В машине повисла тишина. Даже УАЗик, казалось, перестал тарахтеть, прислушиваясь. - А тут, - продолжало Лихо, косясь на СРАКС, который мирно покачивался на заднем сиденье в обнимку с Тимуром, - вдруг песня. Про меня. Прямо про меня! «Лихо моё, лихо...» Я аж затряслось. Думаю, неужто кто-то обо мне вспомнил? Не как о страшилке, а просто так? Ну и... расклеилось. Простите. Дома конечно же снова началась суматохе и неразбериха. Леха с Тимуром, Васькой и Абрикосом так, оказывается, соскучились по своей родной даче, что наотрез отказались предпринимать какие-либо действия после всего пережитого. - Нет-нет-нет, - категорично заявил Лёха, и я прониклась уважением к его тону. Раньше бы это было жалобное «катастрофовая-а-а-а!». Но нынче, что-то переломилось в хрупких душах работников клавиатуры и мыши и движения их стали более уверенными, речь твердой, да и в глазах какой-то стальной блеск появился. - Нет! Василий и Абрикос устали. Мы с Тимуром тоже. Махно голодный и у него лапы замёрзли. Все