Когда мы слышим имя Сергея Есенина, перед глазами встает белоствольная береза под окном, бездонное рязанское небо и заливистый смех золотоголового парня. Его поэзия стала плоть от плоти русской земли. Но был ли этот образ настоящим? Или за ним скрывалась совсем другая, трагическая и сложная личность?
Путь Есенина в большую литературу был стремительным. Из простого деревенского паренька, приехавшего покорять Петроград, он превратился в любимца столичных салонов. Его стихи были настолько свежи и искренни, что мэтры поэзии, включая Блока, сразу разглядели в нем самородка.
Ранний Есенин это певец «голубой Руси». Он писал о природе так, словно она была живым существом. «Клен ты мой опавший», «черемуха душистая», «поет зима аукает» эти строки мы помним с детства. Его мир был наполнен крестьянским бытом, запахом смолы и деревенской тишиной.
Но грянула революция, а за ней и гражданская война. Мир, который воспевал поэт, рушился на глазах. Есенин метался. Он пытался принять новую эпоху, воспевал «железного гостя», который придет на смену деревенскому укладу, но сердце его кровоточило.
«Я последний поэт деревни», писал он с горечью, понимая, что его лира вот вот смолкнет под грохот тракторов и заводских станков.
Эта внутренняя драма искала выхода. Есенин уехал за границу, но и там не нашел покоя. Америка и Европа поразили его своим техническим прогрессом, но оставили равнодушным к душевным порывам. Он рвался домой.
Вернувшись, поэт окунулся в водоворот бурной столичной жизни. Москва начала 20х годов это смесь литературных споров, богемных вечеринок и громких романов. Отношения с Айседорой Дункан, брак с внучкой Льва Толстого, поздняя женитьба на Софье Толстой. Он постоянно искал, но не находил тихой гавани.
Вокруг него ходили легенды. Поговаривали о дебошах, пьяных драках и скандалах. Но в минуты просветления он писал гениальные строки. Именно тогда родился «Москва кабацкая» цикл, полный боли, надрыва и отчаянной любви к жизни, которая ускользала сквозь пальцы.
«Шаганэ ты моя, Шаганэ», «Пускай ты выпита другим», эти стихи стали гимном уходящей чувственности.
Трагический финал в гостинице «Англетер» 28 декабря 1925 года оброс множеством домыслов. Было ли это самоубийство или убийство? Споры не утихают до сих пор. Но важно другое: поэт ушел, когда, по сути, исчерпал себя.
Он был слишком искренним для своего времени. Он не умел притворяться и подстраиваться. Есенин сгорел быстро, как спичка, оставив после себя свет, который не гаснет почти сто лет.
Сегодня его стихи вновь обретают удивительную актуальность. В эпоху городов и бетона мы все чаще тоскуем по той самой «березовой ситцевой» России, которую он нам завещал. И в каждой строчке Есенина мы ищем ответ на вопрос: как сохранить душу живой, когда вокруг меняется все?