Наступил буддийский Новый год – Сагаалган. Точной даты у этого праздника нет, всё зависит от лунного календаря. В 2006 году праздник выпал на 18 февраля, совпав с китайским Новым годом, что случается нечасто. Наш корреспондент посетила петербургский Дацан, расположенный в Старой деревне, чтобы своими глазами увидеть, как там готовятся к встрече Белого месяца – так тоже называют этот праздник.
Подготовка начинается за несколько дней до самого Сагаалгана: ритуалы очищения, подношения и особые молитвы. Я отправилась в Дацан 17 февраля – в канун нового года. В этот день наступили 30-е лунные сутки, а это значит, что проводился хурал Мандал Шива, посвящённый Зелёной Таре. Считается, что именно она быстрее всех откликается на просьбы и молитвы, помогая в трудную минуту.
Когда я приехала в Дацан, внешне он выглядел примерно так же, как и в обычные дни, только слегка припорошенный снегом. Здесь не было ни разноцветных гирлянд, ни нарядных ёлок, к которым мы так привыкли в новогодние праздники. Однако сама атмосфера давала понять: всё замерло в ожидании чего-то важного. Хурал был назначен на 15:00, но люди стали собираться заранее, чтобы занять удобные места.
Я тоже зашла в молитвенный зал за полчаса до начала. Как и все, прошла по часовой стрелке к алтарю, сложила руки в почтительном жесте и поклонилась. Народ потихоньку заполнял зал. Кто-то тихо переговаривался, но большинство молчало, каждый был погружён в свои мысли. При виде большого Будды, возвышающегося в центре, все будто впадали в лёгкий приятный транс. Его спокойный лик словно излучал тепло, и на душе становилось удивительно мирно. «Ты на своём месте», – именно так хотелось сказать себе в этот момент.
Ровно в 15:00 вошли Ламы в красно-золотых одеждах и заняли свои места. Они раскрыли перевязанные книги и приготовились читать мантры. Через несколько минут включили камеру – почти все службы сейчас транслируются в интернет, чтобы каждый буддист, где бы он ни находился, мог присоединиться к молитве. Ламы начали размеренное, монотонное чтение на тибетском языке. Я прикрыла глаза и сосредоточилась на дыхании, как меня когда-то учили медитировать. Мантры Лам откликались где-то глубоко внутри, унося мысли далеко от повседневной суеты.
Весь хурал, который длился чуть больше часа, я провела в расслабленном состоянии. Люди вокруг были такими же – спокойными и сосредоточенными. Я чувствовала это. Из-за того, что я почти не знала правил поведения, приходилось незаметно следить за остальными, чтобы в нужный момент встать, сесть или поклониться.
В конце хурала начался особый ритуал для Зелёной Тары. Прихожане достали принесённые с собой подношения: кто-то- сладости и печенье, кто-то- молоко или конфеты. Всё это складывалось на специальный столик перед Ламами. Я с интересом наблюдала за церемонией. Позже мне объяснили, что лучшая часть подношений остаётся в Дацане, а остальное люди забирают домой – как символ удачи и благословения на весь год.
Когда служба закончилась, несколько мирян подошли к Ламам. Другие неспешно направились к выходу.
– Простите, а для чего подходят к Ламам после хурала? – спросила я одну девушку.
– Они дают благословение, – с улыбкой ответила она. – А некоторым, кто готов, дают Прибежище.
Прибежище – это не просто обряд, а осознанный шаг в буддизм. Человек даёт несколько обетов, обещая их соблюдать, принимает Четыре Благородные Истины и Восьмеричный путь, которые оставил своим ученикам Будда Шакьямуни. Буддистом может стать каждый, но при условии, что ты изучил философию буддизма и действительно сердцем принимаешь эти идеи.
Я поблагодарила девушку и вышла из зала, стараясь, как учили, не поворачиваться спиной к алтарю. Решила не мешать Ламам – у них впереди была долгая ночь. Ведь ночью начинался самый главный и продолжительный хурал в честь наступления Нового года, хурал очищения. Говорят, после его завершения все обмениваются особыми буддийскими шарфами–хадаками, желая друг другу чистых помыслов и счастья. Милая традиция, в которой скрыт очень глубокий смысл.
В саду у Дацана всё ещё стояли люди. Никто не хотел уходить из этого места. И я их понимаю. Дацан ощущался как тихая гавань посреди бурного моря городской суеты. Морозный воздух казался чистым и свежим, а снег под ногами – необыкновенно белым.
Я заметила мужчину, который смотрел на храм и явно никуда не торопился.
– Здравствуйте! Сегодня последний день старого года, верно? – решилась я заговорить.
– Здравствуйте. Да, всё верно, –он приветливо кивнул.
– А вы будете как-то по-особенному отмечать Новый год?
– Я собираюсь прийти на хурал ночью, я недалеко живу…
– А не тяжело целую ночь выдержать на службе?
Мужчина улыбнулся.
– Нет, совсем не тяжело. Это же не обязанность и не тягость, а наоборот – радость и подпитка. Мне это придаёт сил. Если бы было тяжело, я бы, наверное, и сейчас сюда не ходил.
– А как давно вы приняли буддизм?
– Если честно, уже достаточно давно. Путь у меня был долгий, скитался много: то одно пробовал, то другое, искал что-то… А истину для себя нашёл именно здесь.
– А как вы поняли, что это то самое, что нужно?
Он тихо засмеялся, но в его смехе не было иронии.
– Знаете, я много чего в жизни перепробовал. Всякое было. Но какой-то настоящий покой на душе, чувство, я почувствовал только в буддизме. Я как будто обрел дом.
Дом… Вот, оказывается, как воспринимается Дацан и сама буддийская философия теми, кто принял её сердцем. Не как храм, куда нужно ходить по праздникам, а как место, куда хочется возвращаться, чтобы обрести опору.
Я вышла за ворота храма и огляделась по сторонам. Улицы, ещё недавно казавшиеся такими серыми и обыденными, теперь выглядели иначе. Да и погода уже не чувствовалась такой холодной. Может быть, и мне всё-таки удалось унести с собой из Дацана маленький кусочек этого внутреннего тепла на Новый год?
Владислава Суворова