После Канта https://dzen.ru/a/aYw3fliV2QFlgCcQ я решил: всё, разобрался в философии.
Чётко, строго, по полочкам.
Но сосед — этот вечный глашатай коммунальной мудрости — вчера опять врывается без стука:
— Иван Петрович! Читал про Гераклита?
— Кто это? — спрашиваю. — Артист какой-нибудь?
— Да что вы! Философ древний, греческий. Загадками любил говорить, чтобы никто не понял ничего. «Всё течёт, всё меняется». Или вот: «В одну реку нельзя войти дважды».
Я подумал: ну и что тут непонятного? Конечно, нельзя — вода утекла, ты промок… Но из уважения к соседу всё же решил почитать.
Оказалось, Гераклит — такой философ-ворчун.
Богатый, важный — а ушёл жить в горы, ел траву и людей презирал. Богов тоже стороной обходил.
Зато огонь очень уважал: «Огонь, — говорил, — начало всего. Всё из огня и в огонь».
Я сначала отмахнулся. Ну, не по моей части.
Но потом вдруг вспомнил, как в детстве в костёр любил смотреть — всё казалось живым: искры летят, полено трещит, пламя гаснет и вспыхивает… и ничего не стоит на месте.
И сразу понял: он же про жизнь говорит!
Всё течёт: дети растут, жена стареет (извини, Марья Ивановна!), даже собственные мысли — и те, как воробьи, скачут.
В реку жизни правда не войдёшь дважды:
вчера ты был один, сегодня — уже другой, а завтра ещё пять раз передумаешь.
Я вздохнул и... пошёл мыть посуду. Накопилось.
Тут снова появляется сосед — чувствует, что я стал образованней:
— Ну? Прочитал?
— Прочитал, — говорю.
Он садится, как профессор на экзамене:
— Знаешь, что самое удивительное?
— Ну?
— Пока моешь — ты уже не тот, кто начал.
Я отложил губку:
— А если я не мою?
— Тогда ты — тот, кто не моет.
— А если мою, но не думаю?
— Тот, кто моет, не думая. Автоматически.
— А если мою, думаю — и... плачу?
— Тот, кто плачет, но моет. Это вообще высшая форма бытия, Иван Петрович. Уважаю.
Я хмыкнул и молча домыл тарелку. Вторую. Потом третью.
И вдруг дошло:
Гераклит не мудрил — он честно предупреждал:
«Ты всё время другой.
Так что стой спокойно — и мой посуду».
И я помыл ещё одну.
Раз всё течёт — пусть течёт.