Телевизионный конвейер 2026 года исторгает из своих недр мини-сериал "Его и её" — очередную попытку перенести литературные экзерсисы Элис Фини на малый экран.
Постановщики Уильям Олдройд и Аня Марквардт с предельно серьезными лицами дирижируют ансамблем из Тессы Томпсон, Джона Бернтала, Пабло Шрайбера и прочих лиц, чье присутствие в кадре забывается на следующей же секунде.
Формально это детективный триллер, препарирующий пепелище одного брака на фоне захолустной резни. Фактически — утомительная эксплуатация приема "ненадежного рассказчика", где пресловутые "его" и "её" версии событий соревнуются исключительно в градусе наглой лжи и сценарного абсурда.
Сюжет — как превратить трагедию в ярмарку тщеславия и не сдать тест на ДНК
Экспозиция стартует с хрестоматийного жанрового клише: мертвый ребенок разрушает семью. Избегая логичных в такой ситуации сеансов психотерапии, чета выбирает радикальные методы эскапизма.
Анна просто растворяется в пространстве, а Джек закапывается в полицейскую рутину, стоически имитируя тотальную амнезию в отношении собственной травмы.
Идиллия подавленной депрессии прерывается находкой тела некой Рэйчел. Неизвестный подражатель Джека-Потрошителя превратил женщину в анатомический театр посредством сорока ножевых ранений.
Расследование этой местечковой трагедии доверяют самому Джеку и его напарнице Прийе. И ровно в этот момент главный герой демонстрирует чудеса дедукции: на месте бойни щедро рассыпаны его собственные биологические следы, оставленные после недавней интрижки с покойной.
Руководствуясь логикой страуса, прячущего голову в песок, доблестный следователь вопреки инстинкту самосохранения и должностным инструкциям саботирует сдачу ДНК-теста. Жалкая попытка утаить улики ради спасения собственной шкуры пафосно маскируется под профессиональную скрупулезность — Макиавелли рыдает от зависти.
Тем временем на арену возвращается блудная супруга. Анна, в прошлом сияющая звезда теленовостей Атланты, сброшена с информационного Олимпа амбициозной юной блондинкой — суровый социальный дарвинизм в действии.
Окровавленный труп в родном городе внезапно становится для нее карьерным трамплином и билетом обратно в прайм-тайм. Журналистка стервятником бросается на трагедию, закономерно сталкиваясь лбами с бывшим мужем прямо над остывающим телом.
Сюжетный маятник начинает со скрипом раскачиваться, обнажая потрясающий уровень лицемерия всех участников процесса. Анна скромно умалчивает, что прекрасно знала расчлененную Рэйчел.
Всплывает заплесневелый троп о закрытом девичьем клубе из школьных времен: убитая, сама репортерша, сестра Джека Зои и нынешняя директриса школы Хелен когда-то составляли токсичный квартет.
Когда появляется второй труп, даже самым интеллектуально обделенным персонажам становится ясно: это не случайный акт агрессии, а планомерная зачистка старых знакомых. Призраки пубертатных унижений восстают из небытия, требуя вендетты.
Следственные мероприятия напоминают броуновское движение. Джек виртуозно балансирует на канате между служебным долгом и животным страхом переехать в тюремную камеру.
Анна превращается в самопровозглашенную мисс Марпл, безжалостно попирая профессиональную этику и здравый смысл. Пепелище их брака внезапно оказывается недостающим фрагментом криминальной головоломки. Оба супруга врут как на допросе в инквизиции, страшась разоблачения не столько перед законом, сколько друг перед другом.
Контуры интриги в итоге сводятся к банальному знаменателю: корни серийных убийств уходят в покрытое пылью юношеское преступление, которое школьные подруги благополучно скрыли от правосудия.
Долго дремавший конфликт реинкарнируется в форме кровавой бани, доказывая, что круговая порука и многолетнее замалчивание — отличная питательная среда для взращивания маньяков.
Итог — идеальное преступление против здравого смысла
Визуальная составляющая проекта наводит на мысли о дешевых корпоративных фотостоках: свет выставлен до тошноты ровно, ракурсы безопасны до зевоты, а режиссерский почерк отсутствует как класс.
Камера лениво скользит по лицам актеров, пока те усердно тянут хронометраж. Диалоги состоят из мучительного проговаривания очевидных истин, после которых персонажи непременно делают многозначительную паузу и, бросив пафосную реплику, картинно покидают кадр.
Эта провинциальная театральщина в первой половине сезона вызывает лишь нервный смех — материал подается с такой непробиваемой серьезностью, что возникает непреодолимое желание проверить пульс у создателей.
Сюжет ползет вперед со скоростью парализованной улитки, и интрига приказывает долго жить задолго до финала. Интеллектуальные способности местных детективов вызывают острую физическую боль: там, где нужно просто сложить два и два, дипломированные сыщики блуждают в трех соснах и в упор не замечают кричащих улик. Мотивация персонажей пробивает дно, заставляя усомниться в наличии у них хотя бы зачатков спинного мозга.
И всё же, вопреки всякой логике, это зрелище обладает токсичным обаянием классического "порочного удовольствия". Проект буквально слеплен из нелепых допущений и фантастических совпадений.
Стоит лишь на секунду включить критическое мышление — и вся детективная линия рассыпается в пыль, словно бездарный сценарий слэшера категории "Б". Но если отключить логику и принять правила этой абсурдной игры, история внезапно начинает работать как цветастый ярмарочный аттракцион.
Финальный аккорд послушно сплетает все оборванные линии воедино. Грандиозного катарсиса не случается — развязка скорее провоцирует снисходительный смешок, но хотя бы ставит внятную точку.
Параллельно экран развлекает откровенным цитированием классики: готические коридоры отчаянно косплеят "Достать ножи", вытащенная из небытия юношеская тайна машет ручкой фильму "Я знаю, что вы сделали прошлым летом", местная резня передает привет "Крику", а где-то на фоне мелькает визуальный реверанс в сторону хичкоковского "Психо". Это не создание новых смыслов, а ленивая игра в узнавание для гиков.
В конечном итоге "Его и её" — это звонкая пощечина завышенным ожиданиям. За глянцевым постером с громкими именами прячется заурядный детектив, чья главная суперспособность — бесследно испаряться из памяти во время финальных титров.
Здесь нет глубинных психологических раскопок или амбициозных прорывов. Только схематичный сюжет, взвинченный к финалу темп и парадоксальный азарт. Идеальный кандидат на один вечер, после которого не остается ничего, кроме желания выключить монитор и пойти спать.
Ставьте лайки, комментируйте и подписывайтесь на наш канал в Дзене, чтобы всегда быть в курсе новых киноразборов! Также приглашаем в наш Telegram-канал t.me/movies_revies, где вас ждёт ещё больше интересного!