. Земские институты, которые уже в начале XX века давали крестьянам медицину, школы и дороги на местах, постепенно превращались бы в основу гражданского самоуправления.
Православная церковь сохранила бы своё место, но скорее всего эволюционировала бы так же, как европейские церкви: теряя политическую власть, но сохраняя культурное влияние.
Искусство русского авангарда, которое расцвело именно в революционные годы, возможно, не получило бы того же импульса. Но Толстой, Чехов, Чайковский выросли в условиях империи, а не вопреки ей.
Помните фразу Тэри о двадцати годах? Он написал её в 1913 году. Двадцать лет спустя, в 1933-м, в СССР разгорался голод, унёсший миллионы жизней.
А в той же Франции в 1933 году журналисты вспоминали доклад Тэри и задавались вопросом: что пошло не так? Пророчество сбылось бы, если бы не случилось того, что случилось.
История не знает сослагательного наклонения. Это правда. Но она знает другое: то, что кажется неизбежным, почти никогда таковым не было. Каждый поворот, который привёл к революции 1917 года, мог быть иным, а таких поворотов было несколько.
Если бы Россия прошла этот путь без революции, стала ли бы она более успешной страной в плане уровня жизни людей? Или сохранила бы те же противоречия, только в другой упаковке?
Пишите в комментариях ниже, жмите «палец вверх» и подписывайтесь на канал Типичный Карамзин, чтобы не пропустить новые интересные публикации!
Сейчас читают: «Не могли поверить своим ушам»: как муж и дочери Тоньки‑пулемётчицы пережили разоблачение женщины, расстрелявшей 1500 человек