Меня зовут Олег. Мне сорок два года, и я автоэлектрик. У меня свой гараж в промзоне на окраине города. Вывеска - «Автоэлектрика. Диагностика. Ремонт». Вывеску делал сам, из куска оцинковки и трафарета. Криво получилось, но уже семь лет висит, и люди находят.
Работаю один. Был помощник, Стас, но ушёл полгода назад в официальный дилерский центр. Там зарплата стабильная, белая, отпуск двадцать восемь дней. У меня ничего этого нет. Зато я сам решаю, когда работать, а когда нет. И не должен объяснять менеджеру, почему диагностика заняла три часа, а не сорок минут, как написано в нормативе. Потому что нормативы писал человек, который ни разу не лежал под машиной.
Утро, среда, октябрь. Приезжаю к восьми, открываю гараж, включаю обогреватель. Бетонный пол холодный, и если не прогреть, к обеду руки перестают гнуться. Варю кофе на электрической плитке. Кружка у меня одна, с надписью «Лучший папа». Дочь подарила три года назад, ручка уже треснула, но я клеил дважды и пользуюсь.
Первый клиент - в девять. Записан вчера по телефону. «Ниссан Кашкай», 2014 год, не заводится. Типичная осенняя история.
«Ниссан» привозят на эвакуаторе. Хозяйка - женщина лет тридцати пяти, светлые волосы, пуховик, выражение лица растерянное. С ней мальчик лет семи, в школьной форме. Видимо, не смогла отвезти в школу, потому что машина не завелась.
«Олег?»
«Да. Рассказывайте».
«Вчера всё нормально было, приехала домой, поставила во двор. Утром сажусь - стартер крутит, но медленно, и не заводится. Потом вообще щёлкать начал. Я подумала - аккумулятор. Сосед принёс провода, прикурили. Завелась. Я доехала до конца улицы, заглушила, чтобы ребёнка из дома забрать, а она снова не заводится. И даже с прикуркой уже не заводится».
Интересно. Если бы дело было только в аккумуляторе, от прикурки завелась бы и работала. А тут завелась, поработала пять минут и снова умерла. Значит, либо генератор не даёт зарядку, либо где-то утечка, которая высасывает ток быстрее, чем генератор его производит. Либо что-то третье.
«Ключи оставляйте. Аккумулятор я сначала заряжу, потом буду разбираться. Часа три, может, четыре».
«А примерно - сколько будет стоить?»
«Пока не знаю. Диагностика - тысяча. Ремонт - зависит от того, что найду. Без вашего согласия ничего делать не буду, позвоню».
Она кивает. Мальчик дёргает её за рукав: «Мам, а мы в школу?» Она вздыхает: «Пешком пойдём, Кирюш». Уходят.
Ставлю «Ниссан» на подъёмник. Аккумулятор снимаю, цепляю на зарядник. Полтора часа минимум, пока наберёт достаточно для запуска.
Пока заряжается, занимаюсь вторым клиентом. Точнее, вторым пациентом. Я про себя называю машины пациентами. Жена Марина говорит, что я к машинам отношусь внимательнее, чем к людям. Неправда. Просто машины не спорят, когда я ставлю диагноз.
Второй пациент - «Лада Гранта», 2019 год. Хозяин - Виталий, парень лет двадцати пяти. Пригнал сам, своим ходом. Проблема: горит лампа «Check Engine», и периодически мотор дёргается на холостых.
Подключаю сканер. Диагностический разъём у «Гранты» под рулевой колонкой, слева. Сканер - не дилерский, но хороший. Покупал за восемьдесят тысяч четыре года назад, с обновлениями. Без него сейчас работать невозможно. Двадцать лет назад можно было на слух определить, что с двигателем. Сейчас половина неисправностей - в электронике, и без сканера ты слепой.
Ошибки: P0300 - множественные пропуски зажигания, P0302 - пропуски во втором цилиндре. Стираю ошибки, завожу, смотрю текущие параметры. Обороты плавают: 780, 820, 750, 850. Второй цилиндр - время впрыска отличается от остальных. Мотор компенсирует, добавляет топливо, но не справляется.
Первая мысль - катушка зажигания или свеча. Самое частое. Снимаю катушку со второго цилиндра, переставляю на третий. Завожу. Если пропуски перейдут на третий цилиндр - значит, катушка. Если останутся на втором - дело в другом.
Завожу. Сканер показывает: пропуски - второй цилиндр. Не перешли. Значит, катушка в порядке. Свеча? Выкручиваю свечу из второго цилиндра, смотрю. Электрод в норме, зазор правильный, нагар обычный. Ставлю на место.
Значит, не катушка и не свеча. Форсунка? Компрессия? Или проводка.
Проверяю проводку. Разъём на форсунке второго цилиндра. Вынимаю, смотрю. Вот оно. Один из контактов в разъёме позеленел. Окисление. Провод на вид целый, но контакт покрыт зелёным налётом. Из-за этого сигнал от мозгов на форсунку приходит с потерями, форсунка открывается не полностью или с задержкой, топливо не впрыскивается как надо, цилиндр пропускает.
Зачищаю контакт. Тонкой иглой, аккуратно, чтобы не разогнуть ламели. Обрабатываю контактным спреем. Собираю. Завожу.
Обороты: 800, 800, 800, 795, 800. Ровно. Пропусков нет. Check Engine через минуту гаснет.
Звоню Виталию.
«Готово. Окисление контакта на разъёме форсунки. Зачистил. Диагностика плюс работа - тысяча пятьсот».
«Это всё? Мне в другом сервисе сказали, что форсунки менять надо. Все четыре. За двенадцать тысяч».
«Форсунки у вас рабочие. Проблема была в контакте. Зелёный налёт на пине, из-за влаги. Бывает, особенно осенью. Если повторится - приезжайте, гляну ещё раз. Но, думаю, не повторится».
Он приезжает через час, забирает машину. Платит, благодарит. Нормальный парень. Не все такие. Бывает, люди приезжают и сразу говорят: «Мне в интернете написали, что это генератор, меняйте». Я говорю: «Давайте сначала проверим». Они обижаются. Я проверяю, нахожу что-то совсем другое, и они обижаются ещё больше, потому что в интернете написано иначе.
Интернет - великая вещь. Но диагностировать машину по форуму - это как лечить зубы по видео с ютуба. Теоретически возможно, практически больно.
Возвращаюсь к «Ниссану». Аккумулятор зарядился. Ставлю на место, подключаю. Завожу. Заводится нормально, стартер крутит бодро. Мотор работает.
Теперь - проверяю генератор. Мультиметр на клеммы аккумулятора, двигатель работает. Напряжение: 14,3 вольта. Норма. Генератор даёт зарядку. Включаю нагрузку - фары, печку, обогрев заднего стекла. Напряжение: 13,8. Нормально, просело незначительно. Генератор в порядке.
Тогда почему машина не заводилась после пяти минут работы? Если генератор даёт зарядку, аккумулятор должен поддерживаться. Если только нет утечки тока, которая высасывает заряд быстрее, чем генератор его даёт.
Но утечка работает, когда двигатель выключен, а генератор - когда работает. На ходу утечка не страшна. Проблема должна быть в цепи зарядки. Генератор даёт ток, но ток не доходит до аккумулятора. Или доходит не весь.
Смотрю провода от генератора к аккумулятору. Плюсовой провод - толстый, красный, идёт от генератора на плюсовую клемму. Выглядит нормально. Клемма затянута. Провод целый.
А минус? Масса?
Масса - это минусовой провод от аккумулятора на кузов. В автомобиле кузов используется как минусовой проводник. Все потребители заземляются через кузов. Если контакт массы плохой, ток не может вернуться в аккумулятор. Генератор работает, но зарядка до аккумулятора не доходит.
Ищу массу. У «Кашкая» основная масса идёт от минусовой клеммы аккумулятора на кузов, и ещё один провод - на двигатель. Нахожу провод на кузов. Болт, которым он прикручен, утоплен в нише за аккумулятором. Трудно увидеть, ещё труднее добраться. Но я добираюсь.
Откручиваю болт. Снимаю клемму. И вижу.
Между клеммой и кузовом - ржавчина. Рыжая, рыхлая, толстая. Контактная площадка на кузове - вся в коррозии. Клемма тоже окислена. Контакт есть, но плохой. Через эту ржавчину ток проходит с огромным сопротивлением. Как вода через засорённую трубу - вроде течёт, но еле-еле.
Что происходило: генератор работал, давал четырнадцать вольт, но ток не мог пройти через ржавый контакт массы в достаточном количестве. Аккумулятор заряжался еле-еле. Хватало, чтобы мультиметр показывал нормальное напряжение, но не хватало, чтобы реально зарядить аккумулятор. Женщина ездила, и каждый день аккумулятор садился чуть больше. Пока не сел окончательно.
А от прикурки завелась, потому что чужой аккумулятор дал пусковой ток напрямую. Но после запуска генератор снова не мог зарядить свой аккумулятор через ржавую массу. Пять минут работы - и всё, тока на повторный запуск не хватило.
Всё из-за одного ржавого болта.
Зачищаю площадку на кузове. Наждачка, потом надфиль. До блеска. Клемму тоже зачищаю. Наношу токопроводящую смазку - специальную, для электрических контактов. Ставлю на место, затягиваю.
Проверяю. Напряжение при работающем двигателе: 14,4. При нагрузке: 14,1. Разница с тем, что было до зачистки - три десятых вольта. Казалось бы, ерунда. Но в токе при зарядке разница огромная. Теперь ток идёт нормально, аккумулятор заряжается.
Глушу двигатель. Жду пятнадцать минут. Завожу. Заводится. Глушу. Жду ещё десять минут. Завожу. Заводится. Нормально.
Проверяю заодно массу двигателя. Тоже окислена, но не так сильно. Зачищаю для профилактики.
Звоню хозяйке.
«Машина готова. Проблема была в контакте массы - минусовом проводе от аккумулятора. Окислился, ток не проходил, аккумулятор не заряжался. Зачистил, всё работает».
«И всё? Мне муж бывший сказал, что генератор, наверное, менять надо. Это же тысяч двадцать, да?»
«Генератор у вас исправный. Менять не надо. С вас диагностика и работа - две тысячи».
Пауза. «Две тысячи? Не двадцать?»
«Две. Приезжайте, заберёте».
Она приехала к четырём, на такси, с тем же мальчиком. Мальчик, пока мама оформляла бумаги, ходил по гаражу и смотрел на инструменты. Потом подошёл ко мне.
«А это что?»
«Мультиметр. Измеряет ток и напряжение».
«А это?»
«Осциллограф. Показывает электрические сигналы. Вот эти волны на экране - это как мотор работает».
«Круто. А можно потрогать?»
«Можно. Только аккуратно».
Он потрогал осциллограф. Потом мультиметр. Потом спросил: «А вы доктор для машин?»
Я подумал. «Ну, типа того. Только вместо стетоскопа у меня сканер, а вместо таблеток - провода и контакты».
Он кивнул серьёзно. Потом сказал: «У моей машинки радиоуправляемой тоже лампочка не горит. Можете посмотреть?»
«Принеси в следующий раз, погляжу».
Мама заплатила, села в машину, завела с первого раза. Уехала. Мальчик помахал мне из окна.
После них - затишье. Полчаса без клиентов. Я сижу на табуретке, пью кофе, смотрю на гараж. Стены обшиты OSB-плитой, на стенах - полки с инструментом. Мультиметры, пробники, паяльники, бухты проводов, коробки с разъёмами. На отдельной полке - мануалы, электросхемы, распечатки. Для некоторых машин электросхема - это двести страниц. Двести страниц линий, которые соединяют датчики, блоки управления, реле, предохранители. Любая из этих линий может оборваться, окислиться, замкнуть на массу. И машина встанет.
Люди думают, что автоэлектрик - это человек, который меняет лампочки и ставит сигнализации. Двадцать лет назад, может, так и было. Сейчас в средней машине - полтора километра проводки и тридцать-сорок электронных блоков. Блок управления двигателем, коробкой, ABS, подушками безопасности, климатом, мультимедией, электроусилителем, парктрониками. Всё это связано между собой шинами данных, общается по протоколам, и если один блок сбоит, могут посыпаться ошибки по всей машине.
Я учился этому двадцать лет. Начинал с карбюраторных «жигулей», где вся электрика - это генератор, стартер, зажигание и четыре предохранителя. Потом пришёл инжектор, потом CAN-шина, потом гибриды. Каждый год что-то новое. Каждый год покупаю книги, прохожу курсы, обновляю сканер. Останавливаться нельзя - через пять лет без обучения ты перестаёшь понимать, что происходит под капотом.
Плачу за гараж двадцать пять тысяч в месяц. Электричество, отопление, интернет - ещё десять. Инструмент, расходники, обновления программ - пять-семь. Зарабатываю в среднем сто - сто двадцать тысяч. Чистыми остаётся шестьдесят-семьдесят. Не роскошь, но жить можно. Марина работает бухгалтером, вместе вытягиваем.
Дочь Настя учится в десятом классе. Хочет быть программистом. Я говорю ей: «Правильно, в машинах скоро будет больше кода, чем железа. Может, будешь мне помогать». Она смеётся. Ей не хочется ковыряться в проводке, и я её понимаю.
В пять приезжает последний клиент на сегодня. Без записи, «с улицы». Мужчина лет пятидесяти, на «Тойоте Камри» 2008 года. Лицо уставшее, руки грязные - видно, что сам пытался что-то делать.
«Здравствуйте. У меня фары не горят. Обе. Ближний свет пропал. Дальний есть, габариты есть, а ближнего нет».
«Лампочки проверяли?»
«Менял обе. Новые поставил. Не помогло».
«Предохранитель?»
«Менял тоже. Целый был, но я на всякий случай новый поставил. Не помогло».
Хорошо, что проверил. Значит, дело не в лампах и не в предохранителе. Что остаётся: реле, проводка, подрулевой переключатель или блок управления светом.
Сажусь в машину. Включаю зажигание. Поворачиваю переключатель на ближний свет. Ничего. На дальний - есть. На габариты - есть. Противотуманки - есть.
Открываю блок предохранителей под капотом. Нахожу реле ближнего света. Вынимаю, проверяю. Щёлкает, контакты в норме. Ставлю обратно.
Беру мультиметр. Проверяю, приходит ли питание на реле. Приходит. Проверяю, выходит ли с реле на фары. Выходит. Двенадцать вольт на выходе реле есть. Но на фарах - нет.
Значит, обрыв между реле и фарами. Где-то на этом участке провод порван или контакт потерян.
«Вы в последнее время что-нибудь с машиной делали? Ремонт, замена чего-нибудь?»
Мужчина думает. «Радиатор меняли. Две недели назад. В сервисе, не сам».
Радиатор. Чтобы снять радиатор, нужно снять бампер и часть передней панели. А под бампером и за панелью идут жгуты проводки. На фары в том числе.
Снимаю бампер. Это минут двадцать - клипсы, болты, защёлки. Снимаю. Смотрю.
Вот оно. Разъём на жгуте проводки - тот, который идёт на блок-фары - не защёлкнут. Висит в воздухе, еле держится на одном контакте. Видимо, когда в сервисе ставили радиатор обратно, разъём не воткнули до конца. Может, забыли. Может, торопились. Может, не заметили в тесноте.
«Нашёл. Разъём не подключён. Видимо, после замены радиатора не защёлкнули».
Он подходит, смотрит. Лицо меняется.
«Это... из-за этого? Из-за разъёма?»
«Да».
«Я в три сервиса ездил. Один сказал - блок управления, замена пятнадцать тысяч. Другой сказал - подрулевой переключатель, семь тысяч. Третий сказал - проводку всю надо перекладывать».
Мне одновременно смешно и грустно. Три сервиса. Ни один не снял бампер и не посмотрел разъём. Потому что снять бампер - это двадцать минут работы, а диагностировать «блок управления» по сканеру - три минуты. И блок управления стоит пятнадцать тысяч, а защёлкнуть разъём - бесплатно.
Я не говорю этого вслух. Защёлкиваю разъём. Проверяю второй - тоже еле держится. Защёлкиваю оба. Ставлю бампер на место.
«Включайте».
Он садится, включает. Ближний свет горит. Оба.
Мужчина выходит из машины, встаёт перед ней, смотрит на фары. Стоит, как будто увидел что-то невероятное. Потом оборачивается ко мне.
«Сколько?»
«Тысяча. Диагностика».
«А за ремонт?»
«Ремонт - это разъём вставить. Я за это деньги не беру».
Он достаёт бумажник. Вынимает тысячу и ещё пятьсот.
«Возьмите. Пожалуйста. Я две недели с фонариком на руле ездил, чтобы дорогу видеть».
Беру. Не спорю. Человек две недели ездил с фонариком. Пятьсот рублей сверху - это не чаевые, это облегчение.
Он уезжает. Фары горят ровно, ярко. Нормально.
Закрываю гараж в семь. Темно. Мою руки специальной пастой - обычное мыло не берёт. Паста пахнет апельсином и абразивом. Руки после неё красные, но чистые. Относительно. Марина говорит, что у меня ногти не отмываются никогда. Наверное, правда.
Еду домой. По дороге думаю про сегодняшний день. Три машины. Окислившийся контакт на форсунке. Ржавая масса. Невоткнутый разъём. Три проблемы, которые выглядели сложными, а оказались простыми. Это почти всегда так. Девяносто процентов автоэлектрики - это контакты. Окислились, ослабли, отвалились, не воткнули. Провод сам по себе не рвётся. Электроника сама по себе не ломается. Ломается место, где одно соединяется с другим.
Иногда мне кажется, что это не только про машины.
Дома Марина разогревает ужин. Настя сидит за компьютером, пишет код на питоне. Я заглядываю через плечо, вижу строчки, которые не понимаю, и иду мыть руки ещё раз. Потому что после пасты они пахнут апельсином, а мне надо, чтобы пахли мылом, иначе Марина скажет, что я ем руками, которые пахнут автосервисом.
Ужинаю. Макароны, куриная котлета, салат. Настя выходит, садится напротив.
«Пап, а правда, что в электромобилях проводки ещё больше, чем в обычных?»
«Правда. Раза в полтора».
«Значит, без работы не останешься».
«Надеюсь».
Она улыбается и уходит к себе. Марина убирает посуду, я вытираю стол. Обычный вечер. Тихий.
Завтра четверг. Записаны две машины: «Хёндай» с глючащей приборной панелью и «Шкода» с неработающим электроусилителем. Два разных мира, две разных схемы, две разных головоломки. Буду разбираться.
Ложусь спать. Руки всё-таки пахнут немного апельсином и немного машинным маслом. Засыпаю быстро. Снятся провода. Цветные, разноцветные, уходящие в темноту. Я иду по ним и ищу обрыв.
Всегда нахожу.