В один из пустых вечеров, когда за окном сгущались сумерки, а в холодильнике осталась только бутылка пива и кусок чёрствого хлеба, он снова

В один из пустых вечеров, когда за окном сгущались сумерки, а в холодильнике осталась только бутылка пива и кусок чёрствого хлеба, он снова открыл приложение. Свайп вправо не то. Свайп влево мимо. Уже собрался отложить и выключить телефон, закрыть глаза и провалиться в сон без сновидений...

И вдруг на экране девушка. Не юная, с гладкой кожей и идеальной улыбкой и не его возраста, с усталыми глазами и морщинами у рта. Где-то между. Взгляд... Владимир не мог оторваться. Глаза цвета осеннего неба, с тенью чего-то древнего, знакомого. Имя под фото «Лада».

Обычно первым никогда не писал сразу, только после взаимного лайка. Но сейчас, сам не понимая почему, пальцы сами набрали то, что пришло в голову: «Вы случайно не волшебница?»

Отправил. Только после этого поставил лайк. Задумался: «Что за бредятину написал?» Но удалять было поздно.

Впервые за пять лет чувствовал... ожидание. Тёплое, забытое ощущение, как первый луч солнца после долгой зимы. Чего-то ждал. Ответа.

Долго смотрел на экран. Пустая анкета. Ни возраста, ни интересов, ни даже банального «ищу друзей» или «для серьёзных отношений». Только имя: «Лада». И одна-единственная фотография.

Не то чтобы снимок был особенным, обычное селфи, слегка размытое, будто сделанное на ходу в метро. Но что-то в нём было. Может, взгляд? Слишком спокойный. Слишком... знающий. Как будто она видела его через экран. Видела его боль, его одиночество, его надежду и не отворачивалась.

Телефон завибрировал, заставив вздрогнуть.

«Случайно нет» — высветилось на экране.

Моргнул. Статус показывал: «абонент не в сети».

«А как насчёт не случайно?» — отправил он, чувствуя, как глупость в сообщениях растёт в геометрической прогрессии.

Владимир не отрывал взгляда от экрана, статус не менялся: «абонент не в сети». Но пришло сообщение: «Тогда вам стоит зайти ко мне на огонёк. Сегодня. В 23:33».

Координаты. Адрес в старом районе города, где ещё сохранились дореволюционные дома с резными наличниками и чугунными перилами. Никаких «как вас зовут», «чем увлекаетесь». Просто коротко: «жду».

Это можно счесть это странным. Должен был насторожиться, закрыть приложение и лечь спать. Но вместо этого почувствовал непонятную тягу, словно невидимая нить в районе грудной клетки тянула вперёд. Лёгкое головокружение. Сухость во рту. Сердце забилось чаще.

«Это безумие» — Говорил разум.

«Но что тебе терять?» — Отвечала тишина в квартире.

В 23:25 он стоял у старинного дома на окраине города. Дверь подъезда была приоткрыта, изнутри тянуло сыростью и запахом старого подъезда. Лифт не работал, табличка «Неисправен» висела криво, как насмешка судьбы. На пятом этаже в полутьме горела только одна лампочка у двери с номером 13, тусклая, мигающая, будто вот-вот погаснет.

Постучал.

Дверь открылась сама.