Гислейн лично отвела её в комнату и сказала: “Сделай все, что он попросит”
Стенограмма показаний
Жертва Эпштейна Вирджиния Робертс (Джуффре) рассказывает о том, как её взяли на работу “массажисткой”.
Интервью, которое легло в основу громкого расследования Netflix и заставило содрогнуться весь мир.
Это произошло в поместье в Палм-Бич.
За несколько недель до моего семнадцатилетия, когда я шла на работу в спа салон, сзади меня остановилась машина светской львицы Гислейн Максвелл.
Она сказала, что знает одного богатого мужчину, который ищет массажиста для поездок.
Я записала её номер телефона и адрес: Эль Брилла Уэй 358.
Через несколько часов папа подвёз меня туда.
- Джеффри ждал встречи с тобой, - сказала Максвелл.
Мы вошли в комнату с массажным столом, на нём лицом вниз лежал обнажённый мужчина.
Ему было 47 лет, почти в 3 раза старше меня. Увидев голый зад Эпштейна, я обратилась к Максвелл за советом.
- Разве он не должен быть под простыней?
Безразличное выражение лица Максвелл говорило о том, что нагота это нормально!
Она начала урок. Мы начали с пяток и сводов стоп, затем переместились выше по телу.
Дойдя до ягодиц, я попыталась скользнуть мимо них, приземлившись на поясницу, но Максвелл положила свои руки поверх моих и направила их к ягодицам Эпштейна.
Он начал задавать мне вопросы:
- У тебя есть братья и сестры? В какой школе ты учишься?
- Ты принимаешь противозачаточные? - спрашивал он.
Странный вопрос на собеседовании, но Эпштейн дал понять, что это просто способ узнать меня получше. В конце Концов, я скоро, возможно, буду путешествовать с ним.
Я сказала, что принимаю противозачаточные таблетки.
- Расскажи мне о твоем первом разе, - сказал тогда Эпштейн.
Кто вообще слышал, чтобы работодатель спрашивал соискателя о потере девственности, но я хотела получить эту работу, поэтому глубоко вздохнула и рассказала о своём тяжёлом детстве.
- Меня насиловал друг семьи, - неопределённо сказала я. - И я какое-то время скиталась по улице.
Затем он перевернулся на спину,
и я с удивлением увидела у него эрекцию. Не задумываясь, я подняла обе руки, словно говоря, стой.
Но когда я посмотрела на Максвелл –
она осталась невозмутимой. Не обращая внимания на его возбуждённый пе*ис, она положила обе руки на его правые грудные мышцы и начала разминать
- Вот так, - сказала она. - Продолжай, как ни в чем не бывало.
Эпштейн подмигнул ей и опустил правую руку к паху.
- Ты же не против?- спросил он меня, начав поглаживать себя.
В этот момент внутри меня что-то треснуло.
Как ещё объяснить, почему мои воспоминания о том, что было дальше, разлетелись на рваные осколки. Максвелл сбрасывает с себя одежду с озорным выражением лица.
Максвелл позади меня расстёгивает мою юбку и стягивает через голову мою рубашку поло. Эпштейн и максвелл смеются над моим нижним бельём, усеянным крошечными сердечками.
- Как Мило! Она все ещё носит детские трусики, - сказал Эпштейн.
Он потянулся за вибратором и засунул его мне между бёдер.
Максвелл приказала мне щипать соски Эпштейна, пока она ласкала свою грудь, а потом и мою.
Меня затопила знакомая пустота, я чувствовала, как мой мозг начинает отключаться, тело не могло сбежать из этой комнаты, но разум не мог оставаться здесь, поэтому я включила своего рода автопилот, покорный и полный решимости выжить.
Однажды, наверное, через 2 недели после нашего знакомства, Эпштейн, после очередного массажа сказал мне зайти к нему в кабинет.
- Как насчёт того, чтобы ты уволилась из Маралаго (СПА салон, где я тогда работала)? - спросил он. И работала бы на меня полный рабочий день.
Он протянул мне пачку денег, наверное, 2 500 $.
- Сними себе квартиру, - сказал он.
Я никогда раньше не держала в руках столько денег.
Эпштейн, должно быть, почувствовал мои сомнения. Он обошёл стол, взял зернистую фотографию и протянул её мне.
Фотография была сделана с некоторого расстояния, но это был, без сомнения, мой младший брат.
- Мы знаем, в какой школе учится твой брат. Ты никому не должна рассказывать, что происходит в этом доме, сказал Эпштейн.
Он улыбался, но его угроза была очевидна.
- Я владею полицейским управлением Палм Бич, - сказал он. Так что они ничего с этим не сделают.
В дальнейшем Эпштейн и Максвелл начали сдавать меня своим друзьям....
История Вирджинии — это тяжелый пример того, как за красивой оберткой и большими деньгами может скрываться настоящий кошмар.
Спасибо, что дочитали до конца. ❤️
Подписывайтесь на наш канал, чтобы не пропустить интересные статьи.
Надо лишь нажать кнопку.
Понравился материал - с вас лайк)!
Сертифицированная помощь психиатров и психотерапевтов!