Эта история могла бы лечь в основу авантюрного романа: страстный побег, двоеженство, встреча законной жены с любовницей под одной крышей.
То, что произошло в усадьбе Ярополец весной 1785 года, тщательно скрывали в высшем свете, но именно этот скандал определил судьбу той, что стала главной музой солнца русской поэзии.
Морозный воздух усадьбы Ярополец разрезал лай собак и скрип полозьев. Александра Степановна Загряжская, поправив дорогой платок, уже спускалась по ступеням встречать мужа, которого не видела месяцами.
Тяжелая дверца возка отворилась, и на крыльцо ступил бравый полковник Иван Александрович. А следом за ним, цепляясь за его руку, вышла молодая женщина невероятной красоты. Светлые локоны выбивались из-под меховой шапочки, а огромные глаза с ужасом смотрели на стоявшую перед ней законную супругу.
— Знакомься, Ефросинья, это моя жена, Александра! — голос Ивана звучал буднично, словно он представлял заурядную гостью.
Ефросинья Ульрика фон Липхарт, ещё полгода назад носившая гордую фамилию баронессы Поссе, чувствовала, как земля уходит из-под ног. Женщина была на пятом месяце беременности.
— Иван… что это значит? — спросила Александра Степановна, и в голосе её не было ледяного спокойствия оскорбленной женщины.
Но ответа жена не дождалась. Беременная Ефросинья, осознав весь ужас своего положения, побледнела и осела прямо в снег.
— Бабье дело — сами разберутся, — недовольно поморщился Загряжский. Он чмокнул в лоб остолбеневших детей, коротко бросил жене: «Прими Христа ради, Сашенька, она в интересном положении. Пригляди», — и, велев кучеру перепрягать лошадей, укатил обратно.
На крыльце остались стоять две женщины: 31-летняя законная супруга, мать четверых детей, и 24-летняя беглянка, которая, очнувшись от обморока, поняла, что находится в полной власти своей соперницы.
Чтобы понять, как разворачивались события, перенесёмся на три года назад. В январе 1782 года на традиционной зимней ярмарке в Дерпте (ныне Тарту) было многолюдно. Местная знать съезжалась на балы, чтобы развеять скуку. Среди гостей выделялась супружеская чета Поссе.
Еуфрозиния Ульрика фон Липхарт родилась в 1761 году в усадьбе Ратсхоф в Дерптском уезде. Она была младшей дочерью богатого помещика Карла фон Липхарта и принадлежала к древнему остзейскому роду, известному с XVI века. В 17 лет девицу выдали замуж за барона Морица фон Поссе, племянника самого Барклая де Толли. Брак считался удачным, родилась дочь Иоганна, но сама баронесса впоследствии писала, что её семейная жизнь была «жалким сожительством», приносящим «невыносимую дисгармонию».
И тут появился он. Полковник Иван Загряжский, командир Каргопольского карабинерного полка, расквартированного в Дерпте, был младшим сыном генерал-поручика Александра Загряжского. На тот момент ему было 33 года. Красавец, игрок, бретёр, известный бурным темпераментом и любовными интригами, он был полной противоположностью скучному барону.
История умалчивает, знала ли Ульрика, что Загряжский женат. Скорее всего, нет. Ведь сам Иван просил сослуживцев молчать о том, что дома его ждут жена и дети. 28 января 1782 года, сказав мужу, что едет к сестре, баронесса с горничной пересела в сани, где её ждал полковник. Слугу она отправила обратно с запиской к мужу: «Она уходит навсегда. Прости, я полюбила, уезжаю навсегда».
Обманутый барон Мориц фон Поссе был в ярости. Сначала он решил, что жену похитили, подал жалобы на полковника. Беглецов нашли в Пскове в доме купца Сафьянщикова, но Загряжский не впустил посланного. Сама Ульрика заявила, что уехала добровольно и намерена просить развода.
Для дворянина той эпохи это был страшный удар. В Российской империи развод был делом почти невозможным — требовались веские причины, такие как доказанное прелюбодеяние, и то процесс мог длиться годами. Однако случай был вопиющим, и, благодаря признанию вины самой Ульрики, Святейший Синод оформил развод всего за шесть месяцев. 24 августа 1782 года брак Поссе был расторгнут.
В своём прошении на имя императрицы барон писал:
«Это бегство моей супруги было для меня столь неожиданно… если женщина, в такой степени забывшая о своём долге… была в состоянии таким образом покинуть своего мужа и своё милое дитя, предаться в руки чужой мужской персоны… то она более не заслуживает ни любви, ни нежного воспоминания».
Маленькую Иоганну Вильгельмину (1779—1831) оставили с отцом, мать больше никогда её не видела. Позже, в 1797 году, Иоганна выйдет замуж за подполковника Фридриха Левиза оф Менара (1767—1824), будущего генерал-лейтенанта, героя наполеоновских войн. У них родится 12 детей, из которых выживут пятеро.
Липхарты, гордый остзейский род, навсегда отреклись от опозорившей их родственницы. Позже её внучка, Наталья Николаевна Пушкина, будет жаловаться, что в Лифляндии полно знатных родичей, которые не желают знаться с ней из-за «бесчестья, какое им принесла моя бедная бабушка».
Пока разворачивалась семейная драма, Иван Александрович продолжал военную службу. Иван отличился во время Русско-турецкой войны 1787—1791 годов, проявил себя при взятии штурмом турецкой крепости Анапа. 19 февраля 1792 года Загряжский был награждён орденом Святого Георгия 3-й степени — одной из самых почетных военных наград империи. За военные заслуги и личную храбрость лихой гусар получил ордена Святой Анны, Святого Владимира 2-й степени, Святого Александра Невского.
Три года после побега Загряжский и его возлюбленная кочевали по гарнизонам. Ульрику переименовали в Ефросинью, она училась говорить по-русски и привыкала к роли полковой любовницы. Влюбленные жили во Пскове, затем в Петербурге, но показаться там в высшем свете красавица не могла.
По семейным преданиям, Иван и Ульрика даже тайно обвенчались, хотя это венчание не имело законной силы. А потом… страсть Загряжского угасала так же быстро, как и вспыхивала. В 1784 году полк должны были отправить на Кавказ, и Иван Александрович принял «гениальное» решение: он привёз любовницу, которая ждала ребёнка, в своё родовое имение Ярополец под Волоколамском — к законной жене.
Александра Степановна, урождённая Алексеева, была женщиной набожной и кроткой. Она вышла замуж без любви, по расчёту — Загряжскому нужно было её приданое, родила мужу детей: Александра (1772), Софью (1778), Елизавету (1779) и Екатерину (1779). Жила тихо в Яропольце, занималась хозяйством, терпела редкие наезды мужа. И вот теперь он привёз в дом беременную любовницу.
По воспоминаниям Александры Араповой, дочери Натальи Николаевны Пушкиной от второго брака, картина была душераздирающей:
«…Обрадованная семья и слуги вышли встречать Загряжского. Вот он вышел из экипажа и стал высаживать сидевшую рядом с ним молодую красавицу. Так произошла встреча двух жестоко обманутых им женщин… Ульрика, как подкошенный цветок, упала к ногам своей невольной и почти столь же несчастной соперницы».
Александра Степановна проявила редкое великодушие. Поняв, что перед ней такая же жертва обмана, как и она сама, женщина не выгнала Ефросинью. Более того, она оставила её в усадьбе, представляла соседям как свою дальнюю родственницу и ухаживала за ней.
22 октября 1785 года Ефросинья родила девочку. Её назвали Натальей. Иван Александрович к рождению дочери отнёсся равнодушно. Девочку записали как «воспитанницу» Загряжского.
Ефросинья прожила в Яропольце всего шесть лет. Скандал, погоня, предательство любимого человека, жизнь на птичьих правах в чужой стране надломили её здоровье. В 1791 году в возрасте 30 лет она тихо скончалась на руках той самой женщины, которую невольно сделала несчастной.
Умирая, она благословила свою маленькую дочь. Спустя годы, уже будучи взрослой, Наталья Ивановна Гончарова, в девичестве Загряжская, с теплотой вспоминала «матушку Александру Степановну», которая её и воспитала.
Александра Степановна не просто приютила сироту. Она добилась для незаконной дочери мужа равных прав на наследство и узаконила её положение в обществе. Для дворянского общества того времени это был беспрецедентный акт доброты. Ведь внебрачные дети обычно оставались в тени, надеясь лишь на скромное существование.
Наталья, благодаря стараниям приемной матери и её влиятельной родственницы — Натальи Кирилловны Загряжской (урождённой Разумовской), вместе с законными дочерьми Ивана Загряжского Софьей и Екатериной, стала фрейлиной императрицы Елизаветы Алексеевны, супруги Александра I.
Красота плода незаконной любви была невероятной. Современники говорили, что она унаследовала внешность своей матери. Сохранилась легенда, что во время пожара в Зимнем дворце офицер, спасая вещи фрейлин, первым делом выхватил из огня миниатюру с изображением Ефросиньи Ульрики, не в силах допустить, чтобы такую красоту погубил огонь.
В 1807 году 22-летняя Наталья Ивановна вышла замуж за Николая Афанасьевича Гончарова, богатого наследника полотняных заводов. Венчание состоялось 27 января, и на нём присутствовала вся императорская фамилия. Казалось, прошлое забыто.
Однако характер Натальи Ивановны, сформированный в тени этой семейной драмы, был тяжёлым. Она стала властной, религиозной до ханжества, деспотичной. Муж вскоре заболел душевной болезнью, и женщине пришлось одной управляться с детьми и разоряющимся имением.
Дочь, Наталья Николаевна Гончарова, родившаяся 27 августа 1812 года, тоже унаследовавшая ту самую остзейскую красоту своей бабки-беглянки, стала женой Александра Сергеевича Пушкина. Екатерина Ивановна Загряжская, родная тетка Натальи Николаевны, дочь законной жены лихого гусара, позже станет крестной матерью всех детей Пушкиных и верным ангелом-хранителем Натали, будет опекать племянницу в свете и защищать от сплетен.
Обложка - портрет тещи Пушкина Натальи Загряжской в юные годы
Спасибо за лайки!