Елена смотрела, как мастер в синем комбинезоне методично высверливает личинку замка в массивной дубовой двери. Звук сверла, вгрызающегося в металл, отдавался в зубах сухим, крошащимся эхом. Рядом, расставив ноги и заложив руки за спину, стоял молодой лейтенант полиции. Он старательно отводил взгляд в сторону стриженого газона, словно его очень интересовала работа автоматических поливалок.
Виктор стоял чуть поодаль, на верхней ступени крыльца. В руках он крутил тяжелый кожаный брелок от их общего дома. На нем еще оставалась гравировка, которую Елена заказывала на их десятилетие – латинское «Unio est potentia». Союз – это сила. Сейчас эта латынь выглядела как злая насмешка.
– Виктор, ты понимаешь, что это незаконно? – Елена произнесла это ровным, профессионально холодным голосом. Так она когда-то зачитывала права задержанным в темных питерских подъездах. – Дом куплен в браке. У меня здесь прописка и половина доли по праву.
Муж криво усмехнулся. В его глазах, обычно мягких и любящих, застыла колючая, незнакомая Елене расчетливость. Он поправил рукав дорогого кашемирового пальто, на котором не было ни пылинки.
– Ты про доли юристу своему расскажешь, Лена. А пока – вон бумага. – Он кивнул лейтенанту. Тот нехотя протянул Елене планшет с копией судебного постановления. – Там черным по белому: дом признан вещественным доказательством по делу о твоих «серых» схемах в моем холдинге. Ты же у нас эксперт по безопасности, верно? Вот и набезопасила на пару статей. До суда помещение опечатано, а я назначен ответственным хранителем.
Елена быстро пробежала глазами текст. Фальшивка была исполнена мастерски. Печати, подписи, исходящие номера. Виктор явно не поскупился на консультантов. Он использовал ее же прошлое против нее: в документе указывалось, что Елена, используя «оперативные навыки и старые связи», организовала вывод средств через подставные фирмы.
– С вещами на выход! – бросил муж, заменяя замки в их особняке под прикрытием полиции, пока мастер вставлял в дверь новый хромированный механизм. – Твои чемоданы уже в такси. И не пытайся зайти через заднюю дверь, там тоже новые коды.
Елена почувствовала, как по спине пробежал холод, но не от страха, а от того самого азарта, который просыпался у нее на «земле» перед крупной реализацией. Она видела, как из окна второго этажа за ней наблюдает золовка – сестра Виктора. Та самая, которой Елена полгода назад помогла закрыть огромный долг по кредиту, продав свои добрачные акции.
– Ты действительно думаешь, Витя, что я за пять лет жизни с тобой разучилась делать свою работу? – Елена сделала шаг к нему, игнорируя предупреждающий жест полицейского. – Ты ведь даже не проверил свой сейф в кабинете перед тем, как выставить меня.
Виктор на мгновение замер. Его пальцы, крутившие брелок, дернулись.
– Сейф пуст, Лена. Я лично переложил документы в банк.
– Все документы? – Елена чуть наклонила голову, ее темно-серые глаза сузились. – А тот конверт с печатью из частной лаборатории? Тот, что лежал за задней стенкой, в техническом пазу, о котором ты никогда не знал?
Лицо Виктора начало медленно менять цвет – от самодовольного розового до землисто-серого. Он бросил быстрый взгляд на лейтенанта, который явно начал прислушиваться к разговору.
– Какой еще конверт? – голос мужа дал трещину, став на октаву выше.
– Тот, в котором подробно расписано, почему твой «инвест-партнер» и будущий тесть так настойчиво пропихивал твою женитьбу на своей дочери, – Елена выдержала паузу, наслаждаясь тем, как по лбу Виктора покатилась крупная капля пота. – И почему твоя будущая невеста так срочно улетела в Дубай неделю назад.
В этот момент телефон Виктора в кармане захлебнулся звонком. На экране высветилось имя сестры, которая все это время наблюдала из окна.
Елена поправила каштановую прядь, выбившуюся из-под воротника плаща, и сделала вид, что собирается уходить к такси.
– Стоять! – вдруг рявкнул Виктор, и это было уже не требование хозяина положения, а вопль человека, почувствовавшего под ногами разверзшуюся бездну. – Лейтенант, подождите в машине. Мне нужно... нам нужно поговорить наедине.
Елена остановилась. Она знала, что сейчас начнется торг. Но она также знала, что в ее сумке лежит не конверт из лаборатории, а старый, потертый блокнот с оперативными заметками десятилетней давности. Конверт существовал, но он был надежно спрятан совсем в другом месте.
Она медленно повернулась к мужу. Пружина была сжата до предела.
***
Виктор сделал резкий знак мастеру и лейтенанту, чтобы те отошли к калитке. Он тяжело дышал, и Елена видела, как на его виске пульсирует тонкая синяя жилка. Оперативная память услужливо подсказала: фигурант «поплыл», точка психологического надлома близка.
– Что ты несешь, Лена? – прошипел он, когда они остались наедине под козырьком крыльца. – Какие Дубаи? Какая дочь кредитора? Ты пересмотрела старых дел в своем архиве?
– Я пересмотрела твою выписку по корпоративной карте, Витя, – Елена даже не повысила голос, но каждое слово падало весомо, как гильза на бетон. – Ту, которую ты считал надежно спрятанной за двойной аутентификацией. Знаешь, в чем твоя ошибка? Ты нанимаешь айтишников, но забываешь, что я пять лет ловила тех, кто этих айтишников вскрывает на завтрак. Ты оплатил перелет бизнес-классом на имя Кристины Беловой. И отель «Burj Al Arab» на две недели. Очень щедро для «деловых переговоров».
Виктор открыл рот, но не нашелся с ответом. Он выглядел как человек, который строил карточный домик на ветру и теперь пытался удержать стены голыми руками.
– А конверт... – Елена сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума, – в нем результаты генетической экспертизы. Кристина беременна, Витя. Но вот незадача: срок двенадцать недель, а ты в это время был в «командировке» в Китае. Кредитор продает тебе не только лояльность, но и своего будущего внука от другого мужчины. И ты, как последний фраер, повелся на этот социальный лифт.
– Это ложь! – Виктор дернулся, его рука непроизвольно потянулась к карману, где лежал телефон. – Ты все врешь, чтобы я не выставил тебя!
– Выставляй, – она спокойно пожала плечами. – Прямо сейчас. Но как только я сяду в такси, копия этого конверта уйдет твоему «благодетелю» Белову. Как думаешь, что сделает человек его уровня, когда узнает, что его зять – не просто изменник, а лопух, которого обвели вокруг пальца? Он не просто заберет бизнес, он тебя в порошок сотрет. И твою сестру, которая сейчас так старательно делает скрины из окна, тоже.
В этот момент из дома выскочила та самая сестра – Лариса. Она подбежала к ним, цокая каблуками по плитке, ее лицо было перекошено от злости.
– Витя, чего ты ее слушаешь?! – взвизгнула золовка. – Она блефует! Полиция ждет, пускай уезжает! У нас все по закону, у нас документы на опечатывание!
Елена посмотрела на Ларису как на назойливое насекомое. – Лариса, ты ведь тоже в доле? – мягко спросила она. – Виктор обещал тебе долю в новом проекте за то, что ты подтвердишь мои «махинации» перед следователем? Спешу огорчить: в конверте есть еще один листок. Твоя переписка с юристом Белова, где ты обещаешь сдать брата, как только он подпишет дарственную на часть активов. Ты ведь не собиралась делиться с Витей его новой жизнью, верно?
Брат и сестра замерли, глядя друг на друга. Атмосфера мгновенно сменилась с «мы против Лены» на «каждый сам за себя». Это была классическая «вилка» – излюбленный метод Елены при допросах.
– Витя... – Лариса побледнела, – ты ей веришь? Она нас стравливает!
– Верить или нет – дело ваше, – Елена развернулась и пошла к такси. – У вас есть десять минут, пока машина прогревается. Либо вы отзываете это дешевое шоу с полицией и мы идем в дом оформлять нормальный развод с разделом имущества, либо...
Она не договорила. Со стороны ворот раздался тяжелый хлопок двери. К крыльцу быстрым шагом шел мужчина в строгом сером костюме. Белов. Тот самый кредитор и «будущий тесть».
Виктор пошатнулся, схватившись за перила.
– А вот и реализация материала началась раньше срока, – негромко констатировала Елена, чувствуя, как внутри все сжимается от предвкушения развязки, которая пойдет совсем не по плану.
Белов подошел вплотную, игнорируя Елену. Его взгляд, холодный и пустой, был прикован к Виктору. – Виктор Николаевич, – голос кредитора звучал как шелест сухих листьев. – А почему мне звонят из службы безопасности и говорят, что на моих счетах, к которым у тебя был доступ, образовалась «дыра» в триста миллионов? И почему моя дочь прислала мне это?
Он протянул Виктору телефон. На экране было фото того самого конверта, о котором только что говорила Елена.
Елена похолодела. Она блефовала. Она не отправляла ничего Белову. Но кто-то сделал это за нее. Пружина лопнула, и теперь под обломками рисковали остаться все. Продолжение>>
