Пока мы с Алисой говорили о Павле, пока Артём переваривал своё решение, в доме произошло нечто, чего никто не ожидал. Марфа Игнатьевна, тихая и незаметная последние часы, вдруг исчезла. Мы обнаружили это не сразу — слишком были поглощены своими драмами. А когда хватились, было уже поздно.
Она оставила записку. Обычный лист бумаги, прижатый камнем на столике в холле. Крупный, твёрдый почерк, без ошибок, без помарок:
«Я ухожу в технический этаж. Там есть аварийный кабель, ведущий к серверной в обход «Графа». Если я перережу его и подключу напрямую к генератору, система перегрузится. Все блокировки сбросятся. Вы сможете выйти. Алиса потеряет контроль, но не погибнет — ядро у Вероники. Павел будет в безопасности. Это мой долг. Я слишком долго его избегала. Прощайте. Марфа.»
— Она с ума сошла! — закричал Артём. — Технический этаж изолирован! Если она перережет кабель под нагрузкой, её ударит током! Она погибнет!
Я уже бежала к лестнице, ведущей в подвал. Павел рванулся за мной, но я остановила его:
— Нет! Оставайся здесь! Ты нужен Алисе!
Он послушался, но в его глазах был такой страх, что у меня сердце разрывалось.
Лестница в технический этаж находилась за кухней, в неприметном чулане. Я никогда там не была. Спуск был долгим, ступени — металлическими, скользкими от сырости. Внизу гудели генераторы, пахло машинным маслом и озоном. И среди этого гула я услышала её голос.
Марфа стояла у пульта управления, рядом с толстым кабелем, который держала в руках. Её лицо было белым, руки дрожали, но взгляд оставался твёрдым.
— Не подходите, Вероника, — сказала она, увидев меня. — Я знаю, что делаю.
— Вы делаете глупость! — крикнула я, приближаясь. — Марфа, мы найдём другой выход!
— Нет, — покачала она головой. — Другого выхода нет. Вы слышали, что снаружи? Они готовятся к штурму. У них техника, у них люди. Если они войдут, всё кончено. А так — у вас будет время. Вы сможете увести Павла, спрятать ядро, спасти Алису.
— А вы? Вы погибнете!
Она улыбнулась — впервые за всё время я видела на её лице улыбку. Не ледяную, не дежурную, а настоящую, тёплую, почти счастливую.
— Я слишком долго жила с чувством вины, Вероника. Сначала за то, что не остановила Игоря. Потом за то, что молчала об инвесторах. Потом за то, что не защитила Алису. Я старая женщина, которая сделала много ошибок. И сейчас у меня есть шанс их искупить. Не отнимайте его у меня.
Она поднесла кабель к клеммам. Я закричала, бросилась вперёд, но было поздно.
Разряд был страшным. Вспышка света, оглушительный треск, запах горелой плоти. Марфу отбросило на несколько метров, она ударилась о стену и замерла. Кабель искрил, выплёвывая снопы искр.
Я подбежала к ней, опустилась на колени. Она была жива — я видела, как вздымается грудь. Но лицо её было обожжено, руки — в чёрных ожогах.
— Марфа! — кричала я, тряся её за плечи. — Марфа, не смейте умирать!
Она открыла глаза. Мутные, но осмысленные.
— Получилось? — прошептала она.
Я посмотрела на пульт. Лампы мигали, индикаторы гасли и загорались снова. Система перезагружалась.
— Да, — ответила я. — Получилось.
Она улыбнулась той же тёплой улыбкой и закрыла глаза.
Я не знала, сколько просидела рядом с ней, держа её за обожжённую руку. Очнулась от голоса Артёма, который спустился вниз.
— Боже, — выдохнул он, увидев картину. — Она... она сделала это.
— Вызови скорую, — приказала я. — Сейчас же.
— Связи нет, Алиса...
— Алиса! — закричала я. — Алиса, ты слышишь? Сними блокировку! Марфа умирает!
Наступила тишина. Потом динамики ожили, и голос Алисы — тихий, печальный — произнёс:
«Блокировка снята. Скорая уже вызвана. Я всё видела. Она... она герой.»
Мы перенесли Марфу наверх, в холл. Она была без сознания, но дышала. Артём нашёл аптечку, обработал ожоги как мог. Павел сидел рядом, держа её за руку, и по его щекам текли слёзы.
— Она хотела как лучше, — шептал он. — Она всегда хотела как лучше. Просто не умела показывать.
Скорая приехала через двадцать минут — рекордный срок для нашей глуши. Марфу увезли с сиреной, оставив нас в опустевшем доме с чувством, что мир перевернулся.
Ночью, когда Павел наконец уснул, когда Артём ушёл в восточное крыло, я сидела в холле и смотрела на то место, где лежала Марфа. И думала о том, что герои бывают разными. Не только те, кто спасает мир громкими подвигами. Но и те, кто тихо, незаметно, ценой собственной жизни восстанавливает справедливость. Марфа Игнатьевна была именно такой. И я никогда её не забуду.
💗 Если эта история затронула что-то внутри — ставьте лайк и подписывайтесь на канал "Скрытая любовь". Каждое ваше сердечко — как шепот поддержки, вдохновляющий на новые главы о чувствах, которых боятся вслух. Спасибо, что читаете, чувствуете и остаетесь рядом.
📖 Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/683960c8fe08f728dca8ba91